— Тогда, — он слегка наклонил голову, и его глаза вспыхнули ярче, — я просто отойду в сторону и понаблюдаю за тем, как темная магия поглотит тебя. Это будет… познавательно. — Он произнёс последнее слово так, будто обсуждал увлекательный научный эксперимент, а не мою мучительную смерть. — Знаешь, я давно не видел, как необученный маг пытается совладать с темной силой. Обычно это заканчивается весьма… красочно.

— Вы действительно так поступите?

— Конечно, — он пожал плечами, а уголок его рта дрогнул в намеке на улыбку. — В конце концов, я демон. Жестокость у нас в крови.

«Отлично, Кайла», — подумала я. — «Ты умудрилась призвать не просто демона, а демона с чувством юмора. Чёрным, как его магия. И, похоже, он находит твою неминуемую гибель крайне забавной. Просто прекрасно.»

Получается, именно так выглядит момент, когда жизнь переворачивается с ног на голову? Один выбор, который изменит всё.

Что я теряю в случае согласия? Прежнюю жизнь, где была просто неудачливой студенткой, которая не может правильно призвать даже плохонького элементаля. Безопасность привычного мира, где самое страшное — это мамин разочарованный взгляд и насмешки Селены. Возможно, даже душу, несмотря на заверения Вейрона, что ему она без надобности.

А что получаю? Силу — ту самую, о которой мечтала. Шанс стать кем-то большим, чем вечное разочарование семьи. И… демона. Древнего, опасного, способного уничтожить мир. Демона, который сейчас смотрит на меня так, словно я единственное существо, сумевшее развеять его многовековую скуку.

«Мама всегда говорила — будь осторожна со своими желаниями», — я нервно усмехнулась. — «Интересно, она предполагала, что однажды эти желания материализуются в виде Архонта Бездны?»

Внезапно мое запястье пронзила вспышка боли — острая, как удар раскаленного кинжала. Я зашипела, дернулась, но тут же замерла, глядя на свою руку с ужасом, от которого заколотилось сердце. Кончики пальцев приобрели странный синюшный оттенок, как если бы кровь под кожей начала застывать. По венам начала расползаться тёмная, почти чёрная субстанция, пульсируя в такт биению моего сердца.

Жжение разливалось вверх по руке, медленно, но неумолимо. Я попыталась сжать пальцы, но ладонь не слушалась, мышцы, казалось, налились свинцом. Вверх от запястья потянулись темные прожилки похожие на чернила, их движение было гипнотическим и пугающим одновременно.

Кожа начала зудеть, будто под ней кто-то чертил руны острым пером, а изнутри расползалось тягучее тепло — не комфортное, а обжигающее. Оно закручивалось спиралью, будто внутри меня просыпалось нечто древнее и чуждое. Пальцы дрожали, а ногти стали странно блестящими, словно покрылись тончайшим слоем металлической плёнки.

Что-то внутри меня менялось. Необратимо. Неотвратимо. Темная магия просачивалась всё глубже, отравляя кровь, меняя саму мою сущность. И с каждой секундой промедления становилось только хуже.

Выбор был уже сделан — в тот момент, когда моя кровь коснулась рун. Всё остальное — просто формальности. И судя по тому, что со мной происходило, времени на размышления у меня почти не осталось.

— Хорошо, — выдохнула я. — Я согласна.

Вейрон кивнул и сжал мои дрожащие пальцы в своей огромной ладони.

В тот момент, когда наши руки соприкоснулись, мир на секунду застыл. Его прикосновение было обжигающе горячим, но я не могла — и не хотела — отстраняться. Тьма с новой силой заструилась по моей руке, обвивая запястье подобно живой ленте. Но теперь она не причиняла дискомфорта, нет. Скорее, ласкала кожу, как дорогой шелк.

Вейрон заговорил на языке, которого я никогда раньше не слышала. Древние слова падали в тишину подобно камням в глубокий колодец, отдаваясь эхом где-то в глубине души. Я не понимала их смысла, но чувствовала их силу.

Окутавшая мое запястья тьма, вдруг стала плотнее, материальнее. На коже проступил узор — не похожий ни на одно известное мне магическое письмо. Он жил своей жизнью, постоянно меняясь, перетекая из одной формы в другую.

