— Как же сложно.

— Согласна. К черту мужиков, как у тебя на работе?

Глава 33

Маргарита

Красный атлас — это ткань, созданная дьяволом для того, чтобы наказывать женщин за их грехи.

Я крутилась перед огромным зеркалом в своей спальне, и с каждым поворотом мое настроение стремительно летело в тартарары.

Платье было сногсшибательным: тонкие бретели, открытая спина, глубокий, благородный рубиновый цвет, который идеально подчеркивал мою бледную кожу и темные волосы. Оно струилось по фигуре, как жидкий огонь.

Но была одна катастрофическая проблема.

Атлас не прощает ничего.

Любой шов, любая кружевная каемка белья под ним проступала так, словно на меня надели спасательный круг.

Я раздраженно выдохнула и одернула подол.

Белье смотрелось под платьем просто отвратительно. Четкие, рельефные линии на бедрах убивали весь дорогой, элегантный силуэт, превращая меня из светской львицы в провинциальную выпускницу.

— Твою же мать, — прошипела, бросаясь к комоду.

Я с грохотом выдвинула ящик с бельем и принялась остервенело в нем рыться. Мне срочно нужны были бесшовные трусики. Телесные или, на крайний случай, красные. Но пальцы натыкались только на кружево, шелк и какие-то сложные конструкции из ремешков.

Наконец я выудила гладкий, бесшовный лоскуток ткани.

Черный.

Я приложила его к бедру поверх платья и глухо застонала. Черное под тонким рубиновым атласом. Гениально. Это будет просвечивать так, что на приеме со мной будут здороваться исключительно глядя на мой таз.

— Черт бы меня побрал купить это красное платье! — в сердцах ругнулась я, отшвыривая черное белье обратно в ящик.

Я ведь готовилась.

Специально купила этот наряд для сегодняшнего благотворительного приема, где соберется вся архитектурная и строительная элита. Мне нужно было выглядеть безупречно, непробиваемо, идеально.

— Марго, мы опоздаем! — донесся из гостиной приглушенный расстоянием, но требовательный голос Артура.

— Иду! — крикнула в ответ, чувствуя, как внутри начинает нарастать паника.

Я судорожно стянула с себя красное платье, перекинув его через спинку кресла. Осталась в одном базовом белье, заметалась по спальне, открывая дверцы шкафа одну за другой.

Что надеть? Черный костюм? Слишком скучно. Изумрудное платье? Оно велико, я всё еще не набрала свой вес обратно.

Ничего нет. Всё не то. Всё неправильно.

Дверная ручка щелкнула, и дверь в спальню открылась.

— Ты жива тут?

Я замерла посреди комнаты с вешалкой в руке.

Артур стоял на пороге. В своем безупречном черном смокинге, белоснежной рубашке и с расстегнутой бабочкой, свисающей с воротника, он выглядел так, словно только что сошел с обложки.

Его взгляд наткнулся на меня.

Я стояла перед ним в одном белье, растерянная, взвинченная, среди разбросанных по кровати вещей.

Он остановился.

Его темные глаза медленно скользнули по моим ногам, талии, задержались на груди и снова поднялись к лицу. В этом взгляде не было пошлости, но от него по коже всё равно пробежала горячая волна мурашек.

— Передумала надевать красное? — спокойно спросил он, кивнув на перекинутый через кресло атлас.

— Белья бесшовного подходящего нет, — выпалила я, чувствуя, как в горле начинает першить от подступающей, совершенно дурацкой, нерациональной истерики.

— Марго?

Я медленно повернула к нему голову.

— Что?

Он, не говоря ни слова, переступил порог, в несколько широких шагов сократил расстояние между нами и взял мои руки в свои.

И только в этот момент, когда его большие, горячие ладони накрыли мои холодные пальцы, я поняла, что они дрожат.

Крупно, неконтролируемо трясутся.

У меня что, паника? Из-за платья? Серьезно?

Воздуха в комнате вдруг стало не хватать.

Я судорожно сглотнула, чувствуя, как грудную клетку сжимает невидимым обручем. Это был не страх перед Артуром, это был страх потерять контроль над ситуацией. Я так долго держала всё в себе, так долго пыталась быть идеальной во всём, что сломалась на куске шелка.

