— Ну что ж, вот мы и встретились. Мой создатель говорил, что я должен подождать возле тебя, когда сюда прибудет Р'Интаниан К'Андари, но я хочу внести в твою конструкцию кое какие правки. — На лице проекции появилась усмешка, и та лёгкими шагами подошла к порталу, погладила его когтистой ладонью, оставляя странные и непонятные узоры, а затем, она слилась с самой местностью, растёкшись по поверхности искусственно созданного острова чёрной, мутной жижей, которая бурлила также, как и океан вокруг этого острова. Сам портал тоже стал покрываться чёрной жижей с низу до верху, а из него стали вылезать странные щупальца, словно порождая некое существо, что стало постепенно выбираться.

—О, гхма, милкхум, нарзкхлани о'гинхнан! — Произнесло это существо на непонятном древнем языке, наконец полностью выйдя из портала. Это было жуткое зрелище. Существо полностью состояло из множества чёрных, как сама ночь щупалец, которые истекали то-ли кровью, то-ли странной жижей голубого и серого оттенка. У существа под тысячу глаз, которые расположены то на щупальцах, то на его мясистом, бурлящем и кипящем, как бушующий океан теле, а голова существа была похожа сначала на голову большого младенца Л'Ангванктари, покрытого чёрной тиной, а потом она вывернулась наизнанку, став похожей на что-то мерзкое, большое рыбноподобное нечто. После того, как это вышло из портала, за ним вышли множество солдат, которые напоминали скорее рыбоголовых с острыми ушами, полностью покрытых тиной, чем на стандартного Л'Ангванктари. Затаившаяся проекция А'Ршаниандела В'Акштари, вышла навстречу процессии. и поклонилась:

— Добро пожаловать, добро пожаловать, Повелитель Тёмных Вод Малиркарта, Император Тины и Лорд Н'Имгхдактор! я рад, что вы со своими Н'Имгхдактарли, решили посетить столь уютно-противную планету под названием Ойнтарон. Честь, большая честь и хвала вам. Скоро сюда прибудут Илманитарские глупцы, и вам, то есть, я хотел сказать нам, нужно проучить их. Я буду рад, если вы нам поможете! — Проекция говорила нарочито вежливо, ведь если она проявит грубость, Н'Имгхдактор сможет избавиться от неё за минуту. Множество глаз смотрели на эту проекцию, то прищуриваясь, то смерив её злобным взглядом, а затем, существо заговорило множеством глубокомысленных голосов, по которым складывалось ощущение, что их миллиарды:

— Жалкий, брррл, червь! Ты, брррл, не представляешь, брррл, насколько ты жалок, брррл, ты думаешь, брррл, что я, Великий Лорд Н'Имгхдактор, выйду, брррл, в своём истинном облике, брррл?! Это всего лишь проекция, созданная специально, брррл, для устрашения, брррл, глупых, брррл, Илманитари. Но раз, брррл, ты призвал меня, брррл, то ты, брррл, расплатишься своей, брррл, ничтожной душой! — Щупальца тянулись к проекции так, словно хотели заполучить её. Они чуяли силу, которая в ней была, но не догадывались, что это была лишь одна десятая часть того, что есть у создателя этой проекции. Проекция, сделав ещё один поклон, произнесла:

— Г-Господин, я-я всё п-понимаю, что э-это для вас мелочи, но я заключаю сделку, я хочу. чтобы я стала свободной, я хочу, чтобы меня больше не использовали, как Проекцию, я хочу обрести полную материю и полную душу, и я молю вас, помогите с этим, и моя душа будет в в-вашем р-распоряжении. И помогите проучить глупых Илманитари! — Говорит Проекция А'Ршаниандела В'Акштари, кланяясь в ноги жуткому существу. А существо, словно насмехаясь, говорит:

— Бррл, ты настолько жалок, бррррлуп, но я, бррррлуп, в-бррлдушный, брррлуп, и моё вел-буррлдушие, обойдётся тебе в дорого, брррлуп! Ты будешь служить мне, брррлуп, пока, брррлуп. не истечёт, брррлуп, контракт! Бррлуп, я помогу, бррлуп, жалкому, бррлуп, тебе! — Говорит существо, издавая полубулькающие звуки, и пытаясь изобразить нечто подобное на нанкнанктарский, но получалось у существа с трудом.

— Слушаюсь, повелитель. — Покорно произносит проекция А'Ршаниандела, и они заключают важнейшую сделку, которую только может заключить проекция существа.

Все стороны готовятся к последнему столкновению на этой умирающей планете, надеясь на праведное для себя ожидания. Приятного прочтения!

