А А'Нтаниан уже отдал тело Р'Инти вновь на управление исконному владельцу, у которого тут же заболела голова от столь долгого наблюдения из своего нутра за тем, как его телом пользуется столь древний Бьярлманктари. Из носа Р'Инти от головокружения из-за пользования его телом, пошла бело-алая кровь, что являлась смесью крови Р'Инти, прозрачной алой жидкостью, и крови А'Нтаниана, белоснежной, словно облака на небосводе. Мать Р'Интаниана К'Андари, Р'Имаэлль, подбежала к нему охая и ахая, и, взяв платочек, поднесла его к носу младшего сына, приказав ему зажать, чтобы кровь не вытекла.

— Р'Инти, Р'Инти! Что с тобой? Да что с тобой делает этот Бьярлманктари, или как там его?! Я хочу объяснений, иначе.... Иначе я за себя не отвечаю! — Говорит та, хватаясь импровизированно за своё сердце. Она волновалась, сильно волновалась. Ей хотелось, чтобы это всё поскорее закончилось, и они смогли бы вернуться в династический дворец К'Андари, и вновь жить спокойно, как и все нормальные Илманитари. Но глубоко внутри себя, она понимала, что жить как обычные Илманитари, у них вряд ли получится. Это было бы просто невозможно, если смотреть на событие глазами реальности, а не глазами фантазии.

— Всё в-п-порядке, матушка. Я к этому привыкну. Мне нужно стать сильным, мне нужно стать сильнее, чем я есть сейчас. — Р'Инти отошёл от своей матери шатаясь, и повторяя фразу о том. что ему нужно стать сильнее. А'Рратион же, смотря на это, сквозь ощерившиеся зубы ухмыльнулся. А В'Араарьра же, поморщившись, сказала:

— Мне надоело выслушивать нежности, поэтому я пошла. Но я не уйду, не дав вам что-то. А'Кташи, ну-ка подлети сюда! — Свистнув, сказала В'Араарьра, и на её зов подлетел ворон с изумрудными зелёными глазами, с красными глазницами, перьями изумрудно-чёрного оттенка, и острым серебряным клювом и когтями, способными хватать практически всё, что угодно. От него фонило энергией своей бывшей владелицы, и чем-то, что напоминало металлический оттенок старых А'Рихонметаллов, которых было множество в древние времена. Ворон поглядел на группу, а затем произнёс металлическим голосом, похожий на скрежет:

— Звать меня А'Кташи. Я работаю на древней модели интеллекта, основанного на А'Рихон Сети, и могу выполнять почти что любые запросы, что связаны с А'Рихон Сетью, древними временами, а также могу дать сводку по нынешним событиям. Хозяйка сказала мне, чтобы я сопровождал вас в последующих путях, а также передавал ей информацию от вас о том, что всё хорошо, и что, каааар, если вдруг плохо, каааар. я передал бы ей или кому-то, кто замещает её из её творений, весточку, каар. Задавайте любые интересующие вас вопросы, каррьар! — Последнее кар он произнёс слишком металлически и неестественно, из-за чего у многих заложило уши от такого кар. А его хозяйка, уже испарилась вместе с остальными своими птицами и со своей энергией, оставив команду один на один с их новым металлическим другом.

— Ну и дела. Не думал я, что всё так случится. Что ж, теперь нам нужно отправляться в путь, чтобы найти логовища наших противников, и покарать их до того времени, пока мы не доберёмся до Края Мира. — Почесав затылок говорит Инкаритар, оглядывая всех. А'Рратион. кивая, говорит:

— По пути нам нужно ещё многому научить вашего сына. Он хиленький, но смышлёный. Если будет внимательно слушать меня, Великого Охотника и Воина, то я обучу этого юнца всему, что знаю, чтобы мой давний друг чувствовал себя комфортнее в его теле. — Говорит А'Рратион. и. подойдя к Инкаритару, крепко сжал его руку, что была на ощупь крепче, чем рука Р'Интаниана К'Анлари. — Но сначала, нам нужно переждать ночь здесь. разведём лагерь. Моя заклятая знакомая снизошла, и позволила нам это сделать. — Говорит А'Рратион, поглядывая на светило, что уже клонилось к зениту.

Инкаритар кивнул, и взрослые Илманитари стали разбивать новый лагерь, готовить еду из припасов, которые у них были, и живо общаться о том, что успело произойти за день, а А'Рратион сидел в стороне, размышляя о давних временах, и о всех друзьях и подругах, которых он помнил ещё с детства, а после и во время того, как вознёсся к Кьярдарам.

