— Станут, — я положила руку ему на грудь, чувствуя, как гулко бьётся сердце. — Майерс не фанатик. Он просто хочет защитить Академию, своих студентов. Если я смогу показать ему, что демоническая магия — это не угроза…

— Нет.

— Вейрон, — я шагнула ближе, и тени вокруг отозвались на мое движение, ласково обвивая нас обоих. — После этой ночи… ты же чувствуешь, насколько сильнее стала наша связь? Я справлюсь. А ты будешь рядом, в тенях. Если что-то пойдет не так…

Он смотрел на меня долгим, нечитаемым взглядом. А потом его рука легла мне на щеку, и по телу пробежал электрический разряд — остаточное эхо нашего слияния.

— Ты изменилась, — проговорил он тихо. — Всего одна ночь, а ты уже совсем другая.

— Это плохо?

— Это… пугает, — он наклонился, прижимаясь лбом к моему лбу. — И восхищает одновременно.

Где-то наверху раздались новые голоса — кажется, Совет начинал терять терпение.

— Доверься мне, — прошептала я. — Как я доверилась тебе.

Он выдохнул, и его дыхание пощекотало мои губы.

— У меня есть выбор?

— Всегда есть выбор, — я улыбнулась, цитируя его же слова. — Просто иногда нужно довериться тому, кто рядом.

***

Утренний воздух был прохладным и влажным. Я вышла из дома медленно, с поднятой головой, чувствуя, как Вейрон следует за мной тенью — невидимый, но готовый вмешаться в любой момент.

Они ждали — шестеро магов в традиционных мантиях Совета. Профессор Майерс стоял чуть впереди остальных, его обычно добродушное лицо было непривычно серьёзным.

— Мисс Мортимер, — он шагнул вперед. — Рад видеть вас… в добром здравии.

— Неужели? — высокий маг с седой бородой выступил вперед. — Вы действительно «рады» видеть носительницу демонической скверны?

— Магистр Эверард, — в голосе Майерса появились стальные нотки. — Давайте не будем делать поспешных выводов.

— Поспешных? — возмутился другой член Совета, полный мужчина с красным от гнева лицом. — Вчерашний выброс силы! Эта тьма… Она осквернила половину квартала!

— Тьма не оскверняет, — я удивилась спокойствию собственного голоса. — Она просто существует. Как свет. Как воздух. Как сама магия.

Маги замерли. Даже магистр Эверард на мгновение потерял дар речи — видимо, не ожидал от меня такой уверенности.

— Интересная теория, мисс Мортимер, — Майерс внимательно посмотрел на меня. — Но вы же понимаете нашу обеспокоенность? Демоническая магия считается опасной не просто так.

— Любая магия опасна в плохих руках, профессор.

— Довольно! — магистр Эверард взмахнул рукой, и воздух вокруг него наполнился искрами боевых заклинаний. — Мы тратим время на пустые разговоры! Она одержима тьмой, это очевидно!

— Не делайте глупостей, Эверард, — резко оборвал его Майерс. — Она всё ещё моя студентка.

— Она больше не студентка, — прошипел седобородый маг. — Она угроза! И мы должны…

Он не договорил. Потому что в этот момент я подняла руку, и тени вокруг послушно заструились, сплетаясь в удивительный узор. Не угрожающий — красивый. Прозрачные фигурки танцевали в воздухе: олень, несущийся через лес, стая птиц, взмывающая в небо, цветы, распускающиеся в ночи.

— Вы видите только тьму, — проговорила я мягко. — Но тени могут быть прекрасны. Они могут создавать, а не только разрушать.

Майерс завороженно смотрел на танец теней.

— Невероятно… Такой контроль, такая точность…

— Это обман! — воскликнул Эверард, но в его голосе уже не было прежней уверенности. — Демоны всегда…

— А вы много демонов встречали, магистр? — я опустила руку, и фигурки растаяли в утреннем воздухе. — Или просто повторяете то, что написано в книгах?

— Как ты смеешь…

— Довольно! — голос Майерса хлестнул словно кнут. — Мисс Мортимер права — мы судим о том, чего не знаем. Возможно… — он сделал паузу, — возможно, нам стоит хотя бы выслушать ее историю.

Я почувствовала, как по нашей с Вейроном связи пробежала волна одобрения. Первый шаг был сделан.

