Элли, не помня себя от ужаса, метнула свой жалкое оружие, которое со звоном отскочило от брони, но отвлекло робота на долю секунды. Этого хватило и Кай воспользовавшись моментом всадил нож в оптический сенсор. Стекло треснуло, паук затрепетал, издавая противный, высокочастотный писк, и отполз, беспомощно натыкаясь о стены, а затем затих.

Кай, тяжело дыша, стоял над поверженным роботом. На щеке зияла небольшая рваная рана, кровь стекала струйкой на воротник. Одежда на плече была разорвана, обнажая почерневшую от ожога кожу.

— Ты… — начала Элли.

— Молчи, — отрезал он, охрипшим голосом от напряжения. — Пошли.

Они нашли открытый гараж, заваленный каким-то хламом. Кай втащил ее внутрь и прислушался. На улице слышались редкие выстрелы, крики и металлический скрежет. Кай прислонившись к стене и скрипя зубами от боли, осматривал повреждения тела.

— Спасибо, — тихо прошептала Элли.

Он не ответил, лишь кивнул, прислушиваясь к звукам снаружи. Казалось, ад позади. Но это была иллюзия.

Из темноты, послышался шорох, а затем наглый смех, быстрые шаги и в проеме гаража возникла фигура — Номер Пятнадцать, тот кто раньше держался с Четвертым. Его глаза блестели лихорадочным блеском, в руках он сжимал винтовку, ствол которой смотрел теперь на них.

— А вот и любовнички, устроили себе свиданку? — Его взгляд, скользнув по израненному Каю, с откровенным, животным голодом уперся в Элли. — Слышал, ты нетронутая, цыпочка, — его голос стал гнусавым и масляным. — В Эдеме таких ценят. Но сначала нужно пройти… обучение. Я сейчас тебе устрою небольшой вводный курс. Девятый, а ты отползи, а то мешаешь.

Он сделал шаг вперед, явно считая Кая несерьезной помехой. Элли отшатнулась, наткнувшись на стену, ее пальцы судорожно сжали ручку ножа.

— Не боись, цыпа… мы быстро…

Кай медленно выдохнул. Он посмотрел на Элли, увидел в ее глазах ужас, и что-то в нем щелкнуло.

— Отошел! — тихо сказал Кай.

— Сказал же не мешай, узкоглазый. Иди своих пауков колоти, видел ты неплохо с ними справляешься.

Он снова потянулся к Элли, уже игнорируя Кая. Это была его роковая ошибка.

Кай двинулся с пугающей скоростью. Не удар, а быстрый, точный бросок. Он не стал бить кулаком, его нож с коротким хрустом вошел под ребро Пятнадцатому. Тот замер, его глаза округлились от непонимания и шока. Он попытался что-то сказать, но изо рта вырвался лишь кровавый пузырь. Кай, не вынимая ножа, движением плеча повалил его на пол. Тот рухнул с глухим стуком, судорожно дергаясь.

Кай выдернув клинок, посмотрел на тело без единой эмоции на лице, только легкое напряжение в скулах его выдавало. Элли смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова.

«Балласт, — подумал раздраженно Кай. — Тормоз. Приманка для неприятностей».

А потом он вспомнил Лейю. Он не успел тогда, не смог.

— Ладно, — бросил он, не оборачиваясь. — Идём. Но если начнёшь истерить — брошу.

Он вышел из гаража, и она, вся трясясь, поплелась за ним, не в силах оторвать взгляд от его окровавленной спины. В Дальнем секторе она не раз видела смерть. Но никогда ей не приходилось видеть как человек убивает другого. Вот так в упор, без злости. Было страшно осозновать, что этот мир не оставлял им выбора. Или убей сам, или умри…

Глава 9

Утро застало Кая и Элли на чердаке одного из идеальных домиков, где пыльные балки и паутина заменяли вчерашний гараж. Сирена взвыла на рассвете, пронзительная и безжалостная и Эллиана вздрогнув, открыла глаза.

Девятый стоял у окна, напряженный, как пружина и наблюдал, что творилось на ухоженных улочках. Когда раздалась сирена, стальные твари замерли, их конечности сложились, и они поползли обратно в скрытые ниши под асфальтом, словно их никогда и не было. Только следы кислоты на стенах напоминали о ночи.

— Что опять? — прошептала Элли, поднимаясь. Ее тело ныло от усталости, а в голове крутились обрывки кошмара: кровь на руках Девятого, хрип Пятнадцатого. Но нож, что лежал на столе был чист, и крови кроме как пятнами на одежде, больше нигде не было.

