Кассиан останавливается перед одной из бесшумно сдвигающихся панелей. Она отъезжает в сторону, обнажая помещение.

– Твоя комната, – говорит он, отступая, чтобы я могла войти.

Комната… огромна. И так же холодно-роскошна, как и все остальное. Большая кровать с матовым серым изголовьем, встроенным в стену. Гладкие поверхности, минимум мебели. Огромное окно от пола до потока, выходящее в закрытый внутренний двор с причудливыми серебристыми растениями. Свой санузел, свой гардероб. Все безупречно, стерильно и бездушно, как номер в дорогом отеле. Никаких личных вещей. Никакого намека на уют.

– Система управления – голосовая и сенсорная, – Кассиан указывает на едва заметную панель у двери. – Ты можешь регулировать освещение, температуру. Запросы на питание также через терминал.

Я просто киваю.

Кассиан разворачивается и уходит. Панель двери закрывается за ним беззвучно.

Я остаюсь одна в центре, идеальной комнаты. Лео уже запрыгнул на кровать, мнет лапками непривычно упругий материал и громко мурлычет, глядя на меня своими счастливыми глазами.

Я делаю глубокий вдох.

Хорошо,думаю я, глядя в окно на странные серебристые листья. Расписание так расписание.

Но у меня есть и свои планы.

Я подхожу к стене с терминалом и активирую его.

– Показать карту города. Отметить научные учреждения, занимающиеся ксеноботаникой.

Пока они составляют свое расписание, я найду себе работу. Настоящую.

Терминал передо мной мигает, выстраивая карту с научными центрами, когда в дверь раздается мягкий, но настойчивый стук.

– Входите, – говорю я, чуть напрягаясь.

Дверь бесшумно отъезжает, и в проеме появляется Элиан. И у меня перехватывает дыхание.

Он стоит там, опершись о косяк, и на нем... только низкие, свободные брюки из темного, мягкого на вид материала, сидящие на бедрах так низко, что сердце уходит в пятки. Его торс идеальный, кубики пресса – четко очерченные квадраты и эти светящиеся узоры, что я видела на их руках, здесь, на его груди и животе, они переплетаются сложным, завораживающим узором, пульсируя мягким серебристым светом в такт его дыханию.

– Не надоело сидеть в четырех стенах? – его голос звучит тепло, бархатно, и в нем слышится игривая нотка. Он ловит мой взгляд, скользящий по его телу, и уголки его губ растягиваются в понимающей, немного самодовольной улыбке. – Решил, что неплохо бы провести для тебя небольшую экскурсию. Чтобы ты не заблудилась здесь.

Я прикусываю щеку изнутри.

Он входит и подходит ко мне. Нависает, как сказала. Мне трудно дышать.

Он как бы невзначай касается моей руки и прикосновение его кожи к моей прокатывается волной густого, томного жара, что растекается по всему моему телу.

Щеки налились краской. Да что ж это такое?! Вера, возьми себя в руки!

– Что скажешь? Покажу тебе наше скромное жилище? – Элиан наклоняется чуть ближе, и его дыхание шевелит мои волосы.

Я не могу вымолвить ни слова, лишь киваю, чувствуя, как горят уши. Лео, словно почувствовав мое замешательство и его расслабленную энергию, подбегает и начинает тереться о его голые лодыжки, громко и блаженно мурлыча.

Селенарии. Они чувствуют душу. Лео не стал бы так вести себя с кем-то дурным. Эта мысль единственная спасительная соломинка в бушующем море моих гормонов и страха. Он не опасен. Он... соблазнителен. И это, возможно, опаснее.

– Я... да, пожалуй, – наконец выдавливаю я, и мой голос звучит хрипло.

– Отлично! – Элиан сияет, его серебряные глаза смеются надо мной, надо моей очевидной растерянностью. Он наклоняется, и я вижу, как играют мышцы его спины, когда он подхватывает Лео. Кот тут же устраивается на его сгибе руки, мурлыкание его становится еще громче. Прижаться к этой голой, сияющей коже... да, я почти завидую коту.

Что со мной происходит?

Он ведет меня по коридорам, и его рассказ полон шуток, но я почти не слышу слов. Я иду следом, и мой взволнованный взгляд прилипает к его спине, к желобку вдоль позвоночника, к рельефу плеч, к тому, как светящиеся узоры переливаются при движении его мускулов. Он намеренно идет медленно, позволяя мне насладиться видом.