Р'Интаниан К'Андари , Нарти, Ниррли, их родители и другие молодые и взрослые Илманитари вместе с А'Рратионом, бороздили просторы умирающей планеты на А'Рихон-танке, в который обратилась Стайланти. Через стеклянные окна аппарата, они созерцали нелицеприятные виды: Половина деревьев была вырвана с корнем, или сожжена пожарами, что начались из-за катаклизмов на планете. Реки, особенно речушки, осушились благодаря ураганам, а животных и хозяйственного скота практически нигде не было. У всех в транспорте были мрачные лица, не сулящие ничего хорошего. Р'Интаниану всё не давали покоя прошлые разговоры о себе. О том, что он теперь избран Изнанкой Света, и отвертеться от этого он не сможет, если не попытается изменить свою природу, свою А'Уклму. Но сможет ли он это сделать? Хватит ли усилий? Он не знал, да и сейчас, смотря на гибнущий Ойнтарон, где почти повсюду бродят неупокоенные, забытые Илманитари, ему было не до этого.

— Р'Инти, эй, Р'Инти. Ну, и каково это, быть в шкуре избранного, а? — Искренне улыбаясь говорит Нарти, прервав тишину. — Скажи же, что это круто, когда у тебя есть огромная сила, а? — Не унимается огненно-рыжеволосый. Ему очень было интересно послушать, что думает Р'Интаниан К'Андари на этот счёт, но Р'Инти, вопреки тому, чтобы расхваливать свою новую роль, начал:

— Избранность — это, прежде всего, ответственность. Во мне сидят несколько сил, и я не умею их контролировать настолько хорошо, чтобы я принял ответственность за всё, что меня окружает. Посмотри на Ойнтарон. Он умирает. А ведь, Нарти, это наш дом. Тут мы выросли, учились, читали. И я не смог его спасти, хотя А'Рихон Сеть планеты, просила меня это сделать, но я не знал как. И, теперь, я виню себя в том, что не смог спасти родной дом. Ты думаешь, Нарти, что я смогу участвовать в этой Игре Света и Тьмы? Не забывай, что мне ещё, зачем-то, напророчествовали о том, что я, по какой-то причине, должен исполнять роль А'Кхими. Зачем? Зачем мне это всё навязывают? Что изменится с того, что я смогу открывать врата миров? Мне, что, нужно будет наблюдать и смотреть за тем, как гибнут эти миры, и ничего не делать, или, во имя своей жалкой неопытности, попытаться спасти миры так, что от них ничего не останется? Скажи мне, Нарти, что я должен делать с тем, что на меня внезапно навалилось? — Р'Интаниана, наконец, прорвало. Он давно хотел поговорить о чём-то подобном, а с высшими силами об этом не поговоришь. Они даже слушать не будут. А Нарти замолчал, понурив голову, а затем ответил:

— Прости, я не знал, что это так тяжело для тебя. Я думал, что ты, как и все илманитарские мальчишки, мечтал стать Избранным, ведь наша вера ходит рядом с нами, она существует, веришь ты искренне, или же нет. Если бы меня избрали, я бы сделал всё возможное, лишь бы спасти и защитить тех, кого смогу, и попутно поискать всякие древности. Но если ты не хотел всего этого, зачем ты отправился с нами? Я помню, как мы познакомились. Ты не хотел идти с нами, но всё-таки, пошёл. — Говорит Нарти, пытаясь понять собеседника. Он подкалывал Р'Инти потому, что хотел вывести его на чистые эмоции, чтобы понять, какой он илманитари, и можно ли с ним вообще завести нормальную беседу. Р'Интаниан, тяжело вздохнув, ответил:

— В том-то и дело, что до учёбы, я хотел. Я хотел, чтобы Свет меня заметил, чтобы он почувствовал, что я есть, я существую. Когда я не умел плавать, то я ушёл один купаться на одну речку, что рядом с домом, и начал тонуть. Я молился Святейшему Т'Илларету, молился Пресветлому, чтобы чудесная сила вынесла меня на берег. Но нет, меня вытащил из воды один илманитари, что просто проходил рядом, ещё и родителям моим сказал об этом, за что я был лишён карманных расходов на месяц. А когда я потерялся в одном из лесов, потому как не развивал я наше Особое Чутьё, то Свет снова не ответил мне, и я смог выйти по тропе, натоптанной другими л'ангванктари ранее. Или вот, Нарти. Ещё один случай.... Я ходил в Церковь Т'Илларета, носил на себе Т'Илларский крест, когда мне было лет восемь, или десять, и молился, соблюдая множество Т'Иллариев, но каков результат? Избрали лм меня тогда, когда я хотел этого? Я изучал Т'Илларианство, изучал всё, что с ним связано, даже собирал карточки тридцати Т'Илларских апостолов, что вместе с ним прошли многие и многие пути, но никто ко мне не являлся. А потом... А потом учёба. Школа, колледж и университет, где мне объясняли, как на самом деле появились Илманитари, что А'Рихон Сеть сотворила нас из полуразумных А'Ллинариев, что обрастали шерстью, и постепенно получались те, кто мы есть сейчас. И я стал исследователем. Изучал не сверилманитарский, а естественный мир, тот, который, по-моему мнению и по мнению многих учёных, существует, и называется О'Ртарлиан О'Ниавалис. — Говорит Р'Интаниан. Его, наконец, сумели вывести на эмоции, которых он так старательно сторонился. Он не хотел об этом говорить никому, но у него внутри столько накопилось, что он не знал, как с этим справиться. Нарти помолчал, а затем ответил: