Карола недовольно поджала губы и отошла, поправляя наряд и причёску.

— Ну, прости, — холодно ответила она. — Тебе прекрасно известно, что для

драконов важны только родные дети. Я делаю, что могу. Был бы у меня ребёнок,

ты бы относился к нему так же, а то и с меньшим пониманием. Мужчины в этом

смысле даже хуже женщин. Посмотри на нового мужа Исольды, часто он отпускал

её повидаться с Вико, даже когда она сама ещё от вас не отвыкла?

— Речь не о любви к моему сыну, но ты могла бы проявить больше сочувствия. Это

так трудно, раз хочешь за меня замуж и уже командуешь моими слугами?

— Я люблю тебя, — ответила она тихо и печально, — с остальным приходится

мириться. Если тебе этого мало, не женись, как-нибудь переживу этот позор.

Уже представляю, как посмеются придворные.

Она ушла, а у меня, вопреки здравому смыслу и собственному желанию, опять

возникло чувство вины. Проклятье!

Ладно, поговорю с чужеземкой, посмотрим, что она расскажет.

В этот раз дракон постучал, прежде чем войти.

— Ладно, готов выслушать твою версию случившегося, — он привалился к дверному

косяку и, сложив руки на груди, уставился на меня.

— Сначала скажи, как Вико, — я села на кровати, где до этого пыталась

прикорнуть.

Тор-брахс долго всматривался в меня и молчал, но всё же снизошёл до ответа:

— У лекаря. Опасности нет, но пока побудет под наблюдением. Завтра домой

заберу, — он прищурился. — Почему ты беспокоишься о чужом, едва знакомом

ребёнке?

— Прости, но это глупый вопрос. Это ребёнок, и я его знаю. Разве не достаточно

для беспокойства? У вас тут как-то иначе всё устроено?

— Иначе, — мрачно ответил дракон. — И учитывая, что из-за Вико ты оказалась

тут, я не слишком верю в твою искренность. Ты должна бы ненавидеть его.

— Его? — я тоже встала и так же скрестила на груди руки, мы буравили друг друга

взглядами. — Он ещё толком не понимает, что может натворить. Вопросы у меня

к тебе. Это же ты недосмотрел, ты бросил опасный браслет там, где сын мог

взять. Ты не приставил к нему няньку, зная, что он втихую балуется магией.

Разве нет? Выходит, ненавидеть я должна тебя. Родители виноваты в том, что

вытворяют дети.

— Ты смеешь упрекать меня? — его голос стал ниже, в нём послышались рычащие

нотки, а глаза лорда недобро сверкнули.

— Смею, — перебила я, накопившееся раздражение и злость вырвались, молчать

больше не получалось. — Или думаешь, я благодарна судьбе за нашу встречу?

Твоя королева, конечно, может в это верить, но я готова на всё, чтобы

попасть домой. Мне уже вот тут, — я рубанула ребром ладони по горлу, — сидит

ваш идиотский мир, его правила, и то, как здесь относятся к людям.

Тор-брахс скрипнул зубами, я ждала взрыва, но он снова проявил чудеса

самоконтроля и ответил ледяным тоном:

— О твоём возвращении мы уже говорили, так что смирись. А королева завтра

прилетит, и если тебе так плохо здесь, могу попросить её забрать тебя в

столицу. Уверен, там найдётся какая-нибудь грязная работа для тебя. Правда,

кругом будут такие, как Карола, но уверен, ты справишься. Так что, только

скажи, и я всё сделаю, раз уж так перед тобой виноват.

— Издеваешься, потому что можешь? — прошипела я, поняв, что могу испортить и

без того паршивую ситуацию.

— Предлагаю варианты, — без малейших эмоций заявил он. — А их у тебя не много.

Можешь остаться здесь, и, когда привыкнешь к нашему миру и жизни, мы обсудим

твоё будущее. Или отправляйся с королевой, а я умываю руки. Есть ещё вариант

— ты просто уходишь, куда пожелаешь. Конечно, одежду, еду и какие-то деньги

я дам, а дальше сама.

Он был во всём до омерзения прав. Я молчала, а во рту, казалось, вот-вот

раскрошатся зубы.

