— Почему-то я даже не удивлена, — произнесла она вслух. — Хотя, если честно, учитывая человеколюбие графа и усердие его подчинённых вроде Конти, я полагала, твоего возлюбленного уже усадили на кол одной интересной точкой. Выходит, он ещё жив?

— Они просто трусят его убить.

— Ого! И кто же он такой?

— Солдат. Обычный солдат в этой крепости.

Лаана опешила. Она вроде слышала уже, что графиня залетела от солдата, однако узнать о том, что граф-маньяк якобы «трусит убить» обычного рядового вояку было свежо и ново.

— Серьёзно? Не может быть. Ваш высокомерный муж и этот дерзкий лейтенант Конти не решаются прикончить солдата из собственной крепости? — спросила она прямо.

Дина медленно выпрямилась. Она провела ладонью по лицу, словно стирая с него маску покорной жертвы. В её позе снова проступил аристократический гонор.

— Ты упрекаешь меня во лжи, травница? Ну что ж... Ты ведь не думаешь, надеюсь, что я, наследница королевской крови, разделила ложе с обычным грязным солдатом из свинорожих простолюдинов?

— Миледи, мне искренне всё равно, с кем вы разделили ложе. Это не важно...

— Нет, важно! — глаза Дины блеснули. — Я Блэкрейн! Я не способна лечь под первого встречного солдата или лакея или конюха, даже из сильной страсти! Чтобы зачать ребёнка, мне нужен был дворянин. Причём не просто дворянин, а дворянин с титулом! С чистой и благородной кровью! Так что это не просто случайный любовник, травница... Его зовут Леонард. Леонард де Фэйри, наследник знаменитого барона Воланда де Фэйри! Причём Леонард не просто знатный дворянин, а студиозус Магической академии, учреждённой моим славным прадедом! Как тебе наверняка известно, травница, — ведь ты тоже магичка и должна о таком ведать! — ежегодно туда принимают только десять отпрысков самых знатных родов королевства Вальда, молодых людей не только с дворянским достоинством рыцаря, но и с дворянским достоинством титула! Никто, ниже маркиза или баронета, не имеет права туда поступить!

Графиня вдруг осеклась и потупила свой взор.

— Однако... он был известный в столице повеса. За долги, за женщин, и главное, за поджог Магической академии, его разжаловали и забрили в простые солдаты, сроком на два года, сюда. Все дворяне-офицеры в крепости Дориана — все до единого — слишком боятся моего мужа. Но ещё больше — боятся короля. Ведь все знают, кто я такая! Ни один не посмел даже взглянуть в мою сторону, не говоря о прочем. Но Леонард... он бесстрашен и романтичен. Ещё и красавчик каких поискать! Друзей у него здесь не было, разумеется. Ибо он слишком умён и образован для этих бестолочей, провинциальных дворян. Так что мне было вовсе не сложно снискать его дружбу. Он влюбился словно мальчишка, и... мы раздели с ним вот эту постель!

Дина возложила руку на кровать, на которой сидела, и похлопала по ней ладонью.

— Обалдеть... — Лаана покачала головой. — Вы занимались с Леонардом любовью, прямо здесь, в покоях графа?

— И много раз! Однако, доложу тебе, его сиятельство два года нашего брака тоже не был монахом. Количество его шлюх я даже не возьмусь посчитать! На меня внимания граф не обращал вообще. Мы с ним не делили не то что ложе, но даже трапезу! Я просто бродила тут как тень... — Дина рассмеялась. — Мы спали с Леонардом почти открыто, он проходил ко мне свободно, пользуясь своим дворянским статусом. Большинство его командиров в роте не имели такого титула, так что ставить Леонарда в наряды и дежурства никто не смел. Леонард просто напросился ко мне в охранники и поскольку никто иной особо служить лично мне желания не имел, а охранник тогда мне был выделен мужем только один, мы проводили с Леонардом не только ночи, но и дни напролёт. Граф ничего не замечал. Да и не мог заметить, он видел то меня в лучшем случае раз в месяц. И то случайно, если пересечёмся в коридоре, причём мы даже не здоровались. Дориану и правда было на меня наплевать! Всем было наплевать, абсолютно всем. Эти глупцы заметили неладное только тогда, когда стал виден живот. Дориан был в бешенстве. О, травница, как он орал! А потом на смерть запорол всех четырёх моих горничных. Просто живьём содрал с их спин кожу, причём не кнутом, чтобы не убить быстро, а плетью с рыболовными крючками. Долго. Искусно. Ты даже представить себе не можешь как они визжали, а ведь секли из специально под моим окном!

