— А как мы должны общаться? Мы с ним партнеры по сделке. И мы выкручиваемся, как можем.

— Мне кажется, тебе это слишком нравится! — выплюнул Паша. — Этот твой Воронцов, его деньги, весь этот ваш элитный цирк! Ты рядом с ним ведешь себя комфортнее, чем со мной! Ты мне рот затыкаешь, когда я говорю, что люблю тебя, но спокойно болтаешь с ним во время секса!

Я задохнулась от возмущения. Схватила свою блузку и резко натянула ее через голову.

— Да потому что твои слова про любовь ничего не стоят на фоне того, что происходит! — сорвалась на крик. — Ты мне сейчас про унижение будешь рассказывать⁈ Я сплю в другой комнате с мужиком, которого мне подсунули обстоятельства! Я улыбаюсь его родителям, я терплю своего отца, который думает, что я счастливая жена! И всё это, Паша, только ради того, чтобы ты продолжил работать в компании отца!

Подошла к нему вплотную, тыча пальцем ему в грудь.

— Я замужем за ним, чтобы защитить тебя! А ты мне сейчас истерики устраиваешь из-за телефонного звонка⁈

Паша отбил мою руку.

— Я не просил меня защищать такой ценой, Марго. Если для тебя это такой крест — иди и подай на развод.

Повисла мертвая тишина.

Я смотрела в глаза мужчине, ради которого поставила на кон собственную свободу, и не верила своим ушам. «Не просил». Конечно, не просил. Он просто сидел и бухал, пока мой отец собирался его уничтожить.

— Пошел ты, Паша.

Я развернулась, подхватила с пуфика свою сумку и пальто.

— Иди к своему мужу. Вы же с ним идеальная пара.

Я не стала отвечать. С силой захлопнула за собой дверь спальни и быстро вышла из квартиры.

Меня трясло от злости и от какой-то горькой, удушливой обиды. Я вызвала лифт, судорожно застегивая пуговицы на блузке.

Когда двери лифта открылись на первом этаже, я вылетела на улицу.

Черный «Майбах» уже стоял у обочины. Артур припарковался и как раз вышел из машины, опираясь спиной на дверцу и спокойно куря сигарету. Увидев меня он вопросительно выгнул бровь.

Молча подошла к нему, вырвала сигарету прямо из его пальцев и сделала глубокую, жадную затяжку.

Артур посмотрел на свои пустые пальцы, потом на меня.

— Я так понимаю, разрядки не случилось?

— Заткнись, Воронцов, — выдохнула вместе с густым дымом. — Просто поехали.

Глава 12

Артур

Мелодия звонка ворвалась в сон резко, как удар под дых.

Я со стоном разлепил один глаз, нащупал телефон на прикроватной тумбочке и сощурился от яркого света экрана.

Шесть утра. Суббота. Сука, ну выходной же.

На дисплее светилось имя Таси.

Сон как рукой сняло.

Я сел на кровати, потер лицо свободной рукой и нажал на кнопку ответа, морально готовясь к продолжению вчерашнего концерта.

— Артур? — раздался в динамике ее тихий, неуверенный голос.

— Да, малышка.

Повисла секундная пауза. Я слышал ее сбивчивое дыхание.

— Прости меня, — наконец произнесла она, и в ее голосе зазвучали те самые родные, мягкие нотки, по которым я так скучал последние дни. — Я просто…

— И ты меня, — перебил, чувствуя, как внутри распускается тугой узел напряжения. — Я лишнего наговорил. Устал просто как собака.

— Да нет, это я виновата. Ты прав, я поддерживать тебя должна, а вместо этого устраиваю истерики… Ты приедешь?

Я выдохнул, окончательно расслабляя плечи. Слава богу. Мир восстановлен.

— Конечно. Буду через час.

— Целую.

— И я тебя.

Я сбросил вызов, отбросил телефон на одеяло и тяжело поднялся с кровати. Тело ломило так, будто по мне ночью проехал каток.

Мы с Марго просидели вчера до двух часов ночи. Сначала прикончили ту бутылку шикарного красного вина, а потом незаметно перешли на мой коллекционный виски.

Я просто не мог отказать ей в этом удовольствии. На нее, так же как и на меня, сейчас давило всё вокруг. И когда ее единственной подруги не было рядом, Марго даже не могла позволить себе банально выпить и сбросить напряжение, боясь потерять контроль.

