взглядом с головы до ног, схватил за руку и потащил в замок, но я успела

заметить перепуганное лицо Вико, смотревшего вслед отцу.

Ганн, одетый скромно, но опрятно и лучше, чем остальные, явно не был простым

слугой в этом доме. По пути он раздавал указания людям, тоже выглядевшим

испуганными, а когда открыл дверь и втолкнул меня в комнату, спросил:

— Еду и воду сейчас принесут, если надо в уборную, проводят. Чего тебе ещё?

Я от растерянности просто пожала плечами, а он снова смерил меня взглядом.

— Переодеть тебя надо. Не одежда, а срам да непристойность. Девица в штанах! Уж

сразу бы голая ходила!

Он ушёл, раздался скрежет ключа в замке. Не пленница, но и не гостья...

— Янка, еды дадут, надо припрятать, — деловито прошептал Пушок. — Кто знает,

когда потом покормят. Не нравятся мне эти типы. Вот когда бы навыки моих

дворовых предков пригодились! А я-то что? Домашний, ни спрятаться, ни от

врагов отбиться. Вся надежда на тебя. Спасай нас, хозяйка.

— Да ты что? А кто меня недавно крысой обозвал?

Я поставила корзинку на узкую кровать, застеленную покрывалом из разноцветных

лоскутков, и рассматривала небольшую комнату — деревянный пол,

оштукатуренные светлые стены, комод, тумба с умывальным тазиком, пара

крючков для одежды на стене, ничего лишнего, но чисто и относительно тепло.

— Ой, не наговаривай! — наконец нашёлся, смутившийся было Пушок. — Не обозвал,

а к родне причислил. Это исключительно из любви! Просто тон был нервный, вот

ты не так и поняла.

— Ну-ну. Лучше скажи, где ты тот браслет взял? Судя по всему, из-за него мы тут

оказались, хотя поверить в такое невозможно. Портальный артефакт...

Иномирное происхождение... Дракон... Такое чувство, что я спятила.

— Конечно! Где уж упомянуть, что я стал лысым и заговорил! Не мне важностью с

целым драконом тягаться, — обиженно проворчал Пушок.

— Слушай, а у тебя, оказывается, склочный и мелочный характер. А казался мне

таким милым питомцем! Вот уж правда, молчание — золото.

Ответить он не успел, только насупился, а из-за двери донёсся знакомый детский

голос:

— Эй, человечка с крысой, ты там?

— Что вы тут делаете, мастер Вико?! — в коридоре раздался второй голос,

женский, не молодой.

— Тихо! — шикнул мальчик. — Я папину пленницу ищу, пока старый ворчун не пришёл

и не перепрятал её. Эй, как там тебя? Янка? Ты тут? — он постучал в дверь.

— Не ты, а вы! — отозвалась я. — И зовут меня Яна.

— А твой лысик говорил — Янка, — заспорил этот пострел. — И раз ты не уважаемая

человечка, не драконица, не магисса иностранная, то можно и на «ты»

обращаться.

— Ну, раз я такая неуважаемая, то и не обращайся вовсе.

Я отошла от двери, и он это услышал.

— Ты куда? Обиделась? А наши люди не обижаются, — мальчишка озадачился,

помолчал и выдал: — Ладно, наверное, в твоём мире так принято, а папа

говорит, что надо уважать чужие традиции.

О! Неужели наглый папаша научил сына чему-то хорошему? Я удивилась и даже

вернулась к двери, но снова вмешалась женщина.

— Мастер, там управляющий Ганн идёт, я слышу его голос. Быстро, бежим в мою

комнату!

Раздались торопливые шаги, скрипнула дверь, а через несколько минут в моём

замке повернулся ключ.

— В уборную пойдёшь? — с порога спросил меня управляющий, а когда я отказалась,

пропустил в комнату служанку с подносом. — Тогда вот тебе еда и вода, сиди

тихо. И переоденься!

Он снова неприязненно глянул на Пушка, бросил рядом с корзинкой ворох каких-то

тёмных тряпок и ушёл, не забыв меня запереть.

— Сидеть тихо? Он думает, я песни петь начну?