Молодые и взрослые Илманитари вылезли из палаток, почувствовав ранний рассвет, который занимался вот уже как несколько минут. А'Рратион же, совсем не спал. Он не хотел, чтобы подлые нанкнанктари. застали их врасплох, как они, вместе с их создателем, любят делать. Он потянул носом. Вкусно пахла роса, запах неубранной ржи тоже вдарил в нос к древнему Бьярлманктари. Он сквозь запах почувствовал, что ещё немного, и вот-вот она сгниёт, ведь небольшие частицы разума в ржи загрязнены серым туманом нанкнанктари и их деяниями. А'Рратион направился к палаткам, и, вспомнив свою дикость, решил играючи завыть, чтобы разбудить тех, кто ещё не проснулся.

— КААААР, КАААР, КАААААР, КАААРТАРСТРОФА, КАААААР! —Ворон, который остался в палатке династии К'Андари по своему желанию завопил. Он не любил вой. Более того, он напомнил ему вой грозных, псиноволкоподобных Викхвактари , что перешли на сторону Малиркарта во время войны, став его верными охотниками, вечно загоняющими добычу. И, услышав этот вой, А'Кташи вылетел из палатки К'Андари, и, скрипя механическими крыльями, стал кружиться туда-сюда по импровизированному лагерю.

— Что такое? Что за шум? А'Кташи, что случилось? — Р'Инти вылез из палатки вместе со своей семьёй, и стал смотреть на А'Кташи, который был вне себя от страха. Но ворон не унимался, и продолжал кричать, приплетая в современные слова древние, которые давно уже забыты пылью веков. А'Рратиону надоело это, и, подойдя к тому месту, направил зелёно-красные А'Рихоннити на А'Кташи, и, повязав его, притянул к себе, грозно зыркая на ворона:

— Чего ты завёлся? А'Рихонлинии у тебя сбоят, что ли? Не разбираюсь я в этих ни забытых, ни современных А'Рихонлогиях. — Тебя мой вой напугал, птица? — Ворон кивнул, услышав эти слова, и А'Рратион засмеявшись, высвободил А'Кташи. — Решил вспомнить свои дикие времена. А, что, нельзя? — Древний Бьярлманктари склонил голову на бок, ощерив свои острые зубы. — Не волнуйся, не принадлежу я к Викхвактари, своре Викха. Я с ним сам давно враждую, ибо этот ублюдок, пытался мои земли забрать. Малиркарт ему наплёл, а тот и рад был. Теперь уж, я не знаю. где они. — А'Рратион поморщился, пожав массивными плечами. Он не любил, когда к нему приходили некоторые воспоминания. Они были не из приятных. Викх.... Его вид некогда был дружен с Бьярлманктари, но те времена давно прошли, и Викхвактари стали ненасытными охотниками, гонящимися за магической кровью Илманитари и их старших братьев.

—А'Рратион? — Р'Инти подошёл к бьярлманктари, смотря в его глаза. В них читалась грусть, ненависть к заклятому врагу и тоска по старым, древним временам. — Что-то случилось? Вы вспомнили что-то? — Поинтересовался Р'Инти, находясь всё ещё в красно-синей пижаме. — Может быть, отдохнёте? — Говорит тот, улыбнувшись чищенными перед сном белоснежными зубами, в которых были два серебряных протеза посередине, что напоминали Р'Интаниану К'Андари об уходе за собой. А'Рратион помолчал, но всё же ответил:

—Ничего. Одевайся. Другие уже надели походное снаряжение, даже твоя младшая сестрёнка. А ты всё пытаешься что-то выведать у старого духа прошлых лет, который вот-вот должен был развоплотиться. — Бьярлманктари вздохнул, а А Р'Инти поплёлся к своей палатке, чтобы переодеться. Доспехи, что сделал ему Артни, он не забыл, и положил их в специальный футляр для доспехов, сделанный отцом Артни. который мог уменьшаться в размерах, чтобы снаряжение можно было просто нести в руках. Затем, Р'Инти переоделся в красно-синий походный костюм с гербом посередине, попил чистой воды из не-загрязнённого тьмой родника, чтобы взбодриться, и, нацепив на свою спину красно-синий походный рюкзак с красно-синими лямками и застёжками, был готов отправляться на поиски врага. Его оружие было при нём: Анторра висела на поясе, а рядом с ней висел К'Иртани, с новыми пульками, что были заряжены А'Рихонлиниями. Волшебный клинок, который даденный был его отцом. висел в красно-синих ножнах с изображением гербом династии по центру на красно-синем поясе.