— Да отвали ты. Напугала, — он расставил широко руки и успокоил тряску в своей голове. — Думал кони опять… — Сын Ги закусил губу. — Думал, сдохла ты! Понятно. И чего на полу валяешься.

— Так это же ты меня спихнул! Лень было обратно лезть, и высоко, — она взглянула на широкую кровать словно на Эверест.

— Ладно, проехали, — он начал судорожно искать свой пиджак и нашёл его на полу с другой стороны кровати.

Залез в карман, сгребая в кучу остатки налички.

— Получайте! — он бросил на кровать и вернулся к лежащей на полу. — И тебе! Только не подеритесь. Тут пару миллионов вон. По ляму где-то на каждую. С вас хватит. Это и так больше, чем положено.

— Спасибо, — девушка судорожно начала сгребать деньги с себя и пола, попутно их пересчитывая.

Он огляделся по сторонам.

— А где мой телефон? Вы что… — но прежде чем закончить очередным оскорблением, увидел его на кровати там, где он проснулся. — В телефон мой не лазила?

— Нет! — мотнула головой девушка, прикрывая своё голое тело.

— Чего там прячешь? Будто я не видел, — хмыкнул Сын Ги. — Ладно. Созвонимся. В следующий раз бери ещё одну подругу. Щедро заплачу. А эту не бери, — он ткнул в спящую девушку на кровати. — Надоела уже.

— Хорошо, — кивнула девушка.

Сын Ги выбрался из отеля, где его проводила администраторша до дверей. И остановился на улице, выискивая место, где можно было подкрепиться поздним кофе. Небольшая кофейня была обнаружена неподалёку. Сделав заказ, он погрузился в соцсети на летней веранде под зонтиком, бурча себе под нос.

— Вот же ублюдок этот У Джин! Как он посмел слиться! Последний нормальный ровесник совсем превратился во взрослого и скучного ушлёпка, — он листал страницу друга, а там были одни фотки со всяких дорогих курсов, занятия с репетиторами, стопки книжек и тетрадок. А ещё офис фармкомпании, где на управляющих должностях работали родители обоих. — Да ты и был скучным! У Джин! Только строишь из себя не пойми что, — он потыкал пальцем в лицо на фото.

Полез листать ленту.

Там он наткнулся на сестру друга Джи Хён. Её с братом совместное фото было сделано несколько недель назад. Сын Ги был на неё подписан, но она была для него настолько не важна, что даже в ленте он не обращал внимания на её посты. Она уже училась в универе, и насколько он знал, не проявляла никакого интереса к делам компании. А У Джин как-то недавно говорил, что сестра вообще хотела в США остаться заканчивать учёбу.

Но сейчас что-то его дёрнуло, и он зашёл на её страницу. Приватную. Открытую только для взаимных подписок, а не то, что было видно остальным. И его челюсть попросилась прилечь на стол. Глаза задёргался.

— Что это значит⁈ — воскликнул он, привлекая к себе внимание.

Слишком много внимания. Он огляделся и слегка кивнул остальным посетителям.

— Простите, за мою несдержанность!

— Он какой-то странный, — пролепетала какая-то коза своему парню. — Пойдём отсюда!

Пфф. Фыркнул Сын Ги.

Как это понимать? Что ублюдок Хва Джин делает с сестрой У Джина? Она что его как зверюшку использует?

Сын Ги мерзко улыбнулся. Но полистав её последние посты, улыбка покинула его губы.

Да, нет! Не похоже. Ещё и эта девчонка на фотках. Были бы здесь подписи, а то одни хештеги. Хотя… Один из хештегов всё-таки приоткрыл тайну этих фото.

#мы с подругой и её младшим братом

— У Джин! Ублюдок! — прошипел Сын Ги не в силах сдержать злобу. — Так это ты его покрываешь? Может и Кан Ука надоумил? Оставьте его в покое.

Отбросам место на свалке! И туда в скором времени Сын Ги планировал отправить Хва Джина. Один раз не получилось. Теперь точно получится.

На него опять смотрели другие посетители, бросая не очень приятные комментарии, но ему уже было плевать. Он нашёл номер У Джина. Гудки лениво пищали в трубку телефона.

Инчхон

Nest Hotel

Мы расположились в небольшом двуспальном номере на нижних этажах. Это было жилое однокомнатное пространство студийного типа. И Со Ён тут же начала ворчать.

