Но у неё хватало своих проблем. Она опустила телефон и уставилась на Гейба, который снова поднимался на ноги. Надо отдать ему должное: его не смущала ни кровь на голове, ни расколотая ножка стула, всё ещё привязанная к его собственной ноге. Обе руки подняты, кулаки сжаты. Он смотрел на неё исподлобья, будто готовясь – судя по всему – к любому исходу.

Она ответила таким же мрачным взглядом.

– Серьёзно? – потребовала она. – Просто сядь, Гейб.

Но, похоже, на перепалку он уже не был настроен. Когда вбиваешь себе голову в пыльный пол мастерской, настроение как-то само пропадает.

– Я же сказал, – прорычал он. – Я не имею никакого отношения к исчезновению Роуз. Я тоже её ищу. Хочешь – верь, хочешь – нет, но я ухожу!

Кора смотрела на него холодно и не мигая, как змея. И сказала просто:

– Один день.

– Что?

– У меня звонок, и ты явно не собираешься отступать от своей версии. Так что, если правда в том, что ты действительно искал Роуз, у тебя есть один день. Понял?

– Один день на что?

– Чтобы доказать. Ты сказал, что у тебя есть зацепка. Вот и принеси её мне. А если нет – я тебя найду.

Он уставился на неё, дыша неровно и всё ещё истекая кровью.

Она отвернулась и пошла к выходу из маленького деревянного строения. Бросила через плечо:

– Беги, если хочешь. Я найду тебя. Прячься, если хочешь. Результат тот же. – Она пожала плечами. – Если побежишь, я сочту это доказательством, что ты всё-таки замешан. И эта царапина на твоей голове, – сказала она, указывая на кровоточащую бровь, – покажется нежным поцелуем по сравнению с тем, что будет дальше. Её глаза сверкнули, а голос стал ледяным. – Я любила Роуз, – сказала она. – И если ты хоть как-то причастен, ты узнаешь, насколько.

Он только смотрел, всё ещё тяжело дыша, изо всех сил стараясь не показать страх в глазах.

Но ей было всё равно.

Может, он оказался чуть смелее, чем она думала. Может, чуть упрямее. Это ничего не меняло. Если у него и правда есть что-то – отлично. Она подождёт день. А если нет…

Она всегда считала себя женщиной, которая держит слово.

Она вышла обратно к ожидавшему грузовику, поднесла телефон к щеке.

– Джонни? – сказала она, когда связь восстановилась. – Говори медленно и погромче, чтобы я слышала. Что там?

Кора нахмурилась, петляя по старым просёлочным дорогам, и слушала, как говорит её бывший.

– Из Майами, – говорил он.

– Я не знала, что твои родители живут в Майами, – ответила она, выводя грузовик на очередную дорогу и направляясь дальше на юг.

– Ну да, – сказал он с горечью. – Они переехали туда вместе с моей сестрой. Она мертва.

Кора застыла.

– Что?

Она слышала на заднем плане ещё больше взрывной канонады, но раз Джонни, похоже, было всё равно, то и ей тоже. – Ага. Мою старшую сестру убили, а я, мать его, ни хрена об этом не знаю. Похоже, пресса это заминает.

Кора выругалась, вспомнив о собственной сестре. Она поморщилась. – Я… мне очень жаль, – сказала она. По прежним разговорам она знала, что Джонни никогда особенно не был близок с роднёй. В молодости у него хватало своих проблем, а большая католическая итальянская семья не слишком-то приветствовала его выходки. Потом он ушёл на флот и больше не оглядывался.

Но для Джонни… верность никогда не умирала.

И этот звонок был тому доказательством.

– Ну… – протянула она. – Мне правда очень жаль, что так вышло. Я могу чем-то помочь?

– Ага, – мгновенно ответил он. – Ты мне должна.

Она моргнула. Потом нахмурилась и сильнее сжала руль, вглядываясь сквозь пыль, взметнувшуюся на дороге впереди. – Погоди-ка, – огрызнулась она. – Ты же сказал, что в прошлый раз помогал мне по дружбе.

– Конечно. А теперь мне нужна ответка, – сказал он. – Ничего сложного, Кобра.

– Перестань меня так называть.

– Пф-ф. Нет. Но слушай, тебе же не трудно просто смотаться в Майами и всё проверить, а?

