— Впусти, — коротко бросил он.

Дверь открылась, и в кабинет буквально вспорхнула Карина. Сегодня на ней не было того скромного ситцевого платьица, в котором она разыгрывала невинность перед Марком. Для Громова она выбрала другое оружие. На ней было экстремально короткое, обтягивающее шелковое платье цвета спелой вишни на тонких бретельках. Глубокое декольте едва удерживало пышную, упругую грудь, а при каждом шаге подол соблазнительно подскакивал, обнажая длинные, загорелые бедра. Её русые кудри были небрежно растрепаны, а губы блестели от влажного блеска.

Она двигалась плавной, кошачьей походкой, намеренно покачивая бедрами. За собой она оставила шлейф приторно-сладких, дурманящих духов.

— Демид Александрович… — томно выдохнула Карина, останавливаясь прямо у его массивного дубового стола. Она наклонилась вперед, намеренно открывая его взгляду роскошный вид на свои сочные полушария, между которыми заманчиво поблескивала тонкая золотая цепочка. — Я так рада, что вы согласились меня принять. О вас говорят, что вы мужчина, который забирает себе всё самое лучшее.

Демид не шелохнулся. Его серо-стальной взгляд оставался абсолютно ледяным, медленно сканируя девицу. Он видел этот типаж сотни раз — молодая, голодная хищница, уверенная, что её тело — это универсальный пропуск в мир безграничной власти.

— Ближе к делу, девочка, — хрипло и жестко оборвал её Демид. — У меня мало времени. Что у тебя есть?

Карина ничуть не смутилась от его холодности. Напротив, её глаза лихорадочно блеснули. Ей нравилась эта грубая мужская сила. Она обогнула стол, сокращая дистанцию до минимума, и грациозно опустилась на край его рабочего стола, прямо поверх каких-то важных документов. Шелк её платья задрался почти до самых трусиков, обнажая гладкую, шелковистую кожу бедер.

— У меня есть то, что уничтожит Марка, — прошептала она, протягивая Демиду маленькую черную флешку. Она держала её двумя пальчиками с ярким маникюром, а её колено «случайно» коснулось бедра Громова. — Там всё. Вся внутренняя бухгалтерия его фирм. Черные схемы, заниженные сметы по госконтрактам, списки чиновников, которые берут у него из рук. Вы можете раздавить его за один день, Демид. Стать единственным королем в этом городе.

Демид взял флешку, его пальцы на секунду соприкоснулись с её кожей. Карина тут же сладострастно затрепетала, истолковав это как знак победы. Она осмелела. Скользнула со стола прямо к нему на колени, обвивая его шею тонкими руками и прижимаясь своей упругой грудью к его широкой груди.

— Я сделала это для вас, — горячо зашептала она ему в самые губы, обдавая запахом клубники и алкоголя. — Марк — глупый, стареющий индюк. Он пресный, как и его бывшая мымра Ленка. Он не умеет ценить то, что имеет. А я… я могу стать вашей. Полностью. Делайте со мной всё, что захотите. Я умею быть очень… послушной девочкой для сильного мужчины.

Она начала тереться своей попкой о его пах, пытаясь вызвать ответную реакцию, и потянулась к его губам, приоткрывая рот в порочном, влажном поцелуе. Её пальцы уже судорожно пытались расстегнуть верхнюю пуговицу его рубашки.

Но Громов даже не приоткрыл губы. Его тело оставалось твердым и неподвижным, как скала. В его паху не дрогнул ни один мускул. Дикая, изощренная эротика двадцатилетней нимфы вызвала у него лишь брезгливую скуку.

В следующую секунду Демид жестко перехватил её запястья. Его пальцы сжались на её руках как стальные тиски, заставив Карину пискнуть от боли. Он резко, без тени жалости сбросил её со своих коленей на пол.

Карина больно ударилась бедром о ножку кресла и растерянно уставилась на него снизу вверх, потирая покрасневшие запястья. Вся её спесь и напускной разврат мгновенно испарились.

— Ты дура, Карина, — ледяным, ровным тоном произнес Демид, поднимаясь во весь свой огромный рост и сверху вниз глядя на распластанную девицу. — Ты решила, что если старый дурак Власов поплыл от твоих грязных ласк в гостевой спальне, то ты можешь вертеть мужчинами моего уровня?

