— Тогда почему ты все еще с ней? — Карина прильнула к его уху, обжигая ядовитым шепотом. — Сегодня идеальный день, Марк. Избавься от этой блеклой моли. Давай устроим шоу, которое они никогда не забудут. Ты же хочешь меня? Всю, целиком, каждый день?

Марк посмотрел на свои часы. Банкет уже начался. Внизу ждали люди. И в его голове, подогретой адреналином и безумным сексом с двадцатилетней нимфой, созрел жестокий, циничный план.

В банкетном зале звенели бокалы. Елена улыбалась гостям, но внутри росла тревога. Марка не было уже полчаса. Карина тоже пропала.

Вдруг двери зала распахнулись, и вошел Марк. Его галстук был слегка сдвинут, а в глазах горел странный, лихорадочный огонь. За ним, скромно потупив взор, шла Карина, аккуратно придерживая рукой воротник своего платья — Лена даже не заметила, что оно было порвано, решив, что это новая деталь гардероба.

Марк уверенно прошел к главе стола, взял микрофон у ведущего и постучал по нему пальцем. Шум в зале затих. Гости обратили на него выжидающие взгляды. Елена с облегчением выдохнула и подошла ближе, держа в руках серебряное блюдо с главным праздничным пирогом, который она пекла сама.

— Дорогие друзья, партнеры, — громко начал Марк, его голос разносился по залу, перекрывая глухие раскаты грома за окном. — Спасибо, что пришли сегодня. Пять лет — большой срок. И сегодня, в этот знаменательный день, я хочу сделать важное заявление. Перед лицом всех присутствующих.

Елена ласково смотрела на мужа, ожидая слов благодарности.

— Я тебя не люблю, — сказал вдруг Марк, поворачиваясь к ней.

Его голос был ледяным, лишенным каких-либо эмоций. В зале повисла мертвая, звенящая тишина. Кто-то из гостей подавился шампанским.

— Марк?.. Что ты такое говоришь? — растерянно переспросила Елена. Ей показалось, что это какая-то глупая, злая шутка. Ноги мгновенно стали ватными.

Из её рук выпало и с оглушительным грохотом разбилось серебряное блюдо. Пирог разлетелся по дорогому паркету. Фарфоровые соусники, стоявшие на краю, полетели следом, разбиваясь на множество мелких, острых осколков. Точно так же, как в эту секунду разбивалось её сердце.

— Разлюбил, — пояснил Марк устало, но без всякого чувства вины в голосе. — Прости, Лена, но я не хочу больше продолжать этот цирк. Ты хорошая хозяйка, но как женщина — ты пустое место. Я задыхаюсь в этом браке.

Он небрежно обвел рукой роскошный стол, над которым она так трудилась — готовила с самой ночи, не смыкая глаз. Кивнул на гостей, которые, оправившись от шока, жадно ловили каждое слово, предвкушая грандиозный светский скандал. Телефоны некоторых уже были наготове.

А потом Марк повернулся и пошел на выход из зала, даже не взглянув на бледную, как полотно, жену.

Следом за ним вскочила Карина. Вся её кротость и пугливость испарились в одно мгновение. Опережая Марка на шаг, она повернулась к Елене. На её лице играла торжествующая, хищная улыбка. Двадцатилетняя кузина, которой Лена дала дом и будущее, по-хозяйски, собственнически вцепилась в локоть Марка, прижимаясь к нему всем телом.

Теперь Елене стало ясно всё. И порванное платье Карины, и блеск в глазах мужа, и то, почему вдруг он её разлюбил. Мерзость происходящего удушливой волной подкатила к горлу. Её предали самые близкие. Растоптали публично, уничтожили на глазах у всего их окружения.

Карина подмигнула Елене и увлекла Марка за собой к выходу.

Елена стояла посреди осколков, чувствуя, как внутри, на месте выжженной боли, зарождается что-то новое. Холодное, острое и смертоносное. Она медленно подняла голову, глядя на закрывшуюся за предателями дверь.

«Ты думаешь, что победил, Марк? Думаешь, что нашел сокровище в этой малолетней твари? Ты скоро узнаешь, как сильно ошибся» , — мысленно произнесла Елена, сжимая кулаки до крови.

