Мартин не старался как-то по-особому наряжаться на все эти балы и приемы – темный костюм, зачесанные назад темные волнистые волосы, которые отросли за последний год, как он вернулся в родной город, белоснежный платок на шее – вот и все украшения. Он не любил кольца, бриллиантовые булавки, которыми так любили украшать себя богатые мужчины.

Вечером он на своей простой карете без гербов приехал к дому городского главы. На крыльце его встретили слуги, которые проводили его в огромный зал, где было полно гостей, казалось, что весь город собрался здесь. Бал был в полном разгаре. Где-то в дальнем от входа углу играла музыка, некоторые гости уже кружились в танце, остальные стояли группами и что-то обсуждали, поглядывая на танцующих. Было много мамочек, которые вывели своих незамужних дочерей на поиски хорошей партии. Таких было сразу видно по хищным прицельно-направленным на потенциальных женихов взглядам. Когда Мартин вошел в зал, их взгляды сразу же устремились на него. Мужчина улыбнулся, оглядывая присутствующих, легко поклонился, словно здороваясь со всеми.

Он с трудом отыскал в толчее хозяина приема, с трудом пробился к нему, поздоровался. Он видел по выражению лица городского главы, что если бы у того были незамужние дочери, то сейчас он точно бы стал сватать за одну из них. Но Мартину повезло, у главы было два сына и дочь, которую он выдал замуж два года назад. Чуть позже к ним подошла жена главы. Сегодня она выглядела очень счастливой, на щеках играл румянец, глаза сияли. Мартин сердечно поздравил женщину, поцеловал ее в щечку, которую она ему подставила, преподнес милый подарок, получил от нее благодарственный поцелуй в щеку. Дочь головы стояла чуть позади своего отца под руку с мужем и сравнивала его с Мартином. Муж в ее мыслях явно проигрывал последнему. И Мартин видел по ее глазам, что она не отказалась бы от танца с ним. Жена главы пожелала Мартину хорошо провести вечер, оставила мужчин и поспешила к другим гостям, а они обсудили некоторые вопросы пожертвований Мартина в казну города, потом мужчина пожелал приятного отдыха и отошел, заметив в толпе знакомого. Мартин снова осмотрелся.

Все незамужние дамы смотрели на него глазами хищниц, сидящих в засаде, выбирая момент, когда смогут напасть на него. Он не стал ожидать этого и, прикрываясь одной из танцующих пар, пробрался на балкон, занял тихую нишу, погруженную в темноту. Хотелось просто отрешиться от всей этой ненужной ему толчеи, не видеть лживых улыбок, не слышать притворных и ядовитых приветствий. Вечер был довольно прохладный, со стороны парка он приносил запах зелени и воды. Над головой в темном бархатном небе мерцали звезды. Луны сегодня не было и на улице царила почти полная темнота. Только из открытой двери на плиты пола балкона падал свет. Мартин закрыл глаза, подумал, что он еще немного побудет здесь и постарается незаметно убежать домой.

На балкон выходили пары, но прохладный ветер быстро холодил оголенные плечи дам, и парочки спешили вернуться в духоту зала. Мартин уже собрался возвращаться в зал, как на балкон быстрым шагом вышла незнакомая ему молодая женщина, которая, судя по ее виду и движениям, пыталась от кого-то скрыться. Мартин мог дать ей около двадцати – двадцати пяти лет. Одета в сравнительное скромное платье какого-то светло-голубого цвета с оголенными плечами, которое открывало ее длинную красивую шею. На ней не было никаких украшений, только темные волосы убраны в простую косу и украшены простым белым кружевом. Она оглядывалась в поисках убежища, уже хотела пройти в темный угол, где прятался Мартин, как следом за ней на балкон выбежал молодой мужчина, которых обычно называли «хлыщами» - не старше двадцати пяти лет, модный костюм, закрученные кудрями волосы, множественные кольца на пальцах. Он схватил женщину за запястье и дернул на себя. Женщина не устояла и полетела прямо в наглые объятия хлыща.

- Ну куда ты все время убегаешь от меня, ведь все равно будешь моей.

И хлыщ засмеялся противным смехом, потянулся, чтобы поцеловать женщину. Мартин видел, как женщина задергалась в его руках, пытаясь вырваться, уклоняясь от поцелуя.

- Отпусти меня, Генри, или я закричу, - прошипела она.