— Вдох, — тихий, бархатный, уверенный приказ ударил по ушам. — Выдох.

Я инстинктивно закрыла глаза и подчинилась. Сделала глубокий, дрожащий вдох, втягивая его запах сандала и медленно выдохнула. Его большие пальцы успокаивающе поглаживали тыльную сторону моих ладоней.

— Вот так. Умница. В чем дело, Марго?

Я открыла глаза.

— Белье забыла купить, — мой голос сорвался, прозвучав жалко и тонко. — У меня должно было быть красное, бесшовное. Я думала, оно тут есть. А оно, видимо, осталось у Марка в доме. Я специально купила это платье на этот прием! Я всё подготовила до мелочей! Прическа, туфли, всё рассчитала… а белье не купила!

Зажмурилась, чувствуя, как горячие, злые слезы бессилия всё-таки наворачиваются на глаза.

Это было так глупо, так унизительно — реветь из-за трусов перед мужиком, который буквально вытащил меня с того света. Но я ничего не могла с собой поделать. Пружина лопнула.

— Макияж потечет Марго.

Он отпустил мои руки, шагнул к креслу и взял в руки красное платье.

Я шмыгнула носом, наблюдая, как этот огромный, влиятельный мужчина с серьезным лицом рассматривает тонкую женскую тряпочку.

Артур поднял платье и направил его на свет от люстры, прищурившись.

— Ткань легкая, но не прозрачная, — констатировал он, поворачиваясь ко мне. — Не надевай белье, и всё.

Я уставилась на него.

— Совсем?

— Марго, если нет подходящего, не надевай.

Мой мозг, всё еще балансирующий на грани панической атаки, попытался переварить эту информацию.

Идти на прием к инвесторам, министрам и конкурентам без белья? Под тонким атласом?

— Предлагаешь проветривать? — я скептически выгнула бровь, уперев руки в бока.

Уголки губ Артура дрогнули.

На его лице расплылась та самая, потрясающе наглая мужская усмешка, от которой внизу живота снова предательски потянуло.

— Предлагаю использовать это как стратегическое преимущество, — невозмутимо ответил он, протягивая мне рубиновый шелк. — Считай это инновационной системой естественной вентиляции. К тому же, пока половина зала конкурентов будет пытаться разгадать эту загадку и пускать слюни, мы подпишем все нужные контракты.

Он подмигнул мне и, уже направляясь к выходу из спальни, бросил через плечо:

— Надевай, Власова. Только резко не наклоняйся. Иначе я за себя не ручаюсь, а нам там еще приличную семью изображать. Жду в гостиной, время пошло!

Дверь за ним закрылась.

Я осталась стоять посреди спальни с красным платьем в руках. Губы сами собой растянулись в широкой, искренней улыбке, а от паники не осталось и следа.

Правда всё-таки была на стороне мами. С ним я не боялась быть слабой, потому что он никогда не делал из этого трагедию. Он просто брал и решал проблему.

Я сбросила базовое белье, оставив его на полу, и нырнула в прохладный красный шелк.

* * *

Зал роскошного отеля, арендованного под благотворительный вечер, слепил светом хрустальных люстр и вспышками фотокамер. Как только мы переступили порог, Артур положил ладонь мне на талию. И это прикосновение сразу показалось мне иным.

Он прекрасно знал, что под этим струящимся красным шелком на мне ничего нет. И я знала, что он это знает. От этого между нами вибрировало такое электрическое напряжение, что воздух казался плотным.

Артур не отходил от меня ни на шаг. Он вел меня сквозь толпу акул строительного бизнеса, инвесторов и чиновников с грацией хищника. Идеальный фасад: блестящий, уверенный в себе наследник империи и его потрясающая жена.

Мы лавировали между столиками, когда я заметила их.

Отец стоял у барной стойки с бокалом виски, о чем-то переговариваясь с собеседником, а рядом с ним, мрачнее тучи, возвышался Паша.

Я увидела, как изменилось лицо Паши в ту секунду, когда его взгляд наткнулся на нас.