Девятый не ответил, только кивнул в сторону лестницы. Они спустились молча, выходя на улицу. Площадь квартала была пуста, но через минуту дроны с жужжанием согнали уцелевших. Их осталось десять. Все измотанные, с повязками на ранах (значит где-то в домах были спрятаны аптечки), глаза ввалились от бессонницы.

И тут все увидели тело Пятнадцатого, что лежало у фонтана, видимо, притащили дроны для всеобщего обозрения. Синевато-бледное лицо, разорванная роба и дыра у сердца. Кровь, запеклась черной коркой на идеально чистом камне, а значит его притащили сразу же после того как они оттуда ушли. Кто-то из участников отвернулся, другой сплюнул, а у одной из девушек случилась истерика.

Над площадью повисла тягостная пауза, тяжелая, как смог в трущобах. И тогда прозвучал тот самый веселый, бархатный голос.

— Ох-ох-ох, мои дорогие участники! Поздравляем с окончанием первой ночи! Вы смогли увидеть рассвет сегодня, — Голос хихикнул, будто рассказывал анекдот. — Выбыл всего один. Кто-то поддался греху… ну, вы знаете, «не убить». Ах, какая драма! Но, как мы знаем, в Играх бывают исключения для особо талантливых участников. Теперь вас десять. Но это отличный результат! Надеемся, остальные этапы будут не менее… зрелищными, чем сегодня ночью. Аплодисменты, дамы и господа под Куполом! Вы — наши звезды!

Все молча смотрели на тело. Взгляды участников скользили друг по другу и в них уже не было наивности или товарищества. Теперь в них читался холодный расчет и страх. А ведь те Игры, что они смотрели по трансляциям, были совсем другие — с улыбками, призами, без этой грязи. Элли сглотнула ком в горле. «Фейк. Все фейк для нас, чтобы мы верили и шли на Игры».

Голос продолжил, теперь с язвительной насмешкой, словно смаковал каждое слово:

— Вы, наверное, проголодались? Ой, бедняжки, всю ночь бегали от наших милых паучков, а жрать-то ничего и не дали! Так вот, в нескольких домах этого чудного квартала спрятана еда. Рекомендую насытиться. Ибо когда еще придется вкусно поесть? Ха, может, никогда! Ищите, копайтесь, вдруг повезет. А мы посмотрим, как вы будете рыскать… как голодные крысы. Удачи, мои алчущие!

Участники разошлись медленно, с опаской. Кай неохотно двинулся вперед, его взгляд скользил по фасадам домов. Элли шла за ним, как тень, не отставая. Но после того, что случилось ночью, она не выдержала и схватила его за рукав, впиваясь пальцами с неожиданной силой.

— Я с тобой, — выпалила она, глядя ему в глаза с вызовом. В ее голосе была смесь упрямства и ярости, как у той, кто устал быть жертвой.

Кай остановился, резко повернувшись.

— Уверена? — отрезал он, сжимая челюсти. — В конце, возможно, нам придется выйти один на один. Учти рука у меня не дрогнет.

Элли не отступила, ее губы искривились в саркастической усмешке той, что маскировала страх в трущобах.

— Да, уже видела… — фыркнула она, имитируя его тон. — Но судя по играм, до этого еще дожить надо, Девятый. Но ты тоже учти, в Дальнем секторе, от таких как ты, героев, я умела защищаться. Думаешь, я дура?

Кай помолчал, глядя на нее оценивающе. Она была наивной, да, но точно не глупой, из тех, кто в нищете учится видеть ловушки раньше, чем они захлопнутся (правда не всегда, не всегда).

Почему-то ему вдруг вспомнились слова Батисты: «Там будут те, кого система еще не сломала. Не дай ей сломать их через тебя. Не потеряй себя, солдат». Что с тобой поделать, подумал он, и с раздражением кивнул:

— Если подведешь… Думаю, догадаешься, что случится…

— А то как же, — натянуто улыбнулась Элли.

Они зашли в ближайший домик: белые стены, мебель как с картинки. Кай проверил кухню, но ничего не нашел. Элли, ведомая голодом, полезла в кладовку под лестницей. Ее пальцы наткнулись на потайной ящик.

— Смотри! — воскликнула она, вытаскивая бутылку воды и три батончика в яркой упаковке: шоколадные, с орехами, этикетки сулили «энергию и вкус Эдема».