— Но… Демид Александрович… я же принесла вам компромат! — обиженно протянула она, в её голосе снова прорезались капризные, детские нотки. — Я хочу быть с вами! Я хочу, чтобы вы выкинули эту нищую Ленку из вашего нового проекта. Олег нанял её дизайнером вашего пентхауса. Зачем она вам? Она же серая, неинтересная! Вышвырните её на панель, пусть побирается!

Демид цинично усмехнулся. Он подошел к двери своего кабинета, открыл её и кивнул двум массивным охранникам, стоявшим в коридоре.

— Елена Юрьевна Власова будет работать со мной. И её проект будет лучшим в этом городе, — отчеканил Громов, швыряя пустую флешку на пол к ногам Карины. (Пока она терлась на его коленях, его скрытый софт на компьютере уже полностью скопировал и зашифровал все данные с её носителя). — А ты… я не беру б/у вещи после таких ничтожеств, как твой Марк. Пошла вон отсюда, пока я не приказал спустить тебя с лестницы.

Карина вскочила с пола, её лицо перекосилось от ярости и унижения. Маска ангела окончательно слетела. Она схватила свою сумочку, злобно зыркнула на Демида и, громко цокая каблуками, вылетела из кабинета под конвоем охраны.

Демид подошел к окну, застегивая пуговицу на манжете. На его губах играла жесткая, хищная улыбка. Власов был трупом — компромат Карины уничтожит его бизнес за считанные недели. Но сейчас Громова интересовало другое.

Он достал телефон и набрал Олега:

— Громов говорит. Скажи Елене, я еду на объект в «Зенит». Хочу лично посмотреть, на что способна женщина, которую так усердно пытаются втоптать в грязь.

Глава 3

Глава 3

Элитный жилой комплекс «Зенит» высился над городом стеклянной глыбой. Тридцатый этаж встретил Елену гулким эхом пустых бетонных стен, паноракными окнами от пола до потолка и запахом строительной пыли. Площадь была огромной — почти пятьсот квадратных метров лофта с высокими потолками. Из окон открывался сумасшедший вид на деловой центр города, залитый пресным, блеклым дневным светом.

Лена достала лазерную рулетку и блокнот. Она ходила между бетонных колонн, делая замеры, и постепенно в её голове начал вырисовываться концепт. Никакой пастели, никакого мягкого уюта, который она так любила раньше. Здесь нужен был черный мрамор, грубый металл, открытый огонь биокаминов и фактурное дерево. Стиль для сильного, опасного хищника.

— И это всё, на что способна бывшая жена Власова? Просто мерить стены? — раздался из глубины помещения низкий, бархатный голос с отчетливой хрипотцой.

Лена вздрогнула и обернулась. Из тени недостроенной лестницы вышел Демид Громов. На нем был безупречно сидящий темно-серый костюм-тройка, верхние пуговицы белой рубашки были расстегнуты, обнажая сильную шею. Пронзительные серо-стальные глаза сканировали её до самых костей. От него пахло дорогим табаком, кожей и парфюмом с нотами сандала.

— Здравствуйте, Демид Александрович, — Лена постаралась, чтобы её голос звучал максимально ровно, хотя сердце забилось в ускоренном темпе. — Я изучаю пространство. Чтобы сделать проект, нужно понять его объемы.

Громов медленно подошел ближе. Он остановился в шаге от неё.

— Я видел твои прошлые работы, Елена, — Громов цинично усмехнулся, окинув её фигуру медленным, оценивающим взглядом. — Пресно. Правильно. Твой бывший муженек — редкий идиот в бизнесе, но в одном я с ним согласен: ты была слишком удобной. А удобные женщины быстро надоедают. Из них уходит сок.

Слова Громова ударили наотмашь. Лена почувствовала, как к щекам прилила кровь.

— Вы наняли меня, чтобы обсуждать мою личную жизнь, Громов? — в её voice впервые звякнула сталь. Она сделала шаг вперед. — Мой брак — это моё дело. Если вам нужны штампованные вензеля и позолота, наймите других. А если вам нужен пентхаус, который подчеркнет, что вы держите этот город за горло, то не мешайте мне работать.

Демид на секунду замер. Его серо-стальные глаза сузились, в них промелькнул опасный, хищный интерес.