Фиалка вздрогнула, вспоминая малышей, с которыми пряталась в южной галерее. Их испуганные глаза, их маленькие руки, вцепившиеся в её платье.

— Да, — повторил Дериан. — Я не хочу, чтобы свет вырвался из тебя без контроля. И да, я не хочу, чтобы эль-шиар достался морхайрам. Поняв, что такое сытость, они больше не захотят голодать. И станут беспощаднее. И да, я не хочу, чтобы свет достался Неблагому двору, — Дериан поднял руку, обрывая попытку Фиалки возразить. — Ты можешь считать меня предвзятым, но я знаю Кондроуэна. Я знаю, что они сделают с этой силой. Они объявят нам войну. И что останется от фейри без магии против тех, кто будет обладать ею в избытке?

В его словах была жестокая логика. В конце концов она не могла винить его в том, что он не желает геноцида своему народу. И от этого становилось ещё больнее. Она думала, что он скажет красивую ложь. Разве фейри не должны говорить сладкие речи, чтобы заполучить доверие человека? Сейчас Дериан говорил излишне честно.

— Но больше всего, — Дериан склонился ниже и взял одну руку Фиалки в свои, переплетая пальцы. От его прикосновения по коже пробежали мурашки, и она почувствовала, как амулет на груди нагревается. — Я не хочу, чтобы умерла ты.

Сердце Фиалки пропустило удар. Эти слова не могли быть ложью, не так ли? Но что он имел в виду?

— Потому что во мне эль-шиар, — прошептала она с сомнением и надеждой, что это не так.

— Потому что ты — Фиалка.

Давящий ком в груди лопнул, словно мыльный пузырь. Тёплый румянец залил её щёки, поднимаясь от шеи к самым ушам. Она отвернулась, не в силах смотреть в его золотые глаза, которым нельзя было верить, но так хотелось.

— Но я не понимаю, — пробормотала она. — Почему ты так говоришь? Мы едва знакомы.

— Не обязательно знать кого-то долго, чтобы понять, что ты не хочешь его потерять, — ответил он. — К тому же, я думаю, что узнал тебя достаточно.

— И что же? — фыркнула Фиалка, не оборачиваясь, чувствуя, как от его близости у неё перехватывает дыхание. — Скажешь мой любимый цвет?

— Белый, — без тени сомнения ответил Дериан.

Фиалка коротко рассмеялась:

— А вот и нет. Я люблю зелёный.

— Разве? — в голосе Дериана слышалось искреннее удивление. — Почему же ты тогда каждый раз выбираешь белое платье?

— Потому что у вас во всём Дворце выбор-то из белого и золотого? — Фиалка наконец повернулась к Дериану и увидела его широкую улыбку.

— И правда. Стоит исправить эту оплошность.

Он шутил. Он смеялся, шутил и непринуждённо разговаривал с ней, пока над ней нависла смертельная опасность. Это было так неправильно, но, кажется, это именно то, что было нужно ей сейчас. И это ей нравилось.

— Но я узнал о тебе главное, Фиалка, — он стал серьёзнее, но улыбка не сошла с его лица. — Не так важно, какой цвет тебе нравится или какое блюдо ты предпочитаешь, хотя я хотел бы знать это, чтобы сделать твоё пребывание в моём доме приятнее. Но гораздо важнее — какая у тебя душа.

— И какая она? — спросила Фиалка дрогнувшим голосом.

— Яркая. Красивая. И чистая, — на каждое слово Дериан поднимал взгляд, словно вспоминая что-то и описывая это.

— Как будто ты видел её, — фыркнула Фиалка.

— Сегодня весь Двор видел её, — ничуть не смутился Дериан.

— Если ты об этом, — она снова погрустнела, отводя взгляд, — то это был всего лишь эль-шиар. Он сиял, а не я.

— Нет, — он накрыл её ладонь своей, заставляя снова посмотреть ему в глаза. — Все видели не свет. Они видели тебя. Девушку, которая до ужаса боялась, но не сбежала. Девушку, которая рисковала собой, чтобы спасти других. Девушку, которая спасла всех нас. Если бы не ты, сегодня погибло бы гораздо больше фейри.

Слова очень льстили ей, но в них была и правда. Сегодня кто-то погиб. Из-за неё. Из-за того, что она просто была во Дворце Лета.

— И что теперь? — спросила она. — Теперь, когда все видели мой свет, станет только хуже? Придут новые морхайры?