Дина помотала головой, вспоминая.

— Однако Леонарда никто не тронул, — продолжила она. — Арестовали, посадили под замок. Но даже арестовать его они не имели права, ведь порядка службы, по сути, он не нарушал. Леонард будущий барон, сын барона. А высших дворян казнить имеет право только Суд Королевской Скамьи. Однако мой разлюбезный Дориан почему-то не стал писать заявление в королевский суд с просьбой казнить мужчину, который обрюхатил его жену! Как думаешь почему?!

Дина Блэкрейн буквально подавилась смехом. Потом выпятила подбородок, словно ожидая похвалы за свою отвагу.

— А ещё Леонард... он очень красив. Не такой мужественный как Дориан, не такой хищный как Конти, но всё же. Вьющиеся светлые локоны, серые глаза. Признаться, мне было с ним хорошо.

Лаана слушала, стараясь не выражать эмоций.

— Вы его любите? — спросила она прямо.

Дина криво усмехнулась.

— Люблю? Да что ты, травница, издеваешься? Я не испытывала к нему вообще никаких чувств. Ни капли. Красивый, знатный. Я просто должна была получить от него сына! А кроме того, мне очень хотелось насолить нашему любимому королю. И его верному псу, — Дина кивнула в сторону двери, в направлении, в котором теоретически находился кабинет графа, — Хотела показать этим двум напыщенным индюкам, что они властны над чем угодно. Но не надо мной!

Графиня сжала тонкие губы.

— Леонард просто подвернулся под руку, — пояснила она. — Да к тому же оказался красавчиком, как мимо такого пройти? И глупцом. А мимо такого пройти вообще невозможно. Я использовала его. Много раз. А он даже не понял этого.

— Но ведь теперь этот человек отец вашего ребёнка, — заметила Лаана.

— Это да, — Графиня возложила руку на живот, и в её глазах мелькнула тень искренней боли. — Всего лишь барон. Конечно, следовало найти кого-то более серьёзного, но увы... мы не всегда властны над своим выбором. Мой муж всё же граф. Но при этом полный идиот. После свадьбы я приложила столько усилий, чтобы его соблазнить. Ты даже не представляешь, травница, на какие унижения я шла и что я только ему не предлагала! Но наш король, вероятно, более соблазнителен для моего мужа, чем молодая жена.

Дина горько и, честно говоря, довольно неприятно рассмеялась снова. Лаана снова мельком глянула на дверь. Кажется, там послышались голоса.

— Хорошо, мидеди, — кивнула она. — Ваши мотивы мне понятна. Чего же вы желаете от меня в отношении этого Леонарда?

— Разумеется, чтобы ты его спасла, травница!

— Спасла? Насколько я понимаю, он сидит под замком, с него никто не сдирает кожу плетью с рыболовными крючками и ему ничего не грозит.

— Грозит, дорогая травница, ещё как грозит. Муж послал гонца к королю. Одного из преданных офицеров, вроде Конти. Тот должен устно описать ситуацию. И отдельным вопросом просить его величество разрешить поединок между Леонардом и Дорианом. Дуэли между высшими дворянами разрешены лишь с позволения короля. Обычные рыцари могут резать друг друга хоть за кружку пива в таверне, однако ни один титулованный дворянин этого сделать без воли сюзерена не может.

— И что?

— И что?! Да то что Дориан штандарт-майор, почти полковник, бывалый вояка, отменный мечник и вообще в своё время считался в столице первой шпагой Вальда! А мой Леонард...

— Студиозус магической академии, — договорила за собеседницу Лаана. — Понятно. Скажите, неужели вам так дорог бывший любовник? Вы же сами сказали, что не любите его. Они мужчины, так пусть разбираются. Если Леонард горазд портить чужих жён, так ему следует знать, что за это могут требовать сатисфакции. Любит пользоваться своим мужским черенком — мог бы научиться пользоваться и шпагой. Ну, для равновесия в развитии.