— Что… что это? — прошептала я, всё ещё не открывая глаз.

— Моя сила, — в голосе Вейрона появились новые нотки, которые я не могла разгадать. — Она признает тебя. Принимает. Довольно… необычно.

— В каком смысле?

— Обычно требуется гораздо больше времени, чтобы демоническая магия приняла носителя. Она сопротивляется, борется, пытается поглотить душу, — он сделал паузу. — А ты… ты, можно подумать, создана для неё.

В его словах было что-то тревожащее, какой-то намек на более глубокий смысл, но времени обдумать это у меня не было. Тьма, окутывающая меня, вдруг стала гуще, материальнее. Я почувствовала, как она проникает под кожу, сливается с кровью, становится частью меня.

— Теперь можешь открыть глаза, — произнёс Вейрон. — Медленно.

Я осторожно подняла веки. Мир больше не кружился в безумном калейдоскопе магических потоков. Теперь я видела… иначе. Как если бы реальность разделилась на два слоя — обычный, привычный мир и за ним, как тень за стеклом, мерцающая паутина силовых линий.

— Как… — я запнулась, подбирая слова.

— Как прекрасно? — в его голосе промелькнуло что-то похожее на гордость. — Как пугающе? Как…

— Как теперь это выключить? — перебила я. — Потому что, если честно, от этого двойного зрения начинает болеть голова.

Вейрон рассмеялся — глубоким, раскатистым смехом.

— А ты полна сюрпризов, маленькая ведьма. Большинство на твоём месте сейчас были бы в экстазе от новых возможностей.

— Большинство на моём месте, — парировала я, — сейчас были бы без сознания. Или сошли бы с ума. Или…

Я осеклась. В золотых глазах Вейрона появилось странное выражение — словно он увидел что-то, чего не ожидал.

— Что? — спросила я, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

— Ничего, — он покачал головой, и цепи тихо звякнули. — Просто… возможно, я недооценил, насколько это будет интересно.

— Что значит «интересно»? — я нахмурилась. — Это какой-то демонический эвфемизм для «катастрофически»?

— Думаю, тебе стоит меньше беспокоиться о моих формулировках, — Вейрон шагнул ближе, и тени вокруг него заколыхались, — и больше о том, что происходит прямо сейчас.

Я проследила за его взглядом и увидела, что руны на полу начали тлеть. Не гореть — именно тлеть, подобно углям то вспыхивающим то затухающим под порывами слабого ветра. От них поднимались тонкие струйки дыма, складывающиеся в странные узоры.

— Это плохо? — спросила я, хотя ответ был довольно очевиден.

— Зависит от того, хочешь ли ты, чтобы вся Академия узнала о нашем… маленьком соглашении.

— А у меня есть выбор?

— Всегда есть выбор, — он усмехнулся. — Например, мы можем остаться и объяснить твоим профессорам, почему студентка, так и не сумевшая толком раскрыть свою магию, решила призвать древнего демона. Уверен, это будет… познавательная беседа.

Тлеющие руны начали светиться ярче. Где-то в коридоре послышались встревоженные голоса.

— А второй вариант?

— Второй вариант, — в его глазах плясали золотые искры, — потребует от тебя немного доверия.

— Доверия? Демону?

— У тебя есть предложение получше? — он склонил голову, прислушиваясь к приближающимся шагам. — Решай быстрее, маленькая ведьма. У нас осталось… — он сделал паузу, — примерно тридцать секунд до того, как сюда ворвётся половина преподавательского состава.

Я бросила взгляд на дверь, потом на тлеющие руны, снова на Вейрона. Выбор был, мягко говоря, так себе.

«Прости, мама», — подумала я. — «Кажется, сегодня я побью все свои рекорды по неправильным решениям».

— Ладно, — выдохнула я. — Что нужно делать?

— Просто доверься мне, — Вейрон протянул руку.

— Вы же понимаете, как зловеще это прозвучало?

— Пятнадцать секунд, — он даже не пытался скрыть веселье в голосе. — Четырнадцать…

— Хорошо-хорошо! — я схватила его за руку.

В тот же миг мир вокруг… изменился. Не исчез и не потемнел — он будто свернулся, как лист бумаги. Всё вокруг потеряло четкость, размылось, превратившись в водоворот теней. Я почувствовала, как меня затягивает куда-то, но не вниз или в сторону — внутрь самой реальности.