— Что это такое? Разве в двуспальном номере не должно быть две спальни?

— Или два спальных места. И они тут есть, — я прошёл в спальную зону.

Там стояло две раздельные кровати. Изголовье было выполнено единой панелью из светлого натурального дуба, со встроенными розетками и выключателями подсветки. Стены из гладкого, шлифованного серого архитектурного бетона. На них виднелись аутентичные следы от строительной опалубки. Но при этом бетон не выглядел холодным, благодаря теплой скрытой подсветке и мебели из светлого дерева.

— Нуна. Хватит уже ворчать.

— Это я ворчу? — Со Ён стояла в зоне ванной комнаты. — Ты посмотри на это?

Я подошёл к ней и заглянул в полуоткрытое пространство ванной.

— Выглядит неплохо.

— И как мне себя в порядок приводить? — посмотрела на меня хмуро сестра, опираясь на раковину.

Стильная накладная раковина была установлена на длинной каменной столешнице прямо напротив входа в жилую зону. Большое зеркало имело мягкую контурную подсветку.

— В порядок? — я улыбнулся и кивнул на изолированные отдельными перегородками туалет и душевую кабину. — Вон там. А чего ты такого у раковины собралась делать?

— Пффф. Хва Джин. Я же девочка. Даже объяснять не буду. Тебе всё равно этого не понять.

В дверь постучали. Идти было недалеко. Весь номер занимал всего метров тридцать. За дверью стоял с нашим небольшим багажом менеджер Им. Это его Со Ён уже успела припахать.

— Я принёс ваши вещи.

— А кофе? — уставилась она на него.

— Н-ну, — замялся он.

— Иди уже за кофе. Два холодных.

— Госпожа, но это не входит… — Со Ён почти закрыла дверь и глянула на него в щель. — Сегодня входит. Кормить нас только завтра начнут. Так что не вредничайте, менеджер Им.

За дверью сновали наши соседи. Такие же ноунейм модели, но на немного других условиях. В похожих двухместных номерах их расселили по четыре человека. А в качестве спальников им выдали тоненькие матрасы. И коридор заполнился разговорами въезжающей молодёжи о несправедливости бытия.

— Пойдём посидим на балконе, — предложил я.

— Там же нету кресел, — выглянула наружу Со Ён сквозь панорамное окно.

— А это? Не сойдёт.

Вдоль стены у окна тянулась длинная консоль-столешница из дуба. Она служила одновременно и рабочим столом, и подставкой под плоский телевизор. Рядом стоял одинокий дизайнерский минималистичный стул. Его я и прихватил.

— Пошли насладимся роскошью, — подмигнул я сестре, выходя первым на небольшой балкон, и поставил его, а сам облокотился на монолитную плиту перил.

— Тоже мне роскошь, — фыркнула Со Ён, выходя следом и облокачиваясь на перила. — Мы же на дне.

— Это только начало, — улыбнулся я. — И дно разве не люксовое?

— Что это значит? — пихнула меня сестра. — Я вообще тебя не узнаю.

Мы оба смотрели на зелёный сосновый бор рядом с отелем.

— Прости меня, Хва Джин, — вдруг голос Со Ён сделался тихим.

— Это ещё за что? На тебя совсем не похоже.

— Д-да. За всё. Ты, наверное, не помнишь! Хотя. Извини. Ты же ничего не помнишь. Я была, да и остаюсь не самой лучшей сестрой.

— Хватит. Жалость к себе тебе не идёт, — я смотрел на сестру с привычным мне спокойствием.

— Вот как! Я ему душу изливаю, а он, — она перекривила меня. — Тебе это не идёт!

Я положил ей руку на голову отчего, она аж замерла.

— Чего это ты?

Потрепал её шелковистые волосы, смотря в глаза.

— Со Ён. Ты моя нуна. И я как младший брат буду рядом с тобой. Несмотря ни на что, — потому что я так решил. — Оставайся такой какая ты есть. Не надо притворяться. Ты нравишься мне настоящей. Да и всем ты нравишься настоящей.

— Вот значит как? — тихо сказала она, её глаза начали наливаться кровью. — Руку убрал, идиот! Ты что из себя старшего тут строишь? Это моя речь!

Она попыталась меня схватить, но я её опередил. Обе руки оказались за спиной.