— Осознала свои перспективы? — дракон смотрел так, будто хотел не только

подавить моё возмущение и волю, но и заставить согнуться перед ним в

поклоне. — Молчишь? Значит, ты всё поняла. Я позволяю тебе так дерзить и

обращаться ко мне подобным образом только потому, что действительно чувствую

вину, но главное, потому что ты спасла моего сына. Вы с Сандой нарушили

запрет, не побоялись ради Вико, и за это я буду вечно вам благодарен. Однако

не переходи границ, не забывай, что мы не ровня, и никогда ею не станем.

— Вот это я уже поняла, — хотелось добавить, что для меня смысл фразы несколько

иной, но удалось вовремя прикусить язык, а то договорюсь, точно отправит с

королевой.

— Прекрасно, хотя в твоих словах чувствуется подтекст...

— Если ты такой сообразительный, — снова не удержавшись, перебила я, проклиная

свой длинный язык, — то как умудрился связаться с этой Каролой? Даже я вижу,

что у вас ничего общего.

И вот тут дракон удивил, он тяжело вздохнул, прикрыл наконец-то дверь и присел

на край тумбы с умывальником.

— А ты никогда не совершала ошибок от безысходности? Я разведён, один

воспитываю ребёнка, а мои соплеменники признают только своих детей.

Отношения для такого как я возможны в двух случаях — постель, без намёка на

серьёзность, или брак, с пониманием того, что твой ребёнок станет обузой и

раздражителем для новой жены.

— Ты считал, что Карола безопасна, что она не захочет брака?

Я начала понимать. Молодой мужик, здоровый, сильный, и одинокий, да ещё, как

говорится, брошенка. Как минимум тело-то требует своего, да и душе хоть

иногда нужно тепло, пусть и придуманное. Ну и хотелось, наверное, доказать

самому себе, что он не полный неудачник, а тут фрейлина и родственница

королевы... Ничто человеческое, видимо, и драконам не чуждо.

— Считал. Думал, мы всё это обсудили и поняли друг друга.

— А что заставило её передумать?

— Хороший вопрос, но я вряд ли узнаю ответ. Леди Лихс виртуозно,

по-придворному, умеет если не врать, то недоговаривать, — снова криво

усмехнулся он.

— А почему ты не назвал третий вариант? Эту вашу истинность.

— Это сложно, — взгляд дракона потух, голос стал глухим. — В округе моей пары

нет, я тут всех знаю, в столице несколько раз бывал, тоже не ощущал усиления

искры, значит, если она и есть, то где-то очень далеко. Пока Вико не

вырастет, я привязан к этим местам, и потом, у меня есть долг стража, так

что шансов мало. И может оно даже к лучшему. Боюсь, что стану таким же, как

бывшая жена. Это убьёт Вико.

— Не понимаю, как можно забыть собственного ребёнка, — прошептала я, ничего не

поняв про искру. — Что может быть важнее детей?

— Она не забыла, но материнские чувства притупились. Исольда полностью

погрузилась в новый брак, обожает их общего сына, — с ощутимой болью

ответил он. Интересно, а сам-то он бывшую разлюбил?

— Я видела такое дома. Моя бабка, когда второй раз вышла замуж, будто забыла,

что у неё есть старший сын, мой отец, зато с детей от второго мужа она

пылинки сдувала всегда. И не понадобилось никакой истинности.

Папа до самой смерти не простил этого матери, и я могла понять, что чувствует

Вико.

— Так что за история с вилкой? — неожиданно сменил тему Тор-брахс.

— Как же ты невесте не поверил? Она же в красках всё рассказала, служанка

подтвердила, всё как в тот раз с управляющим, — я мстительно прищурилась.

— Именно, что как в тот раз, и это уже странно. Да и сомневаюсь я, чтобы после

истории с твоей крысой, ты стала бы так опрометчиво кидаться на драконицу. С

вилкой.

— Ну а с чем ещё идти против пламени? Только с вилкой, — я нервно хмыкнула. –

Ладно, вот тебе правда. Твоя невеста ворвалась сюда, схватила меня и

принялась трясти, будто боролась, прибежала служанка, на пол упала вилка,

которой тут не было, а потом пришёл ты. Ах, да, сначала Карола просто на