- О! Ты отрастила зубки? Не боишься, что я скажу твоему папочке, что это ты бросилась в мои объятия? Ты же знаешь, что ждет тебя?

- Отпусти. Я ненавижу тебя.

- Я, смотрю, что брак с бароном Лурансом не пошел тебе на пользу, он так и не смог укротить твой нрав? Но ничего, я сам укрощу тебя.

- Отпусти, я закричу, - она не оставляла попыток вырваться из рук хлыща.

- О да, Ирма, ты будешь кричать, - он рассмеялся. – Будешь кричать подо мной, когда я сделаю тебя свой женщиной.

Мартин больше не мог ждать, чем все это закончится и вышел из своего укрытия, схватил женщину за руку, выхватывая ее из объятий подонка. Он сразу прижал ее свой рукой за талию к свой груди и чуть повернулся, чтобы убрать женщину с линии возможного удара. Он ожидал, что она испугается, закричит и был готов закрыть ее рот поцелуем, чтобы успеть шепнуть ей нужные слова. Но она вдруг сама прижалась к нему, словно ища защиту в его руках, а еще она повернула голову и посмотрела с дикой ненавистью на этого Генри. А Генри застыл от неожиданности, открывал рот, не зная, что сказать.

- Ирма, я искал тебя по всему залу, а ты с кем-то обнимаешься? Ты же знаешь, что я весьма ревнив? Ты хочешь, чтобы я прямо здесь убил этого мальчишку? – с наигранным недовольством сказал Мартин.

Женщина замерла в его руках, но когда он слегка сжал пальцы на ее талии, вскинула голову и проговорила:

- О, прости дорогой. Просто встретила старого друга, который был просто сам не свой от счастья от нашей встречи. Вот и полез обниматься.

- Тебя я прощаю тебя, - громко проговорил Мартин, а потом наклонился к ее ушку и прошептал. – Ничего не бойся. Я граф Мартин Лайрон, - потом проговорил громко в сторону Генри. – А этого хлыща желаю вызвать на дуэль.

Он коснулся губами ее ушка, а Генри, который отошел от первого шока, закричал:

- Ты еще кто такой? Отпусти ее немедленно. Это моя женщина.

- Она не может быть твоей женщиной, потому что она моя невеста, - спокойно ответил Мартин и коснулся губами виска Ирмы, которая замерла в его руках и еще больше прижалась к нему.

И вдруг Мартин понял, что он не сможет отпустить ее, что вот так – стоять и прижимать ее к своему телу – правильно. И так будет. Всегда. Никому не отдаст.

- Невеста? – лицо хлыща вытянулось. – Когда это ты успела?

- Мы обручились сегодня, - спокойным голосом ответила Ирма, а Мартин снова поцеловал ее в висок, чувствуя губами, как под бархатной кожей нервно бьется жилка.

- Да, Ирма согласилась стать моей женой, чем сделала меня самым счастливым мужчиной. Что тебя так удивляет? – он посмотрел на Генри, который застыл в немом удивлении. – Что ты хотел от моей будущей жены? Вопрос о дуэли все еще открыт.

- Я? Дуэль? – он заозирался, но не нашел поддержку. На балконе никого больше не было. – Я просто…хотел с ней поздороваться. Нет. Дуэль нет…

Генри сделал шаг назад, собираясь немедленно сбежать.

- Послушай меня, знакомый, - с усмешкой сказал Мартин. – Еще раз я увижу, что ты желаешьтак поздороваться с моей будущей женой, я просто убью тебя. Без всякой дуэли. Поверь, мне приходилось убивать, даже имею награды от короля за убийства. Ну что скажешь?

- Я? Я? – он стал отступать в сторону выхода на балкон. – Ничего.

Потом он развернулся и быстро убежал в зал, а Ирма выдохнула. Мартин осторожно развернул ее к себе лицом.

- Мне очень приятно познакомиться Ирма…?

- Ирма Луранс, вдова барона Олда Луранса, урожденная Перье.

- Граф Мартин Лайрон, - представился он еще раз. – Разведен год назад.

Они только успели улыбнуться друг другу и тихо рассмеяться, как на балкон почти выбежал пожилой мужчина в криво сидящем на нем сюртуке, явно не первого года носки. За ним следовала пухленькая женщина, которая смотрела на мужчину каким-то затравленным взглядом. Она увидела Ирму и остановилась, а мужчина подбежал к Ирме, схватил за руку, с силой дернул на себя, но Мартин крепко держал ее в свои руках.