— Забудь, — Пушок встал на задние лапы на клубке, как циркач, и потянул

подрагивающим носом, — лучше посмотри, чем кормят. Что-то мясное, но травы и

специи запах портят. И крупа... Кажется, перловка.

Меня больше интересовала вода — как только увидела большой кувшин, поняла, что

ужасно хочу пить.

— Ммм... — простонала я. — Вкусно! Будто из родника в горах! Сразу вспомнилось,

как мы с папой на Кавказ ездили отдыхать.

— Хозяйка, на потом оставь ностальгию, на пустое пузо она газики вызывает, –

Пушок спрыгнул с кровати и уселся у комода, продолжая принюхиваться. — Да,

определённо перловка! — он многозначительно посмотрел на меня.

— Такой маленький и вечно голодный...

Поделившись с питомцем, чем Ганн послал, я попробовала кашу. Действительно,

перловка с мясом и какими-то пряностями, вполне неплохо на вкус.

А вот одежда мне совсем не понравилась. Панталоны и нижняя сорочка сероватого

цвета, наводящего на мысль о сомнительной чистоте, бурое платье из колючей

шерсти, чулки с подвязками, явно прожившие насыщенную жизнь, и фартук, такой

же, как я видела на служанках. Нет уж, я в своём останусь, по крайней мере,

пока.

Я попыталась осмыслить ситуацию, но она по-прежнему никак не укладывалась в

голове.

— Надо руки занять, иначе чокнусь от такой реальности. Так. Тебе нужен свитер!

— Мне нужно домой, как и тебе. И шерсть вернуть! — проворчал любимец, пока я

обмеряла его ниткой.

— Раз пока с этим ничего не поделать, повяжем.

Привычно набрав на спицы петли, я принялась за работу и быстро погрузилась в

почти медитативное состояние. Голубая полоска — нервы успокоились,

охристо-жёлтая — мысли прояснились...

За дверью раздались осторожные шаги.

— Яна, вы там? — Вико, судя по звуку, практически прижался губами к створке.

— Тут. Куда же нам деться? А ты зачем пришёл? Отец вернётся, и если застукает,

то и тебе, и управляющему достанется. Иди к себе.

— Да он не скоро вернётся. Виверны... — вздохнул мальчик, будто это слово

что-то должно объяснить.

— Это кто или что? И о чём кричал тот мужчина? Какое нападение? И кого пять?

— Так виверн пять, они и напали.

Я живо представила, как он пожал плечами, а светлые бровки взлетели вверх, мол,

что тут непонятного? Всё же Вико очень симпатичный, и совсем не похож на

отца. Они точно родня?..

— А давай предположим, что я ничего не знаю об этих твоих вивернах. Кто это?

Почему напали? И почему твой отец улетел?

Вот последнее хуже всего укладывалось в моё представление о нормальности.

Человек-дракон. Улетел.

По двери прошуршало, похоже, Вико сполз по ней спиной и сел на корточки. Его

голос донёсся теперь снизу.

— Папа — лорд Крылатый страж. Это очень почётное звание, в королевстве всего

пять таких драконов, — в голосе мальчика звенела гордость, — самых сильных

из всех. Он командует местным войском, и они защищают Холмистые земли от

врагов. А враги — горные виверны. Это животные, но хитрые и сообразительные,

и ещё очень прожорливые. Они похожи на драконов, только намного мельче, и у

них всего две лапы, задние, а спереди крылья, почти как у летучей мыши, ну,

то есть, передних лап настоящих нет. Понимаешь? Ой, то есть понимаете?

Меня порадовало, что мальчик пытается «уважать мои традиции».

— Разницу поняла, хотя представить такое создание не могу, — созналась я. — И

почему же они нападают?

— Жрать хотят, — просто ответил он, и я еле сдержала смех, настолько грубо и,

одновременно, невинно это прозвучало. — У нас в холмах много домашнего

скота, они прилетают, уносят коров и овец, а иногда и людей утаскивают. В

общем, папа с ними воюет. Это опасное дело, но он могучий и смелый, и всегда

побеждает. Если виверн меньше семи, он даже подмогу не зовёт, сам

разбирается.

Чувствовалось, что Вико восторгается отцом, видит в нём пример и своего героя.

Только достоин ли родитель такого?

— А почему стражей всего пять? Они все вместе с этими вивернами воюют?