И теперь, когда до финала оставалось рукой подать, он не имел права сдохнуть как собака от истощения.

Кай открыл глаза и уставился в небо, где медленно ползли фальшивые облака. Где-то там, сидел Совет четверых. Ходжа со своей манией чистоплюйства, Кобс, помешанный на пытках, похотливый боров Джуда и Амалия, которая считала его своим. Для них его жизнь лишь цифры в ставках и расходный материал.

«Нужно ускориться, — подумал Кай. — Батиста ждет сигнала. Как только я добуду ключ и активирую его в генераторном секторе, они пойдут на прорыв. Но сначала нужно выжить. И найти способ попасть в сектор где нужно отключить генераторы».

Он уже хотел снова закрыть глаза, когда краем зрения уловил движение. Что-то маленькое, юркое скользнуло по стене и замерло в тени у самой земли. Кай напрягся, но не подал вида. Присмотрелся.

Это был паук. Маленький, размером с мизинец, с черным корпусом, который не отражал свет, и едва заметно пульсирующим огоньком на брюшке. Паук замер, словно изучая обстановку, повел лапками в разные стороны, потом сделал несколько осторожных шагов в сторону Кая.

«Батиста говорил, если дойдёт до крайности — ищи паука».

Кай тогда посчитал это красивой метафорой, теперь понял: это был буквальный инструктаж.

Элли рядом вздрогнула, словно заметив движение. Увидела паука и открыла рот, чтобы вскрикнуть, но Кай резко мотнул головой, намекая ей — молчи. Она замерла, глядя на него расширенными глазами, и прижала ладонь ко рту, сдерживая крик.

Кай узнал этот корпус. Такие пауки использовались только в Сопротивлении. Маленькие дроны-курьеры в виде насекомых, прошитые старыми кодами доступа, которые система Эдема не распознавала как угрозу. Батиста как-то показывал ему схему на голограмме, объясняя, как они обходят защиту.

Значит, добрались. Значит, ищут контакт.

Кай действовал быстро, не давая себе времени на раздумья. Рванулся к Элли, схватил за плечи и притянул к себе. Она ахнула, уперлась ладонями ему в грудь, но он уже наклонился, зарываясь лицом в ее волосы, и одновременно свободной рукой сгреб паучка с пола. Тот послушно замер в кулаке, сложив лапки, словно знал, что от него требуется.

Со стороны это выглядело как внезапный порыв страсти. Кай шепнул ей в ухо, почти не разжимая губ:

— Не дергайся. Это не то, что ты думаешь.

Элли напряглась еще сильнее, потом медленно выдохнула, расслабляясь. Не отстранилась, прошептав, утыкаясь ему в грудь:

— Что ты делаешь?

— Просто… побудь так. Немного, совсем немного.

Элли замерла. Ее дыхание касалось его шеи, и Кай вдруг поймал себя на том, что ему не хочется отпускать. Слишком давно его никто не обнимал просто так. Без расчета и приказа, без скрытой угрозы, висящей над головой.

Он помнил только одно такое объятие — Лейя, когда они были детьми, прятались в вентиляционной шахте от ловцов, и она прижималась к нему, дрожа от страха, а он шептал: «Я вытащу нас отсюда. Обещаю». Но не вытащил и не сберег.

Паучок лежал в кармане, цель выполнена. Можно было отпустить, но Кай не отпускал. Он поднял голову, и их лица оказались в дюйме друг от друга.

— Кай… — прошептала она тихо его имя.

Он не понял, кто из них сделал первое движение. Просто в следующую секунду их губы встретились по-настоящему, не имитация или прикрытие.

Элли вцепилась пальцами в его робу, притягивая ближе, и Кай целовал жадно, коротко, жестко, как все, что он делал в этой жизни. Он чувствовал, как ее губы дрожат под его губами, как ее пальцы сжимают ткань на его спине, как она прижимается к нему всем телом, словно боится, что он исчезнет.

Сколько это длилось, секунды, минуты? Он не знал. Время перестало существовать, растворилось в этом единственном островке тепла посреди ледяного ада.

Очнулся Кай только когда недалеко кашлянул Алекс.

— Э-э-э… вы тут это… вообще-то не одни, — пробормотал Десятый, отворачиваясь и прикрывая собой Кэтрин, которая с откровенным интересом наблюдала за происходящим.