Мы проходим мимо разных тренажерных и тренировочных залов. Здесь и фитнес и физическая подготовка с учебными программами. В одном как раз запущена на десяток нападающих. Голограммы появляются с разных сторон.

И это зрелище, эта демонстрация , физической мощи, заставляет меня снова собраться.

– Элиан, – начинаю я, заставляя себя смотреть ему в глаза, а не на грудь. – Вы... кто вы, на самом деле?

Он поворачивается ко мне, все еще улыбаясь, но в его серебряных глазах появляется тень загадочности.

Он пожимает плечами, и я завороженно слежу за движением его ключиц и грудных мышц.

– Мы военные, служим Империи, – говорит он уклончиво, поглаживая Лео за ухом. Его пальцы длинные, умелые. Я невольно думаю о том, как они могли бы касаться... Стоп, Вера!

– А что значит Кайрон ?

– Это обращение, не стоит слишком забивать этим голову. – Он делает шаг ко мне, сокращая дистанцию. Он убирает прядь с моего лица, и по мне пробегает мелкая дрожь. – Лучше скажи... кофе будешь?

Он не дает мне продолжить, направляя к стеклянным стенам. Они раздвигаются, открывая террасу, и я замираю, пораженная.

Пышная зелень, фонтаны, запах цветов... Это нереальная красота.

Но вся моя кровь все еще гудит от его близости.

– Буду, – выдыхаю я, и мой голос звучит слабо, почти покорно.

Не плыви, Вера, не плыви, бормочет во мне внутренний голос, но он такой тихий по сравнению с громким стуком сердца и теплом, разливающимся по телу от его прикосновений. Он соблазняет тебя. Это игра. Помни о работе. Помни…

Элиан ведет меня к низкому столику из темного дерева, заботливо уставленному чашками с дымящимся ароматным кофе и тарелками со странной, но аппетитно выглядящей выпечкой. Я автоматически сажусь на мягкое сиденье, все еще пытаясь отдышаться после его «экскурсии».

Лео, словно заряженный его энергией, носится по изумрудной траве, его хризолитовый камень вспыхивает веселыми зайчиками, а счастливое мурлыкание разносится по всей террасе.

Я делаю глоток кофе , он невероятно вкусный, с терпкими нотками и пытаюсь привести мысли в порядок.

Ладно, Вера. Соберись.

Именно в этот момент из стеклянной двери выходят двое других. Зеван и Кассиан.

И на них тоже нет рубашек.

Только те же низкие, мягкие брюки, сидящие на бедрах.

Я кашляю, поперхнувшись кофе. Внутри меня вопль: ЭТО НЕЧЕСТНО!

Зеван. Он движется как хищник, и от него исходит животный жар. Кассиан… Его мускулы выточены с хирургической точностью, узоры на коже похожи на схемы могущественной машины.

Лео, предатель, мурлыкает у их ног.

Они что, специально так ходят? По мне ползут мурашки, а между ног – сладкая, тревожная тяжесть. Я реагирую на них. На эту подавляющую, первобытную мужскую энергию. А я к этому не готова. У меня не то что опыта нет – даже поцелуя не было.

Зеван садится рядом, его бедро почти касается моего. От него исходит волна тепла.

– Освоилась? – Его голос низкий, с хрипотцой. Он видит мой трепет и наслаждается им.

Элиан подходит с другой стороны, его пальцы касаются моих волос. От прикосновения бегут мурашки. Они окружают меня. Их запах – дикий, пряный – кружит голову.

Рука Зевана ложится на мое колено, начинает двигаться выше, к бедру. Я замираю. Мое тело отвечает дрожью, гулом в крови.

– Кофе может подождать, – Зеван наклоняется ближе, его губы в сантиметрах от моей кожи. – Некоторые вещи куда интереснее.

Передо мной материализуется голограмма – расписание. Совместные тренировки, приемы пищи, «адаптационные сессии» с каждым из них.

Кассиан, представляет его мне без эмоций

– Это твое расписание на первую неделю, – его голос ровный, без эмоций. – График жесткий, но эффективный для адаптации. Ознакомься. Можешь внести предложения, если они будут рациональны.