Глава 2

Глава 2

Прошло две недели. Две недели адского, выматывающего марафона, который окончательно похоронил прежнюю Елену — мягкую, уступчивую, готовую жертвовать собой ради чужого комфорта.

Адвокаты Марка работали чисто и одновременно грязно. По брачному договору, составленному еще на заре его строительного бизнеса, почти все имущество было оформлено на его компании. Загородный дом, в который Лена вложила душу, каждую деталь интерьера подбирая лично, остался Марку. Ей досталась лишь смехотворная денежная компенсация, которой едва хватило бы на полгода скромной жизни в арендованной однушке, и один-единственный чемодан с личными вещами.

Карина времени не теряла. Из окон такси, на котором Лена уезжала из их некогда общего гнезда, она видела, как рабочие уже выносили на помойку её любимые напольные вазы. Карина, одетая в шелковый халат Лены, стояла на крыльце и со смехом указывала грузчикам, что еще нужно выбросить. Она стирала любое напоминание о прежней хозяйке.

Но Лена больше не плакала. Слезы высохли еще в ту ночь, на полу банкетного зала, среди осколков фарфора и растоптанного пирога. Внутри неё осталась лишь выжженная, холодная пустыня и стальная, звенящая злость.

— Елена Юрьевна? — из размышлений её вырвал голос Олега, её бывшего сокурсника и владельца небольшого дизайнерского бюро. — Вот, посмотри техническое задание. Я знаю, что ты давно не практиковала крупный дизайн, всё больше домом занималась… Но этот заказчик — наш последний шанс. Если мы не возьмем этот объект, моё бюро обанкротится. А тебе, как я понимаю, сейчас очень нужны деньги.

Лена перевела взгляд на плотную папку с чертежами.

— Кто заказчик, Олег?

— Демид Громов, — тихо, почти благоговейно произнес мужчина.

У Лены внутри всё сжалось. Имя Громова в городе знали все. Главный, самый жесткий и беспринципный конкурент Марка. Если Марк брал объемы хитростью, связями и демпингом, то Громов действовал как таран. Его строительный холдинг «Атлант» подминал под себя лучшие тендеры города. О его тяжелом характере и абсолютной циничности ходили легенды. Говорили, что он не прощает ошибок и видит людей насквозь.

— Ему нужен дизайн трехэтажного пентхауса в новом элитном комплексе «Зенит», — продолжил Олег. — Пять других бюро он уже выставил вон. Сказал, что все их проекты — «пресная, безвкусная херня для престарелых олигархов». Ему нужно что-то дикое, сильное, на грани. Лен… я знаю, в каком ты сейчас состоянии после… ну, после этого скандала с Марком. Весь город гудит. Но Громов платит тройной тариф.

Лена медленно провела пальцами по тексту ТЗ. Марк всегда говорил ей, что её дизайн слишком академичен, слишком скучен. Он заставил её поверить, что её потолок — это шторы в их гостиной.

— Я возьмусь, — твердо сказала Лена, поднимая глаза. — Прямо сейчас поеду на объект. Мне нужно прочувствовать пространство.

Элитный жилой комплекс «Зенит» высился над городом стеклянной глыбой. Тридцатый этаж встретил Елену гулким эхом пустых бетонных стен, панорамными окнами от пола до потолка и запахом строительной пыли. Площадь была огромной — почти пятьсот квадратных метров лофта с высокими потолками. Из окон открывался сумасшедший вид на деловой центр города, залитый пресным, блеклым дневным светом.

Лена достала лазерную рулетку и блокнот. Она ходила между бетонных колонн, делая замеры, и постепенно в её голове начал вырисовываться концепт. Никакой пастели, никакого мягкого уюта, который она так любила раньше. Здесь нужен был черный мрамор, грубый металл, открытый огонь биокаминов и фактурное дерево. Стиль для сильного, опасного хищника.

В это же время в огромном, залитом солнцем кабинете на верхнем этаже бизнес-центра «Атлант» Демид Громов сидел в глубоком кожаном кресле. Он задумчиво крутил в пальцах тяжелую перьевую ручку, когда секретарь по селектору растерянно доложила:

— Демид Александрович, к вам Карина Власова. Настаивает на личной встрече. Говорит, у неё есть информация, которая стоит миллионов.

Громов иронично приподнял бровь. Малолетняя сучка, из-за которой на прошлой неделе оскандалился его конкурент Власов.