— К сожалению, это так, — устало выдохнул Дериан. — О тебе знали и раньше — сложно скрыть появление существа с таким количеством эль-шиар от других. Но если многие могли не верить слухам и ощущениям или сомневались, что именно ты носитель света, то теперь это знают все.

— Кто — все?

— Все фейри, населяющие Сидхе, — безжалостно ответил Дериан.

— Значит, на меня начнётся охота? — Фиалка сглотнула, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

Дериан лишь кивнул. В его глазах мелькнула тень.

— Я не могу тебя обманывать ложными надеждами. Но теперь ты больше не будешь в безопасности.

— Но ты сказал, что Благой Двор защитит меня. Ты защитишь.

Дериан печально улыбнулся.

— Это было раньше, когда эль-шиар ещё спал в тебе. Я надеялся, что со временем мы найдём способ вытянуть из тебя безопасно часть эль-шиар, не навредив, а затем вернуть домой. Но ты пробудила его.

— И что теперь? — с тревогой спросила Фиалка.

— Времени больше нет.

Фиалка истерично всхлипнула, чувствуя, как слёзы снова подступают к глазам. Вырвала руку у Дериана и, уставившись на свои дрожащие ладони, прошептала:

— Надо вытащить из меня эль-шиар как можно быстрее, пока меня не разорвали на части все фейри, населяющие Сидхе, изголодавшиеся по свету, который каким-то непонятным образом оказался во мне? — Фиалка зарылась лицом в ладони. — За что мне это? Я просто хотела весело провести день рождения. Хотя бы раз…

Фиалка вдыхала и выдыхала, пытаясь успокоиться, а Дериан терпеливо ждал, пока она не поднимет голову. Он не утешал её пустыми словами, и сейчас она была благодарна за это.

— И какие у меня есть варианты? — повернулась она к Дериану. Он открыл рот, чтобы ответить, но она тут же перебила его: — Из тех, где я остаюсь в живых.

Он так резко закрыл рот, что она услышала, как лязгнули его зубы.

— Из тех, что я знаю — лишь один, — с трудом проговорил он.

— И почему мне не нравится, как ты это говоришь? — с тревогой спросила Фиалка.

— Я могу предложить тебе свою защиту, — Дериан проигнорировал её вопрос.

— Ты уже предлагал её, — напомнила Фиалка.

— Нет, я не о гостевом праве.

Он замолчал. Фиалка видела, как он напряжён, как его взгляд скользит по её лицу, словно ищет в нём что-то, что могло бы подсказать ему, стоит ли продолжать.

— Дериан? — позвала его Фиалка, чувствуя, как по спине проползает ледяное предчувствие.

Амулет на груди стал горячим. Не постепенно, а резко вспыхнув жаром, будто предупреждая о чём-то. Она ойкнула и потянулась к нему. Дериан проследил за её взглядом и напрягся ещё больше.

— Это обряд, — произнёс он, не отводя взгляда от амулета. Его голос звучал глухо. — Обряд, на который нужно идти с полным доверием.

— Что за обряд? — выдохнула Фиалка.

— Единения.

Фиалка моргнула, пытаясь сообразить, что бы это могло значить. Но тут Дериан наконец поднял на неё взгляд.

Амулет обжёг пальцы, и Фиалка отдёрнула руку. А Дериан продолжил, глядя ей прямо в глаза:

— Это свадебный обряд.

— Ты… — начала Фиалка, но голос сорвался. — Ты предлагаешь мне выйти за тебя замуж?

Это звучало до ужаса абсурдно. Замуж? За человека, которого она знает всего несколько дней? Даже не за человека вовсе, а за фейри! Короля, чёрт побери, фейри. Нет, это какая-то шутка, или Фиалка просто неправильно поняла его.

Однако на её вопрос Дериан кивнул.

— В вашем мире говорят «жениться» или «выйти замуж». У нас — «объединить линии судьбы».

— Но… — Фиалка не знала, как облечь свои бушующие мысли в слова. — Есть ещё способы защитить меня?

В этот раз Дериан качнул головой.

— С тех пор, как мы встретились, я изучал древние летописи, в которых сказано, как извлечь эль-шиар из живого существа. Только один из найденных мною способов не оканчивался гибелью. Самого существа или всех вокруг, — добавил он, скривившись.

— Но чем это поможет? — недоумённо потрясла головой Фиалка. Амулет на груди горел, и это движение помогло хоть немного остудить его.