— Кир-пич! Ге-ральт!

Веземир смотрел на пыль возле сломанного молота. Ему предстояло рассказать отцу Райнера, что наследник погиб от одного удара, а недостающую часть десятимиллионной ставки заберут из имущества Райнера в буферной зоне.

Он прижал ладонь к животу. Пирог просился обратно.

Я отряхнул руки. Серая пыль слетела с пальцев и присоединилась к тому, что осталось от Райнера.

Жалко молот. Наверняка стоил целое состояние, но удар «Эха» превратил древко в металлическую лапшу. Может, Живая Сталь доест.

Перед глазами вспыхнула надпись.

Внимание!

До окончания разрешённого времени пребывания в Буферной зоне №777 осталась 1 минута.

Вот ведь таймер. Дождался, пока я закончу, и решил тоже поучаствовать в празднике.

Я открыл инвентарь.

Система среагировала раньше.

Обнаружен дополнительный свиток перемещения в буферную зону.

Вы можете использовать его, чтобы обновить срок текущего пребывания до 24 часов.

Использовать свиток?

— Использовать.

В ячейке инвентаря погас фиолетовый свиток. По телу прошла знакомая волна переноса, но арена осталась на месте.

Срок пребывания обновлён.

Осталось: 23 часа 59 минут.

Отлично. Теперь можно спокойно получить выплату по ставке. Если золота на счетах Райнера не хватит, недостающую часть отдадут его имуществом. Заодно заберу награды за тринадцать рейтинговых побед.

После этого стоило заняться лицензией резидента, потому что каждые сутки скармливать Системе по свитку выходило накладно.

На трибунах народ продолжал скандировать моё имя, а букмекеры держались за головы.

В семейной ложе Калевичей толстяк Веземир побелел и вцепился в живот.

Здесь определённо было весело.

Пожалуй, задержусь в этой буферной зоне подольше…

На трибунах всё ещё скандировали то «Кирпич!», то «Геральт!», когда я открыл портал в чемпионскую комнату. Пусть орут. Вывод и так ясен: противники теперь знали, куда бить, но всё равно за мной не успевали.

Портал перенёс меня в комнату № 77. Правый рукав рубашки висел лоскутами, а в сапоги набился песок. После тринадцати утренних рейтинговых боёв и дуэли мышцы отчаянно требовали отдыха.

Самое время уйти туда, где назойливых журналистов сначала встретят зомби, а потом их бригадир Дундук.

Я закрыл дверь, вызвал железную створку мастерской и шагнул внутрь.

Сиси ждала возле кухни, держа в руках блюдо с колечками из теста. На их золотистой корочке ещё шипело масло.

— Ты обещал вернуться к обеду, — сказала она. — Обед закончился.

— Зато я пришёл живой и с аппетитом. Один недостаток уже исправил.

Оглядев разорванную рубашку, она задержала взгляд на открытом плече и только после этого протянула блюдо.

— Судя по рубашке, тебя ударили молотом в голову.

— Молот пострадал сильнее.

— Утешил.

Голос её звучал сердито, но блюдо она подвинула ближе. Взяв верхнее колечко, я откусил половину.

ХРУСТ!

Корочка лопнула, а горячий творог внутри оказался с солью и зеленью. Я проглотил колечко за два укуса.

— Сиси, ничего вкуснее я в жизни не ел.

Она замерла с блюдом в руках.

— Правда?

— Если бы Райнер знал, что после боя меня ждёт такое, то полез бы под кулак из зависти.

Сиси покраснела. Поставив блюдо на стол и зачем-то поправив салфетку, она придвинула ко мне оставшиеся колечки.

— Я просто взяла другой творог и добавила зелень. Можно было ещё перец, но ты после боя, поэтому я не стала.

— Решение мудрое. Перец мог меня добить.

Сиси улыбнулась и занялась чайником. Похоже, прямая похвала действовала на неё лучше любых артефактов. Надо запомнить. Тем более пара добрых слов обходилась дешевле фиолетовой коробки.

За стеной гудели точила. Дундук выкрикивал номера партий, рабочие таскали заготовки. Один из станков звенел чаще остальных, но в целом производство шло своим чередом, и пока ничего не взорвалось. Для моей мастерской смена шла подозрительно гладко.