Последнее, что я увидела — как дверь распахнулась, впуская профессора Майерса с поднятым жезлом. А потом всё исчезло.

Ощущение было такое, будто я падаю сквозь чернила. Холодные, вязкие потоки тьмы обтекали меня со всех сторон, но это не было похоже на погружение в воду. Здесь не существовало ни верха, ни низа, ни направления — только бесконечное движение сквозь пустоту, которая вовсе не была пустой.

В этой тьме жили… тени. Не просто отсутствие света, а нечто более материальное. Они двигались вокруг нас, как дым под водой, принимая очертания то ли щупалец, то ли ветвей древних деревьев. Иногда мне казалось, что я вижу в них фрагменты других мест — осколки реальности, плывущие в черноте, словно листья в бурной реке.

И глаза. Сотни, тысячи глаз — золотых, красных, фиолетовых — открывались в темноте, наблюдая за нами. Некоторые были крошечными, как булавочные головки, другие — размером с колесо телеги. Они мерцали подобно звёздам, но в их свете не было ничего успокаивающего.

«Мои бывшие подданные», — в мысленном голосе Вейрона появились новые нотки — властные, древние. — «Они давно не видели живых существ в Тенях».

«А эти… подданные, они не попытаются нас съесть?»

«Нет, если ты со мной. Хотя, должен признать, они… любопытны. Для большинства из них ты определенно выглядишь как лакомство».

«Спасибо за уточнение», — я старалась не думать о том, как именно меня видят существа из другого измерения. — «Очень обнадёживает».

Внезапно одна из теней метнулась к нам — огромная, с множеством извивающихся отростков. В её центре открылся глаз, больше похожий на водоворот жидкого золота. Я инстинктивно прижалась ближе к Вейрону.

«Не бойся», — его голос звучал почти… весело? — «Это всего лишь Страж Перекрёстка. Он охраняет пути между мирами».

Существо замерло перед нами, его щупальца-ветви колыхались в несуществующем ветре. А потом оно… склонилось? Да, определённо это был поклон, адресованный Вейрону.

«Он узнал тебя», — поняла я. — «Все они».

В этот момент я вдруг осознала, что перешла на «ты», но странным образом это не казалось неправильным. Здесь, в месте, где реальность теряла свои привычные очертания, где древние создания склоняли головы перед своим бывшим повелителем, формальности казались такими… незначительными. Что значит вежливое «вы», когда вы вместе проходите сквозь саму ткань мироздания?

«Конечно узнали. Я тысячи лет правил этим местом. До того, как…» — он осёкся. — «Впрочем, это история для другого раза».

Воздух — или что здесь было вместо него — становился гуще, тяжелее. Тени собирались вокруг нас плотным коконом, их глаза придвигались все ближе, словно их обладатели пытались получше рассмотреть странных гостей.

«Пора уходить», — Вейрон крепче сжал мою руку. — «Они начинают… вспоминать слишком много».

Реальность снова свернулась, но теперь в другую сторону. Ощущение было такое, точно кто-то дёрнул меня за невидимую нить, вытягивая из чернильной пустоты.

Мы оказались… в моей комнате?

Знакомые стены, заваленный книгами стол, незастеленная с утра кровать — всё выглядело удивительно обычно после путешествия через измерение, полное жутких тварей. Только… всё вокруг казалось каким-то тусклым, будто я смотрела на мир сквозь закопченное стекло.

— Это пройдёт, — Вейрон отпустил мою руку, и я пошатнулась от внезапного головокружения. — Глаза привыкнут через пару минут.

— А моя спальня? — я оперлась о стол, пытаясь восстановить равновесие. — Серьёзно? Из всех мест в мире…

— Самое безопасное место — то, которое хорошо знаешь, — он небрежно пожал плечами и направился к книжной полке, разглядывая корешки с явным любопытством. — К тому же, здесь уже есть защитные чары. Весьма… любопытные, должен заметить.

Я моргнула.

— Какие ещё защитные чары?

— О, — он провёл пальцем по одной из книг, и та слабо засветилась. — Так ты не знала? Кто-то очень постарался защитить эту комнату. Древняя магия, почти незаметная… — он замолчал, прислушиваясь к чему-то. — Интересно.