Артур поперхнулся, закашлявшись, и удивленно посмотрел на меня. Воронцовы знали моего отца и, естественно, были в курсе его громкого, скандального разрыва.

— Та самая Анна? Почему бывшая? Расстояние, все дела?

— У них всё сложно. И ты точно не тот человек, с которым я бы могла обсуждать семейные драмы Соболевых, — отрезала я. — Учитывая, что наши отцы готовы перегрызть друг другу глотки за каждый тендер.

— Я тебе так не нравлюсь? — Артур даже не обиделся, лишь иронично прищурился.

— Мне вообще Воронцовы не нравятся. Ну, кроме Романа. Он хотя бы не в вашей строительной корпорации. Вырвался.

Лицо Артура вдруг неуловимо изменилось. Ироничная маска спала, обнажив ту же самую изматывающую тоску, которая сейчас разъедала и меня саму. Он опустил голову, глядя на золотистую жидкость в своем стакане.

— Понимаю. Знаешь… как бы я тоже хотел отмотать время назад. Послать всё к чертям, уйти из совета директоров и просто не заниматься всем этим дерьмом. Не оправдывать чужие ожидания. Не играть по чужим правилам. Просто… жить. С тем, с кем хочу.

Он замолчал, погрузившись в свои мысли.

А я смотрела на его профиль, и вдруг… всё вокруг словно замерло.

Шум бара исчез. Голос бармена превратился в белый шум. Мой мозг, который последнюю пару часов лихорадочно перебирал варианты и не находил ни одного решения, вдруг остановился.

Я посмотрела на Артура Воронцова.

Сын главного конкурента моего отца. Статусный. Богатый. Невероятно влиятельный. Тот, с чьей фамилией отец будет вынужден считаться. Тот, кому Марк Соболев не сможет угрожать так же легко, как Паше.

А с другой стороны — мужчина, которого до тошноты достал контроль собственного отца. Мужчина, который, очевидно, прячет какую-то свою личную жизнь от семьи и мечтает о независимости.

Пазл в моей голове сложился с оглушительным щелчком.

Идеальный кандидат. Безупречный.

Но как, черт возьми, предложить такое человеку, которого я едва знаю и который считает мою семью своими врагами?

Я глубоко вздохнула, чувствуя, как по спине побежал холодок адреналина. Терять мне было нечего. Пашина свобода стоила того, чтобы рискнуть.

— Слушай, Воронцов… — мой голос прозвучал неожиданно твердо.

Он повернул ко мне голову.

— А что, если я скажу тебе, что есть способ заставить твоего отца от тебя отстать? И заодно… решить одну мою очень, очень серьезную проблему?

Артур нахмурился.

— Смотря какую проблему, Власова.

Я выдержала его взгляд.

— Тебе нужен щит от твоего отца. А мне нужен жених. К пятнице. И я предлагаю тебе взаимовыгодную сделку.

Глава 6

Артур

Наше с Марго официальное жилище встретило меня идеальной, стерильной тишиной.

Просторный пентхаус с панорамными окнами и дизайнерским ремонтом, который мы купили для отвода глаз, всегда казался мне больше похожим на выставочный павильон дорогого мебельного салона, чем на дом.

Здесь не было случайных вещей.

Всё стояло строго на своих местах, поверхности блестели чистотой, а в воздухе висел едва уловимый аромат диффузоров с запахом сандала. Никакого уюта. Только статус.

Я бросил ключи на консоль у входа.

До следующей встречи оставалось около двух часов. Мне нужно было просто принять душ, переодеться в свежий костюм и ехать в офис, разгребать ту кучу проблем, которую мне вчера щедро отсыпали подрядчики.

В квартире было тихо. Обычно по утрам здесь играл какой-нибудь джаз на умной колонке, а на кухне жужжала кофемашина — Рита не могла проснуться без двойного эспрессо. Раз стояла тишина, значит, моя «жена» уже уехала на работу.

Идеально.

Я слишком устал. Ночь с Тасей помогла сбросить напряжение, но утренний звонок от отца снова вернул мне головную боль.

Я прошел в свою спальню — у нас с Марго, разумеется, были разные комнаты в противоположных концах коридора, — скинул на ходу рубашку и направился прямо в ванную.

Толкнул дверь и замер на пороге.

