Старший, Кассиан, опирался о подоконник, длинные пальцы сжимали кубок. Его глаза серые, как пепел после костра - скользнули по ней без интереса, будто рассматривали новую мебель. Младший, Эдрик, полулежал на подушках, кидая в воздух яблоко. Оно было неестественно алым, будто выкрашено кровью.
- Падаль застряла у ворот, - крикнул Эдрик, не сводя с неё взгляда.
Голос звучал мелодично, как яд в сладком вине.
- Выбросьте её псам, - ответил Кассиан, отворачиваясь.
Лола сглотнула ком в горле. «Они даже не знают, что я уже принадлежу Алирии. Как собака, которую подобрали на улице»
Когда её наконец втолкнули в покои принцессы, Лола замерла на пороге. Три огромных зеркала в позолоченных рамах поймали её с разных углов. Первое показало оборванку с мокрыми волосами. Второе - девушку с слишком большими глазами, полными наивного ужаса. А третье..
Третье отразило тень с искрами гнева в сжатых кулаках.
- Нравится? - Алирия вошла, одетая в платье цвета ночного неба, где вместо звёзд сверкали бриллианты.
- Зеркала - лучшие учителя. Они показывают, кем ты кажешься, кем себя мнишь... И кем можешь стать
Она крутанула Лолу за плечи, заставляя смотреть в центральное отражение.
Твоя наивность смешна. Но глаза....
- Ноготь с гранатовым лаком коснулся стекла, обводя её лицо. - В них есть голод. Тот самый, что гложет крыс в подвалах.
Лола дрогнула. Запах принцессы - мирра и сталь - смешивался с ароматом горящих дров.
Где-то за стеной кто-то заиграл на лютне, но мелодия резала слух диссонансами.
- Почему три зеркала? - спросила она, чтобы прервать тягостное молчание.
Алирия улыбнулась, как кошка, видящая мышь в лапах.
- Одно для меня. Одно для моих братьев. А третье... - Она провела пальцем по губам Лолы, оставляя кровавый след от засохшей ранки. - Для тех, кто забывает своё место.
Комнатой фрейлины оказалась крошечная каморка рядом с покоями Алирии - без окон, с кроватью, похожей на погребальный одр, и умывальником в форме драконьей пасти.
Вы будете спать здесь, - сказала горничная с лицом, как у восковой куклы. - А это - правила.
Она протянула пергамент. Лола развернула его, и сердце упало:
«Статья 5: Фрейлина не имеет права поднимать глаза на членов королевской семьи.
Статья 12: Запрещено принимать подарки без досмотра.
Статья 34: Смех допускается только тихий и одобренный церемониймейстером...»
- Где я могу... - Лола обернулась, но горничная уже исчезла, оставив только облачко розовой пудры.
Она села на кровать. Солома хрустнула под тонким матрасом. В углу заметила книгу - ту самую, «Сказания о Люминарских рыцарях», выпавшую из корзины при входе. Переплёт был испачкан грязью, страницы слиплись. Лола потянулась, но вдруг услышала шаги.
Уже скучаешь? - Алирия стояла в дверях, держа в руках чёрное платье с высоким воротом.
- Переоденься. Красный цвет твоих мыслей режет глаза.
Лола проснулась от крика. Серп луны висел за единственной щелью-окошком, бросая сизую полосу на стену. Крик повторился - животный, разрывающий глотку. Она вскочила, прижав книгу к груди как щит.
За дверью послышался смех. Знакомый, звенящий. Эдрик.
- Перестань, она ещё жива! - это был Кассиан, его голос звучал скучающе.
Всего-то пару пальцев..
Лола прижала ладонь ко рту. Кто-то застонал - женский голос, прерывистый, хриплый. Потом глухой удар. Тишина
Она скользнула к двери, заглянув в щель. По коридору волокли тело в белом платье. За ним оставался кровавый след. Эдрик шёл следом, облизывая лезвие кинжала.
Спи, мышка, - он внезапно обернулся к её двери, хотя не мог видеть через дубовую преграду. -
- Завтра твоя очередь развлекать нас
Лола отпрянула. Спина ударилась о каменную стену. Книга упала, раскрывшись на странице с рыцарем, побеждающим дракона. Чернила на иллюстрации расплылись, превратив меч в бесформенное пятно.
Она подобрала книгу, смахнув грязь. Впервые заметила, что у рыцаря на миниатюре... нет лица.