Кай оторвался от Элли, тяжело дыша. Она смотрела на него расширенными глазами, губы припухли, щеки заливал румянец.

— Это… — начала она, голос сел, пришлось откашляться. — Это было…

— Прости, я не хотел, — перебил Кай, отворачиваясь. — Это ничего не значит.

— Значит, — тихо ответила Элли. — И ты это знаешь.

Она права это была бы ложь. Значило. Хотел. И сделал бы это снова.

Элли медленно разжала пальцы, отодвинулась, но не ушла. Села рядом, почти вплотную.

Где-то наверху, в стерильных коридорах Эдема, Амалия Трейн смотрела на монитор. Камера зафиксировала сцену у дома, увеличив, дала крупный план. Губы, только что растянутые в довольной улыбке, сжались в тонкую линию.

«Интересно. У него появилась слабость. Раньше у него не было слабостей. Теперь есть. Эту ниточку можно будет потянуть… когда понадобится».

В ее глазах вспыхнул холодный, опасный огонек. Она перевела взгляд на изображение Кая, который сидел рядом с Элли, слишком близко, и ее пальцы дрогнули, едва заметно, но достаточно, чтобы стоящий рядом техник сделал шаг назад.

Она коснулась сенсора на кольце, увеличивая изображение. Лицо Кая, осунувшееся, с темными кругами под глазами, но цепкое и хищное даже в полумраке. Она провела пальцем по его губам на экране, стирая невидимую грязь.

— Ничего, зверь, — прошептала она. — Я тебе напомню, кто должен быть в твоем сердце.

Глава 23

Девятый отвернулся и осторожно разжал кулак. Паук лежал на ладони неподвижно, только огонек на брюшке мигал ровно. Кай коснулся сенсора на его голове, и в подушечку пальца впилась тонкая, почти невидимая игла, короткий укол, мгновенная вспышка тепла, и все. Нано-чип с информацией быстро перекочевал под кожу. Выполнив задачу паук тут же обмяк, его лапки поджались, а огонек погас.

Он сжал мертвую тварь со всей силы и раздался хруст пластика. Затем не сводя глаз с зависшего дрона, незаметно высыпал обломки в горшок с деревом, прикопав землей.

Кай закрыл глаза, сосредотачиваясь, когда данные вплетались в нейронную сеть, разворачиваясь четкой картинкой. Коротко, емко, без лишних слов, только суть, как умел Батиста:

«Трафик подтвержден. Захвачен Сектор прилегающий к куполу. Время работает против нас. Ждем ключ. Твоя задача открыть врата рая Сектор С-07. И как можно быстрее. Не самоуправствуй, у тебя лишь цель — врата. Жди нас и… береги себя».

Не самоуправствуй… Батиста похоже выучил его характер. Знал, что он может рвануть в одиночку, если решит, что так быстрее. Но сейчас не время для геройства. Нужно дождаться. Выжить. И ударить, когда он дастанет ключ.

Он открыл глаза и уставился на трон. Мысли цеплялись друг за друга, путались, расползались. Как же найти этот чертов ключ… Амалия трейн! Она же уже вручила ему пропуск, теперь ему нужно достать другой. Времени мало, нужно действовать, а он сидит здесь, как крыса в клетке.

— Кай? — голос Элли вырвал его из мыслей.

Он повернул голову. Третья сидела рядом, глядя на него с тревогой. Она не отодвинулась после поцелуя, а наоборот придвинулась ближе.

— Ты чего? — спросила она тихо. — Болит где?

Кай покачал головой.

— Не болит, просто спать хочу.

Элли смотрела на него секунду, потом ее взгляд скользнул по его лицу — темные круги под глазами, впалые щеки, осунувшиеся скулы.

— Так спи… — сказала Элли, — пока не трогают.

Кай усмехнулся уголком губ:

— Не выйдет.

Он ждал, что она кивнет и отвернется как всегда, но она этого не сделала. Смотрела на него в упор, и в ее глазах появилось то же упрямство, что и тогда, когда она держала в руке пистолет, направленный на него в лабиринте.

— Ложись! — сказала она таким тоном, словно приказывала. — У тебя есть пара часов. Я посторожу.

— Элли…

— Поспи немного! — Она понизила голос, чтобы не слышали остальные. — Ты нужен живым всем нам. А если свалишься посреди боя — мы точно будем все трупы. Понял?