— Я всегда чувствовала, что что-то не так, — начала я, тщательно подбирая слова. — Обычная магия… она никогда не давалась мне правильно. Словно я пыталась писать не той рукой.

Майерс кивнул — он помнил все мои неудачи на занятиях.

— А потом я услышала их песню, — я создала в воздухе маленький сгусток тьмы, позволяя ему плавно перетекать между пальцами. — Тени… они живые. У них есть свой язык, своя музыка. Я пыталась игнорировать это, пыталась быть как все…

— И призвали демона, — фыркнул Эверард, но в его голосе уже не было прежней злобы.

— Не специально, — я покачала головой. — Я готовилась к обычному ритуалу призыва. Хотела доказать всем… доказать себе, что тоже чего-то стою.

«Осторожнее», — прошелестел в голове голос Вейрона.

— Но ритуал пошёл не так, — продолжила я. — Сила внутри меня отозвалась на древние руны иначе, чем должна была. И я встретила его — демона, который научил меня понимать эту силу. Контролировать её.

— Демоны не учат, — проворчал кто-то из Совета. — Они порабощают.

— Правда? — я подняла бровь. — Тогда почему я всё ещё здесь? Почему могу говорить с вами по своей воле? Почему использую эту силу, чтобы создавать красоту, а не разрушение?

Майерс задумчиво потёр подбородок.

— Должен признать, ваш контроль над этой магией впечатляет. И то, что вы используете её не для атаки…

— Потому что дело не в виде магии, — я сделала шаг вперед. — Дело в том, как ты её используешь. Тени могут защищать так же хорошо, как и причинять вред. Могут создавать так же легко, как разрушать. Это просто… другой путь.

— Который противоречит всем законам! — воскликнул Эверард.

— Законам, написанным людьми, которые боялись того, чего не понимали? — я мягко улыбнулась. — Посмотрите.

Я снова призвала тени, но теперь создала что-то более сложное — копию главного зала Академии в миниатюре, с каждой колонной, каждым витражом, даже крошечными фигурками студентов.

— Такая точность… — прошептал кто-то. — Такой контроль…

— Это не просто контроль, — Майерс шагнул ближе, разглядывая теневую копию. — Это настоящее искусство.

— Потому что я больше не борюсь с этой силой, — теневая Академия растаяла в воздухе. — Я приняла ее как часть себя. Как свою истинную природу.

В наступившей тишине было слышно, как поет ветер в кронах деревьев. Члены Совета переглядывались, и я чувствовала, как их враждебность постепенно сменяется чем-то другим — может быть, не принятием, но хотя бы любопытством.

— И всё же, — медленно проговорил Майерс, — остается вопрос о демоне. Где он сейчас? И какова его истинная цель?

Я почувствовала, как Вейрон напрягся где-то в тенях. Мы подошли к самому сложному моменту.

Я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями.

— Пообещайте, что выслушаете до конца, прежде чем делать выводы.

Майерс внимательно посмотрел на меня.

— Вы имеете в виду…

— Он здесь, — я выпрямилась. — И готов говорить с вами. Если вы готовы слушать.

По рядам Совета пробежал встревоженный шепот. Эверард схватился за свой посох, но Майерс остановил его резким жестом.

— Мы слушаем, мисс Мортимер.

«Ты уверена?» — голос Вейрона прозвучал в моей голове.

«Да. Покажи им, что ты не чудовище из древних легенд».

Тени сгустились рядом со мной, принимая материальную форму. Вейрон появился медленно, величественно — никакой театральности или угрозы, только спокойное достоинство древнего существа.

Несколько магов отшатнулись. Кто-то вскрикнул. Эверард поднял посох, но замер, когда Вейрон просто склонил голову в вежливом приветствии.

— Приветствую членов Великого Совета.

Его голос был глубоким и мелодичным — ни следа рычания или угрозы, которых они, видимо, ожидали. Золотые глаза спокойно смотрели на собравшихся магов, а на губах играла лёгкая улыбка.

— Архонт Бездны, — выдохнул Майерс. — Невероятно…

— Вы знаете, кто я, — Вейрон сделал шаг вперед, и я заметила, как он намеренно движется плавно, неспешно, стараясь никого не напугать.