Сиси принесла чистую рубашку и оставила её возле двери.

— Два часа отдыха, — безапелляционно заявила она. — Я предупрежу Дундука, чтобы он тебя не трогал.

— А если загорится цех?

— Тогда он может постучать. Один раз.

Включив лечебную купель и добавив пену, я погрузился в горячую воду по самую шею. Гидромассаж размял спину, плечи наконец расслабились, усталость начала отступать.

Вот теперь всё было хорошо. За утро я перескочил с трёхсот восьмидесятой тысячи в рейтинге почти к четырнадцатой и навсегда разобрался с Райнером. А потом ещё и поел.

Жаль, Райнер не дожил. Мог бы оценить хозяйственный подход к дуэлям.

Перед глазами вспыхнуло уведомление.

Поздравляем!

Вы достигли 32-го уровня!

Доступно очков навыков: 1.

Тридцать второй уровень меня вполне устраивал. Тринадцать побед и очень дорогие похороны врага с лихвой окупили потраченное утро.

С такими темпами я быстро доберусь до сорокового уровня. К сорок пятому разница в уровнях с местными чемпионами перестанет быть критичной. Хотя отсиживаться до этого момента я не собирался.

А дальше шли награды посерьёзнее. За победу над бойцами из первой десятки давали редкие карты навыков, за первое место — эпическую. В лавке такие не купишь, зато их щедро выдавали за избиение людей с завышенной самооценкой.

Сначала следовало укрепить «Живую Сталь». Райнер пробить её не смог, но следующие противники наверняка окажутся умнее. Кто-нибудь догадается использовать яд или проклятие, а кто-то найдёт технику, которая бьёт изнутри.

Я закрыл уведомление, вытянул ноги и позволил гидромассажу делать свою работу. Два часа без драк и беготни — настоящий отпуск.

Тем временем у двери семьдесят седьмой комнаты собралась толпа, едва помещавшаяся в узком коридоре.

Репортёры тянули вверх записывающие кристаллы, споря, кто первым спросит нового чемпиона о его скрытом классе. Агенты оружейных домов выкрикивали обещания бесплатной экипировки, букмекеры сулили долю со ставок, а бледный посланник семьи Калевичей требовал встречи по факту «незаконного убийства в ходе законной дуэли».

Эту нелепую формулировку он повторил раз пять.

— Освободить коридор! — рявкнул управляющий ареной.

Старик шёл со стороны чемпионского холла. Рядом держался официальный журналист Серебряной башни, а следом двигались две помощницы с записывающими пластинами.

Толпа расступилась на два шага и снова сомкнулась.

— У нас свобода слова! — крикнул репортёр с красным кристаллом.

— А у меня право лишить тебя пропуска, — отрезал старик. — Пользуйся свободой у западного входа.

— Новый чемпион обязан ответить обществу!

— Сначала общество обязано убрать ноги с моего ковра.

У лестницы показалась охрана башни. Репортёр с красным кристаллом благоразумно замолчал, заприметив на поясах стражников дубинки с печатями молчания.

Журналисты нехотя попятились к холлу. Спонсоры потянулись следом, на ходу выкрикивая суммы контрактов, а посланник Калевичей пообещал засудить всех присутствующих.

Дождавшись, пока коридор опустеет, управляющий приложил служебный жетон к двери.

ЩЁЛК!

Замок открылся, и управляющий первым вошёл в комнату № 77.

— У вас пять минут на один разговор, и никаких вопросов о секретах навыков, — предупредил он официального журналиста. — Если полезешь в душу, вылетишь раньше ответа.

В комнате было пусто. На столе стояли нетронутые напитки, лечебная купель даже не наполнялась. Дверь в душевую была открыта, но чемпиона нигде не было.

Помощницы проверили служебный выход и заглянули за ширму. Одна из них даже полезла под стол. Безрезультатно.

— Он покинул башню? — растерянно спросил журналист.

Управляющий посмотрел на контрольную пластину. Комната числилась занятой, дверь наружу никто не открывал, а портальная арка отметила только прибытие с арены.