Особенност и :
При первом применении эликсира на избранном объекте Книга автоматически генерирует новую страницу с портретом подчинённого. Управление осуществляется двумя путями:
Л ично : произнес ите фразу активации «Книга ромашек» в присутствии объекта (объект должен слышать голос) , отдайте голосовую команду в произвольной форме. Опосредованно: откройте страницу с Портретом объекта в Книге, отдайте голосовую команду в произвольной форме.
* Важно: Приказы делятся на « прямые » (объект полностью сохраняет сознание и разум, но теряет контроль над телом, выполняя движения как марионетка) и « программирующие » (объект получает общие поведенческие установки, считая их собственными убеждениями).
Производство : Изготовление основано на трёх компонентах: ментальный якорь ( почки чёрного вяза , вываренные с мёдом ), стабилизатор воли ( стебель горчавки, замоченный с корой дуба ) и «ключ» (эфирное масло пыльцы сосны , дистиллированное в полнолуние).
Время приготовления : при наличии заготовок — 4 часа. Без заготовок — 14 дней (с учётом времени вымачивания горчавки ). С учётом сезонного цикла сбора исходного сырья — десять месяцев в зоне умеренного климата (королевство Вальда).
Далее следовало подробное описание этапов, каждое из которых Лаана мысленно пролистала, внимательно не вчитываясь — реально собирать ничего их этого она не собиралась, труд был адским и при наличии Книги совершенно излишним. В отличие от Эликсира Смерти, который был настолько прост в синтезе, что Книга выдала просто готовый пузырёк, здесь, как и с Зельем Жизни, требовалось некое финальное «приготовление», а именно варка, настаивание и фильтрация. Лаана, сидя в своей каменной каморке, справилась быстро, благо Книга подсказывала каждый шаг и изначально материализовывала все требуемые ингредиенты в нужной дозировке. Надо было как и в случае с исцелением Рика: просто вскипятить воду, перемешать и отфильтровать, потом дать настояться примерно тридцать минут. Сбор сырья для зелья, действительно, был невыносимо трудоёмким, как и обработка заготовок. Но само финальное приготовление — максимально простым. Книга являлась интерактивной и прекрасно осознавала «пользовательский» характер своих рецептов. Вот только… Лаана не учла одну маленькую деталь.
Ведь она знала, что граф является отпетым самодуром. И могла догадаться, составляя свой «гениальный» план, что этот идиот прикажет именно ей опробовать своё зелье.
«Я сказал пей!» — вспомнила Лаана слова правителя Торнвуда и криво усмехнулась. Кулаком ещё стукнул по столу, придурок. Как тут было отказаться? Особенно поминая плеть возле столба на площади. Эх, средневековье, права человека никто не уважает, но... умный, сволочь, ничего не скажешь. Опять же, ведь всё получилось верно? Граф и графиня выпили «правильное» первое зелье — зелье подчинения, — а потом графиня выпила «правильное» второе...
Лаана перелистнула страницу. И тихо выругалась, напоминая себе вечно ругающуюся и несчастную Дину Блэкрейн. Естественно, Лаана знала, что увидит на странице, ибо такова была «механика» заклинания: на следующих разворотах один за другим, словно яблоко и колбаса в начале Книги, красовались три портрета.
Черты нарисованных лиц были вполне узнаваемы, словно ленивый художник делал набросок поверх реальной фотографии.
Первый — сама Лаана. Разумеется, ведь она выпила зелье подчинения первой. Лицо знакомое, почти родное. Не божественный лик сексуальной, бессмертной, идеальной анимэшной Богини из прошлой мультивселенной, а облик Богини нынешней, точнее — нынешней «травницы-землеройки»: серые глаза, русые волосы, уложенные в косу, лёгкая, чуть заметная улыбка на губах. Портрет был точным до мельчайших деталей, даже выражение скромного лица и длинные загнутые реснички, тень от которых падала на скулы румяной деревенской девушки, отретушированная на пергаменте обычным графитом. Обычным, но только не стираемым на странице магической книги ничем, даже огнём ядерного взрыва.