– Ну, я… – Она вздохнула.

– Я заплачу тебе, – быстро сказал он. – Десять штук.

Вот тут она уже точно навострила уши. С деньгами было туго. Её прежняя наркозависимость, мягко говоря, не способствовала росту счёта в банке, да и в ФБР ей платили не так уж много. Средства уже подходили к концу. Накопления, «на чёрный день», пенсионный счёт… вся эта хрень – для гражданских. По крайней мере, она так думала.

Она вздохнула и на миг опустила голову, пытаясь помассировать переносицу. В голове раздался отцовский голос, орущий на неё. Негодная, бесполезная, ленивая, транжира!

Она прикусила губу. А самое паршивое?

Он, наверное, был прав.

Ей всегда твердили: откладывай. Оставляй на потом. Готовься к будущему.

Но как готовиться к будущему, которого ты не уверен, что хочешь? И не уверен, что до него доживёшь? Под огнём, в тылу врага, сбережения были ещё одной обузой выживания. А ожидание, что выживешь, часто было верным способом угробить товарищей. Оно настраивало оператора на работу хуже нормы.

Она вздохнула. – Да не, мужик, не надо платить.

– Ещё как надо. Я видел твой банковский счёт. Жёстко у тебя, Кобра.

Она мрачно прищурилась. – Как ты видел мой счёт?

– М-м?

– Джонни – перестань шариться в моих делах, придурок.

– Прости, не расслышал? Мимо башки пролетел выстрел из гранатомёта. Что ты сказала? Ладно, неважно, наверняка ерунда. Слушай, Кобра, просто слетай в Майами. Встреться с моими родителями и выясни, что случилось с моей сестрой. Я тоже могу прилететь, но мне нужно пару дней. А ты знаешь, что говорят про сорок восемь часов.

– Это про похищения, а не про убийства, Джонни.

– Да хрен его знает. Слушай, я даже зафрахтую тебе частный самолёт. Всё за наличные. Я знаю, ты залегла на дно.

Кора прикинула. Деньги хорошие. И потом… Она бросила взгляд в зеркало заднего вида. Габриэль сказал, что ему нужен день, чтобы разобраться с той наводкой, которую он нашёл. Она не была уверена, что может ему доверять. Но десять штук? Неплохо. И не придётся оставаться у родителей…

Пожалуй, именно эта последняя причина, больше любой другой, и заставила её сказать:

– Ладно. Просто пришли мне их адрес. Я проверю.

– Отлично, – сказал он. – Самолёт вылетает через полчаса. Примерно в шестнадцати километрах от твоего местоположения.

– Подожди – что?

– Удачи, Кобра! Спасибо. И если найдёшь того, кто прикончил мою сестру, закопай их в землю.

Кора вздохнула. – Узнаю, что смогу. Пошлые разговоры подождут, Джонни. Только не слови пулю.

Она повесила трубку и опустила взгляд: на её навигатор пришёл адрес, прокладывая маршрут к частному аэродрому. Ей не нравилось, что Джонни отслеживает её местоположение. Бывший «морской котик» к тому же отлично разбирался в компьютерах – именно поэтому она и обратилась к нему в прошлую миссию. А эта последняя реплика… она ведь не наёмная убийца. Она оказывает услуги. Друзьям. Только и всего, разве нет? И всё же, едва она так подумала, её накрыло неприятное осознание. Единственный человек, кто может провести для Коры границы, – это… Кора. Есть над чем подумать – но, пожалуй, позже.

А сейчас… лететь во Флориду?

Что тут может случиться?

Не то чтобы ей хотелось провести ещё одну ночь под крышей родителей. А Габриэль либо даст дёру, либо нароет что-то полезное. Если бы у неё были деньги на ставку, она выбрала бы первый вариант.

И вот, тяжело и устало вздохнув, она свернула на следующую дорогу – такую же, как все, прорезающую кукурузные поля, – и поехала за извилистой фиолетовой линией на навигаторе к аэродрому.

По прилёте придётся обзавестись снаряжением. А частные самолёты не дадут ей попасть на радары ФБР. В бюро у неё всё ещё оставались враги, но были и друзья.

И всё же в такой миссии она будет совсем одна.

И, в каком-то смысле, ей так даже нравилось.