Я был рад стать для нее этим буфером.

Рад помочь ей хоть немного отпустить вожжи, просто находясь рядом и давая ей ощущение безопасности от ее же собственных демонов.

Мы не говорили ни о чем серьезном. Не лезли в душу. Просто сидели на полу, смотрели дурацкий фильм, пили и перекидывались саркастичными комментариями.

Это была идеальная, терапевтическая передышка для нас обоих.

Я быстро принял душ, смывая с себя остатки сна и легкое похмелье, натянул джинсы с черной футболкой и вышел из спальни.

На кухне горел приглушенный свет. Марго, одетая в шелковые пижамные штаны и какую-то растянутую майку, уже сидела за кухонным островом. Волосы собраны в небрежный пучок, взгляд уткнулся в экран планшета.

— Ты чего так рано встал? — спросила она, не поднимая головы, когда я вошел.

— Таська звонила. Поеду к ней.

Рита наконец подняла на меня глаза, понимающе хмыкнула и кивнула на кофемашину.

— Кофе? Я, правда, только себе сделала.

Я подошел к ней, не раздумывая забрал ее чашку прямо из-под носа и принюхался.

— С сахаром?

— Еще чего, — фыркнула она, наблюдая за моим наглым грабежом. — Я же сказала: себе делала.

Я усмехнулся и всё равно сделал большой глоток. Горькая, крепчайшая, обжигающая дрянь.

Я искренне не понимал, как эту нефть можно пить добровольно, но сейчас этот кофеиновый удар по мозгам был именно тем, что нужно.

— Чем займешься сегодня? — спросил, опираясь бедром о столешницу.

Марго лениво пожала плечами, пролистывая что-то на планшете.

— В магазин поеду. Гардероб обновлю, а то мне скучно.

Она потянулась, пытаясь забрать у меня свою чашку, но я успел сделать еще один глоток, прежде чем она ухватилась за ручку.

— Вот присосался, а! — возмутилась Рита, отвоевывая свой кофе. — Тебе с твоей мигренью только чай с ромашкой пить, а не крепкий эспрессо. Иди сам себе свари.

Я увернулся от ее шутливого тычка в плечо.

— Для человека, который обычно пьет латте на миндальном молоке, ты слишком любишь мой кофе, — прищурилась она, делая победный глоток из отвоеванной чашки.

— Может, потому что он твой.

И тут же мысленно дал себе по лбу.

Прозвучало это так, словно я пытаюсь к ней подкатить дешевой фразочкой из плохих сериалов.

Какая, к черту, романтика в шесть утра с похмелья?

Мы с ней скорее напоминали двух соседей по общаге.

— Шутка, — тут же поправился, поморщившись от собственной нелепости.

Марго медленно опустила чашку. Посмотрела на меня долгим, абсолютно непроницаемым взглядом, а затем совершенно серьезно выдала:

— Давай договоримся, а лучше прямо отдельным пунктом в контракт запишем, что тебе шутить нельзя. Вообще. Ты не умеешь.

Я рассмеялся в голос.

— Думаешь?

— Уверена, Воронцов. Это катастрофа.

Я оттолкнулся от столешницы и направился в прихожую. Марго, шлепая босыми ногами по паркету, пошла следом за мной, прислонившись плечом к дверному косяку и наблюдая, как я натягиваю кроссовки. В этом не было ни грамма контроля — просто привычное, спокойное присутствие человека, с которым комфортно делить пространство.

— Привет деревенщине передавай.

— Лучше без этого.

— У вас проблемы?

— Никаких проблем, — я легкомысленно поднял руки в примирительном жесте и взялся за ручку двери. — Тебе деньги нужны?

Марго скептически выгнула бровь. Ее взгляд скользнул по мне сверху вниз с таким искренним пренебрежением, что я едва сдержал улыбку.

— Ты думаешь, у тебя их больше, чем у меня?

— Это вряд ли.

— Ага. Вот и вали.

* * *

До квартиры Таси я долетел за сорок минут, почти не замечая дороги.

Она ждала меня прямо у порога.

Заплаканная, с виноватым взглядом. Никаких слов больше не понадобилось. Я просто шагнул к ней, сгреб в охапку, вдыхая родной запах ванили, и с силой прижал к себе. Она всхлипнула, вцепляясь пальцами в мою куртку, и сама потянулась к моим губам.