Вторым портретом являлось изображение Дины Блэкрейн. Тоже —естественно, — ведь она выпила зелье подчинения второй. Как и Лаана, на собственном портрете наследница древних королей выглядела великолепно. Не измождённой, с лихорадочным блеском ужаса в глазах, но с гордой осанкой и изумительной причёской. Украшенной чудесным золотым венцом с крупным самоцветом. А также роскошными золотыми серьгами, больше чем сами ушки и закреплёнными, как было часто принято в средневековье, не в отверстиях мочек, а на железных крюках, нацепленных на сами ушные раковины.
«Стоп. С венцом? — Лаана снова тихонько выругалась. — Блин, да это же элементарно... королевская корона!»
Какого чёрта? Что этот «книжный» ИИ себе позволяет? Ладно... может машинный интеллект просто посчитал, что Дина в лучше смотрится на рисунке в золотом венце. Может это вообще не королевская корона, а графская. Или герцогская.
«Ага, — Лаана вновь усмехнулась, — с рубином на пол ладони...»
На последнем нарисованном якобы от руки портрете красовался тот, кто выпил зелье подчинения третьим. Его сиятельство, граф Дориан Вэлли, местный властелин и главный пограничник по совместительству. Крупное, властное, но аристократическое лицо, чуть тронутое сединой на висках, но совсем не испорченное зрелостью, а напротив, весьма красивое и даже «благородное», было запечатлено, казалось, в тот самый момент, когда он смотрел на Лаану с угрозой в глазах. Или не на Лаану, а вообще на кого угодно — нахмуренные брови, пронзительный взор. Портрет, как и первые два, являлся графическим, нарисованным, но казался почти живым — казалось, граф сейчас скривит губы в привычной хищной гримасе и заорёт: голову с плеч! Или что там орут перед завтраком наделённые неограниченной властью кровожадные садисты?
Лаана перевела дух. Перелистнула страницы обратно, провела пальцем по собственному портрету — теперь, ярких солнечных лучах из окна, он казался бледным, почти прозрачным.
«Не беда, — она попыталась убедить сама себя. — Да, я выпила зелье подчинения. Но чтобы отдать мне приказ, надо раскрыть книгу на этом портрете и знать нужное заклинание. А значит, я остаюсь хозяйкой сама себе. А себе я приказывать дурного не стану. Да и потом... воздействие наверняка эликсира подчинения распространяется только на «скафандр». Разум самой Богини, подчинить себе невозможно, да и слетит всё это, как только я верну себе «Всемогущество».
Лаана скривилась. Ага, лет через пятьдесят.
Богиня... — или уже «травница»? — на мгновение закрыла глаза, собираясь с мыслями. Затем снова перелистнула страницы и перевела взгляд на портрет графа Дориана. Хорошо. Случилось то, что случилось и иных вариантов нет. Так выбросил кости Великий Рэндом и тут ничего уже не поделаешь. Но надо доделать то, что запланировала изначально. И потом уже рефлексировать. Вернуться домой в свой домик и напиться виски с яблочным, любуясь закатом. Чем не вариант? Вполне.
— Ладно, Дориан, — произнесла она вслух, надеясь, что графиня Дина её слышит. — Давай-ка поиграем в кукольный театр.
На самом деле, ей не хотелось играть в кукловода, дёргая Дориана за ниточки. Прямое управление — это для грубых интервенций. Ей нужно было задать базовые параметры. Осуществить «программирование».
Она наклонилась над страницей и тихо, чётко произнесла на мёртвом языке, который в этой комнате звучал как скрежет древних машин:
— Книга ромашек. Дориан Вэлли. Приказываю. Первое: ты не ощущаешь, что находишься под моим подчинением. Любые мои приказы, переданные через эту Книгу или лично, ты воспринимаешь как свои собственные, искренние, истовые желания. Обо мне ты помнишь, но лишь как о деревенской травнице, которую ты призвал в эту крепость для решения деликатной проблемы. Запрещаю тебе в каком-либо виде причинять вред мне или тем, кто мне близок. Более того, ты обязан защищать и оберегать меня всеми силами. Любые мои слова, даже сказанные без подчинения, не через Книгу и без произнесения фразы активации, ты воспринимаешь как истину, веришь мне и стараешься исполнять мои желания настолько, насколько это возможно и позволяет тебе твой долг — повторюсь, даже без магического подчинения!