Глава 3
Глава 3
Глава 3 Танец на лезвиях
Пиршественный зал напоминал опрокинутое небо. Люстры из хрусталя и чернённого серебра висели, словно созвездия, пойманные в сети паука.
На столах, покрытых алым бархатом, громоздились блюда-аллегории: павлины
C распушёнными хвостами из засахаренных фруктов, кабаны с глазами-рубинами, фаршированные миндалём и слухами придворных.
Вино лилось реками, но его терпкий аромат перебивался запахом ладана густого, удушливого, как дым погребального костра.
Лола стояла у колонны, сжимая кувшин с вином так, будто это был якорь в бушующем море.
Чёрное платье Алирии жгло кожу - атлас, вышитый серебряными пауками, стягивал грудь, а воротник впивался в шею шипами. На шее - ошейник с тем самым аметистом. «Подарок» принцессы.
Ты похожа на вдову, оплакивающую собственное целомудрие, - Алирия, восседая на троне из слоновой кости, махнула рукой. - Но сегодня ты не служанка. Сегодня... зритель.
Первым вошёл Кассиан. Его чёрный камзол сливался с тенями, и только серебряные застёжки мерцали, как звёзды в бездне. Он сел, не глядя на Лолу, но его мизинец дёрнулся едва заметно, будто паук, почуявший вибрацию паутины.
Эдрик ворвался с хохотом, волоча за собой девушку в разорванном платье. Её щёки блестели от слёз, но смех звучал истерично-искренним.
- Брат! - крикнул он, швырнув девушку к ногам Кассиана. - Твой подарок. Говорит, умеет петь.
Кассиан наклонился, поднял её подбородок ножнами кинжала.
Спой что-нибудь весёлое. О любви.
Девушка запела дрожащим голосом. Лола узнала мелодию - колыбельную её детства. Но слова были искажены:
«Спи, дитя, пока дракон не проснулся...
Его когти остры, его голод вечен...»
Эдрик поднял бокал, подмигнув Лоле.
- Выпьем за искусство!
Алирия щёлкнула пальцами.
- Лола. Подлей гостям.
Она двинулась меж столов, чувствуя взгляды. Шёпот лился за спиной:
Новая игрушка принцессы... Долго не протянет...
Смотри, как Эдрик её пожирает глазами..
Кассиан протянул бокал, не отрываясь от певицы. Лола наклонилась, но он резко дёрнул руку.
Вино хлынуло на его камзол.
- Неуклюжая, - прошипел он, вставая.
Ростом он был на голову выше, и Лола отпрянула, наткнувшись на Эдрика.
Осторожнее, мышка, - прошептал младший принц, обнимая её за талию. Его пальцы впились в рёбра.
Кассиан ненавидит пятна. Особенно... - он лизнул её мочку уха, пятна крови.
Лола вырвалась, чувствуя, как аметист жжёт кожу. В зале засмеялись. Даже певица, захлёбываясь слезами, фальшиво хихикнула.
Алирия подняла руку. Музыканты ударили в тимпан, заглушив крики.
- Господа! - её голос разрезал шум. - Сегодня мы празднуем падение звезды. Та, что горела СЛиШком локо...
Она кивнула стражникам.
В зал втолкнули старика в рваной мантии. Лола узнала - лорд Верин, бывший казначей.
Месяц назад отец просил у него долг на хлеб.
- Предатель! - закричал Эдрик, швырнув в него виноградиной.
Кассиан подошёл, вращая в руках кинжал.
Ты крал.
Нет... я... - старик упал на колени.
Ложь! - Алирия вскочила. - Ты украл воздух, которым дышал. Землю, по которой ходил.
Лола сжала кувшин. Она видела, как дрожат руки Кассиана. Он ненавидит это. Но почему?
- Наказание! - завопили гости.
Эдрик выхватил кинжал у брата. Взмах - и кровь брызнула на скатерть. Певица завизжала.
Лола побежала. Через кухни, где повара начиняли трюфеля ядом для крыс. Через галерею портретов с выколотыми глазами. Упала в нише за шторами, обнимая колени.
- Ты думаешь, они не найдут тебя здесь? - Алирия присела рядом, как хищница, делящая добычу.
- Зачем всё это? - Лола вытерла лицо, оставляя кровавый след от чужого вина.
Чтобы ты поняла, принцесса взяла её руку, прижав к своей груди. Под пальцами бешеный стук сердца. - Мы все играем роли. Ты уже не рыцарь. Ты... искра в пороховой бочке.