— Метка нашего контракта, — пояснил Вейрон, заметив мой взгляд. — Она будет напоминать тебе о нашей сделке. И о том, что теперь ты принадлежишь мне.

— Я не…

— О, не волнуйся, — он усмехнулся. — Это работает в обе стороны. Я тоже связан с тобой. До тех пор, пока условия контракта не будут выполнены.

Что-то в его тоне заставило меня поднять глаза. В золотом пламени его взгляда читалось… предвкушение? Или что-то более темное, опасное?

— И что теперь? — спросила я, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

— Теперь, — он отпустил мою руку, и я почувствовала странное сожаление от потери контакта, — начинается самое интересное.

Мир вокруг сначала застыл. Замерло всё — пламя свечей, тени по углам, даже воздух перестал двигаться. А потом реальность дрогнула.

Ощущение было странным, словно кто-то провёл ножом по самой ткани мироздания. Я почувствовала это всем телом — волна силы, прокатившаяся от кончиков пальцев до самых пят, заставила каждый нерв звенеть от напряжения. Метка на запястье вспыхнула ослепительной чернотой — если такое вообще возможно — и на мгновение мне показалось, что все вокруг состоит только из этой тьмы.

А потом я начала видеть.

Не просто глазами — иначе. Тени в углах зала больше не были просто отсутствием света. Они пульсировали, дышали, в их глубине струились потоки силы, древней и опасной. Стены ритуального зала, казавшиеся раньше просто камнем, теперь мерцали сетью магических линий, подобно звездным картам.

«Первый дар темной силы», — я могла слышать голос Вейрона, хотя его губы не двигались. — «Способность видеть истинную природу вещей».

Я моргнула, пытаясь справиться с новыми ощущениями. Сам Вейрон в этом новом зрении выглядел… иначе. Его фигуру окутывало облако тьмы, но не мёртвой и холодной, а живой, пульсирующей, как сердце древнего божества. Цепи, сковывающие его, сияли рунами, которые теперь казались почти… знакомыми?

— Не пытайся сразу понять всё, — теперь он говорил вслух, и его голос прозвучал почти… заботливо? — Дай своему разуму время привыкнуть. Иначе можешь сойти с ума.

— А это обязательная часть программы? — я попыталась пошутить, хотя голова уже начинала кружиться от обилия новых ощущений.

— Сумасшествие? — он усмехнулся. — Нет, это опциональный бонус. Хотя должен признать, с ним бывает… веселее.

Я хотела ответить что-нибудь язвительное про бонусы и подарочные наборы начинающего демониста, но в этот момент комната качнулась перед глазами. Новое зрение было подобно волне, накрывающей с головой — слишком много деталей, слишком много информации. Магические потоки, струящиеся по стенам, начали сливаться в один мелькающий водоворот.

— Закрой глаза, — приказал Вейрон, и впервые в его голосе прозвучала настоящая настойчивость. — Сейчас же!

Я послушалась, но даже с закрытыми глазами продолжала видеть — паутину силовых линий под веками, отголоски древней магии, пульсацию теней. Голова кружилась всё сильнее.

«Дыши», — его голос теперь звучал прямо в сознании, становясь якорем в этом водовороте ощущений. — «Сосредоточься на моем голосе. Представь стену. Простую, каменную стену. Кирпич за кирпичом».

— Зачем? — выдавила я сквозь накатывающую тошноту.

— Затем, что если ты сейчас не научишься закрывать своё новое зрение, то первый же взгляд на солнечный свет сожжет твой разум дотла. А это было бы… неэффективно.

— Неэффективно? — я почти рассмеялась, несмотря на ситуацию. — Серьёзно? Это всё, что вас беспокоит?

— Поверь мне, — в его голосе мелькнула усмешка, — если бы ты знала, сколько времени я ждал подходящего носителя, ты бы тоже беспокоилась об эффективности.

«Подходящего носителя?» — хотела спросить я, но в этот момент что-то изменилось. Тьма, клубившаяся вокруг Вейрона, вдруг потянулась ко мне, обволакивая, подобно кокону. И впервые с начала ритуала я почувствовала… спокойствие?

Это было странное ощущение. Тьма не была холодной или пугающей, как можно было бы подумать. Она была… живой. Текучей. Почти уютной, если такое слово вообще применимо к демонической магии. Ощущения можно было сравнить со старым плащом, который идеально ложится на плечи.