Густой, тяжелый пар мгновенно ударил в лицо, оседая влагой на коже. Шум воды, который из-за звукоизоляции не было слышно в спальне, теперь заполнил всё пространство.

Но не это заставило меня врости в пол.

За стеклянными дверцами душевой кабины, прямо на мокром кафеле сидела Рита. Абсолютно голая. Она подтянула колени к груди, обхватив их руками, и положила на них голову. Густые мокрые волосы темным плащом облепили её спину, а по плечам непрерывным потоком били тугие струи горячей воды.

В первую секунду мозг просто отказался обрабатывать картинку. Марго — эта железная, непробиваемая дочь Соболева, которая открывала двери с ноги, — выглядела сейчас такой маленькой, сломанной и уязвимой.

Я моргнул, сбрасывая оцепенение, и резко отвернулся к раковине.

— Твою мать, Марго, дверь запирать не учили⁈

За стеклом послышался резкий всплеск. Вода тут же выключилась.

— Я не знала, что ты придешь сегодня! — донесся до меня её хриплый, надломленный голос. — Думала, ты от… оттуда сразу в офис поедешь. Предупреждать вообще-то нужно!

Я стоял спиной к душевой кабине, глядя в запотевшее зеркало, и слушал, как за моей спиной шуршит ткань.

— Это и моя квартира тоже, если ты забыла. Приехал переодеться.

Я услышал звук открывающейся стеклянной дверцы. Краем глаза в отражении зеркала уловил движение и инстинктивно повернул голову.

Рита стояла у кабины, плотно запахивая на себе белый махровый халат. Её лицо было влажным, волосы спутались, но больше всего меня резанул её взгляд. Глаза были красными, припухшими, а на дне зрачков плескалась такая глухая, отчаянная тоска, что мне на секунду стало не по себе. Вода из душа не смогла скрыть того, что было очевидно.

— Ты плакала?

Она мгновенно подобралась. Спина выпрямилась, подбородок вздернулся вверх. Маска идеальной стервы начала стремительно возвращаться на место, закрывая эту минутную слабость.

— Нет. С чего мне плакать? Просто спала плохо. Глаза воспалились.

Она сделала шаг в мою сторону, намереваясь пройти к выходу.

— И поэтому ты сидишь на полу в душевой, как будто у тебя кто-то умер?

Рита остановилась в полуметре от меня. Вскинула голову, и в её глазах вспыхнул знакомый, колючий гнев.

— Не лезь мне в душу, Артур, — процедила она сквозь зубы. — Мы договаривались не лезть в личную жизнь друг друга. Выйти дай.

Мы несколько секунд смотрели друг на друга в упор. Два загнанных в угол человека, которые отчаянно притворялись, что у них всё под контролем.

Я тяжело вздохнул и молча отступил в сторону.

Рита тут же проскользнула мимо меня. Я проводил взглядом её прямую спину, пока дверь ванной комнаты не захлопнулась, оставляя меня в одиночестве.

Я оперся обеими руками о край раковины и опустил голову.

Сука.

Башку, что ли, проломить этому Паше?

Уже второй раз за этот месяц я вижу её в слезах.

Что там у них происходит? Она рискует ради этого мужика всем: деньгами, положением, отношениями с отцом. Она ввязалась в фиктивный брак со мной, с сыном злейшего врага её семьи, только чтобы уберечь этого идиота от расправы!

А он что? Доводит её до того, что она рыдает на полу в ванной, пока ее никто не видит?

Гнев горячей волной поднялся в груди. Мне хотелось прямо сейчас поехать к этому ублюдку и популярно объяснить, как нужно обращаться с женщиной, которая положила свою жизнь на алтарь его безопасности. Моя партнерша не должна так выглядеть. Моя «жена», пусть и фальшивая, не должна плакать.

Но уже в следующую секунду я горько усмехнулся своему отражению в зеркале и потер лицо ладонями.

А с другой стороны… мне-то какое дело?

Я ей не муж. Не брат. И уж точно не защитник её чувств. У нас сделка. Бизнес-контракт. Она прикрывает меня перед моим отцом, а я даю ей статус, который отпугивает её отца. На этом всё.

К тому же, у меня у самого проблем выше крыши. Мне нужно думать о горящих поставках арматуры, о том, как пережить сегодняшний совет директоров, и о том, как успокоить Тасю, которая всё чаще срывается из-за нашей секретности.