Принципы можно рассматривать в качестве критерия, который отличает государственную политику как деятельность в сфере охраны здоровья детей от управленческого процесса в этой сфере (см. раздел 2.1.). Государственная политика осуществляет регулятивный процесс в рамках единственного законодательно закрепленного варианта достижения цели, исключающего отход от требования максимального обеспечения прав каждого ребенка на охрану здоровья.

Анализ нормативных правовых актов и научных публикаций, включенных в разработку, показал, что число принципов как элементов политики варьирует, но их структура относительно однородна и отражает содержание регулируемых отношений в обществе.

Так, в составе правовой политики государства выделяют десять принципов (Н. И. Матузов, 1997) [111]: социальная обусловленность, научная обоснованность, устойчивость и предсказуемость, легитимность, гуманность и нравственность, справедливость, гласность, сочетание интересов личности и государства, приоритетность прав человека, соответствие международным стандартам.

В Федеральном законе «О предупреждении распространения туберкулеза в Российской Федерации» [312], регулирующем государственную политику в данной области, определены три ее принципа: законность; соблюдение прав человека и гражданина; общедоступность в объемах, предусмотренных Программой государственных гарантий оказания гражданам Российской Федерации бесплатной медицинской помощи (статья 7).

Н. Ф. Герасименко (2003) считает, что законодательство об охране здоровья населения должно базироваться на четырех принципах: 1) защита прав человека в сфере охраны здоровья и обеспечение, связанных с этими правами, государственных гарантий; 2) приоритет профилактических мер в сфере охраны здоровья граждан; 3) доступность медико-социальной помощи; 4) ответственность органов государственной власти и управления, предприятий, учреждений и организаций, независимо от формы собственности, а также должностных лиц за обеспечение конституционных прав граждан в сфере охраны здоровья [36].

Представленные в предыдущих разделах исследования результаты анализа противоречий в системе «здоровье ребенка – общество» позволили нам выделить и обосновать десять принципов государственной политики в области охраны здоровья детей. Предлагаемая фиксированная нумерация принципов отражает их фундаментальное значение в системе охраны здоровья детей. Последовательность принципов не является формой закрепления их иерархии. Ни один принцип не обладает преимуществами или большей правовой силой по отношению к другим.

Первый принцип устанавливает, что государство гарантирует обеспечение права каждого ребенка на охрану здоровья, включая социально-правовые и медицинские меры профилактики, и принимает с этой целью все необходимые законодательные и административные меры. Реализация данного принципа отражает положения статей 38 и 72 Конституции Российской Федерации, где определено, что детство находится под защитой государства, а также статей 4, 6, 24, 25 Конвенции о правах ребенка, устанавливающих необходимость принятия законодательных, административных и других мер для обеспечения прав детей на жизнь, выживание и здоровое развитие, на профилактику болезней, беспрепятственное пользование наиболее совершенными услугами системы здравоохранения, а также современными, эффективными, высокотехнологичными средствами и видами лечения болезней и восстановления здоровья.

Реализация указанного принципа охватывает широкий спектр конкретных мер, включающих, по рекомендации Комитета по правам ребенка [60], не только гарантированное обеспечение этих прав, но и создание условий, способствующих в максимально возможной степени их реализации. Соответственно, зафиксированное в Конвенции понятие развития ребенка рассматривается в непосредственной связи с признанием права каждого ребенка на уровень жизни, необходимый для физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития (статья 27 Конвенции), а также в связи с нормами статьи 32 Конвенции, устанавливающими права ребенка на защиту от экономической эксплуатации и от выполнения любой работы, которая может представлять опасность для его здоровья или служить препятствием в получении им образования, либо наносить ущерб его здоровью и развитию.

Конвенция устанавливает обязанность государства обеспечивать права каждого ребенка, поэтому данный принцип подразумевает, что государство проводит единую государственную политику в области охраны здоровья детей на всей территории Российской Федерации. Таким образом, эта норма является не только универсальной мерой защиты прав детей, но и специальным правовым инструментом в отношении реализации прав значительной части детского населения, проживающего в отдаленных и труднодоступных регионах (дети Севера, дети коренных национальностей и малочисленных народов), в частности, при решении вопросов материально-технического и иного обеспечения учреждений детского здравоохранения. Правовой основой установления данного принципа является статья 114 Конституции Российской Федерации, в которой закреплено проведение в Российской Федерации единой государственной политики в области здравоохранения. Эта норма Конституции РФ получила развитие в Постановлении Правительства Российской Федерации от 5 ноября 1997 г. № 1387 «О мерах по стабилизации и развитию здравоохранения и медицинской науки в Российской Федерации» [179], где указано, что реализация единой государственной политики в области здравоохранения предусматривает его развитие с учетом региональных особенностей.

Данный принцип государственной политики содержит в себе значительный моральный компонент, описываемый в категориях равенства (недискриминации) и справедливости. Эта закономерность находит свое развитие в том, что «справедливость идет за равенством доступа к службам здравоохранения и должна способствовать балансу, при котором система здравоохранения будет не только эффективной, но и справедливой» (R. H. Morrow, J. H. Bryant, 1995) [348].

Второй принцип – государство гарантирует каждому ребенку бесплатное предоставление услуг по охране здоровья – развивает положения предыдущего и соответствует нормам статьи 24 Конвенции о правах ребенка, устанавливающей беспрепятственный доступ каждого ребенка к наиболее совершенным услугам системы здравоохранения. Реализацией данного принципа государство признает зависимость состояния здоровья ребенка от условий и факторов социальной среды и делает шаг в направлении осуществления рекомендации ВОЗ, адресованной «странам всего мира», в соответствии с которой «следует отказаться от взимания платы с пользователей» [57, c. XVII]. Установление такого принципа потребует признания существования социального неравенства в доступе детей к ресурсам здравоохранения, как это уже сделало правительство Великобритании [195]. Необходимость гарантированного предоставления каждому ребенку бесплатных услуг по охране здоровья отражает реальные проблемы детства в России, в т. ч. социальное расслоение семей с детьми, в результате которого в условиях нарастающей коммерциализации медицины^[64] дети из бедных семей утрачивают возможность получения, в случае необходимости, дорогостоящих видов помощи. Результаты специальных исследований свидетельствуют о «закономерном ухудшении состояния здоровья и физического развития» детей в «худшей социальной среде» [50, c. 51]. Данный принцип учитывает периодически нарастающие тенденции нисходящей социальной миграции значительных групп населения в периоды обострения социально-экономических и других кризисов, результатом чего является утрата многими семьями возможности обеспечивать своих детей высококачественными медицинскими услугами, предоставляемыми за плату. Крайней формой маргинализации является появление и расширение «социального дна», охватывающего около 10 % населения, среди которого около 1,3 млн беспризорных и безнадзорных детей (2003 г.) [232].

В нормативных правовых актах право ребенка на бесплатное предоставление медицинских услуг обеспечено не безупречно. В статье 41 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Такая формулировка формально дифференцирует понятия «охрана здоровья» и «медицинская помощь», тем более, что далее в этой же статье установлено, что «медицинская помощь»^[65] в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.