— Ты прав, Р'Инти, но и медлить нельзя. Единственный портал, который работает, может в любой момент отключиться от А'Рихон-сети, а это очень и очень плохо. А делать несколько дел одновременно, мы не сможем. Могли бы, мы не торчали бы у этой реки уже который час. — Говорит фиолетоволосая Илманитари. В её глазах уже сейчас чувствуется некая усталость, и чувствуется некий дискомфорт от того, что происходит. Она переминается с ноги на ногу, и моргает по десять раз, пытаясь отвлечься от происходящего. Она достала свой перламутрово-фиолетовый энергофон, из которого вышла антенна, которая заговорила голосом её матери:

—Ниррли, дорогая. Ты меня слышишь? — Говорит нежно голос, а потом появляется энергограмма женщины, с длинными перламутровыми волосами, заплетёнными в косу, а в сами волосы заплетён фиолетовый цветок. Ниррли была почти как две капли воды похожа на свою мать, хотя некоторое, досталось и от отца. — Ниррли кивнула. — Хорошо, что слышишь. Слушай внимательно, Ниррли: А'Рихон-сеть на планете повредилась из-за постороннего вмешательства, из-за чего, половина завязанных на этом вещей, перестали работать. Кое какая магия ещё работает, но энергофоны и тому подобное, постепенно отваливается из А'Рихон-сети. Другие династии и простые Илманитари пытаются справляться с последствиями, но мятежники и предатели, убивают членов династий или похищают их одного за другим. Я не могу долго говорить, у меня тут... — Голос матери Ниррли прервался, и заменился на звуки сражения. Женщина, похоже, с кем-то сражалась. Звуки энергетических сполохов, а потом —лязг стали и звуки выстрелов.

— Ч-что происходит? М-мама? — Ниррли говорила дрожащими губами. Она не верила в происходящее здесь и сейчас. Другие, и даже Нарти замолчали, а Р'Инти врезались в разум воспоминания того злосчастного утра.

— Я здесь, Ниррли, доченька! — Говорит энергограмма, и её голос изменился на запыхавшийся. — Я хотела сказать, что тебе, и тем, кто рядом с тобой, нужно срочно идти к работающему порталу, и без раздумий! На планете очень опасно. Я не знаю, что с другими планетами и мирами Империи, но вам нужно найти более безопасный путь. И смените одежду, иначе вас смогут найти предатели. — Говорит мать Ниррли, потом — резкие помехи, а потом — энергограмма замолкает, и куда-то исчезает.

— А как же моя династия?! Я не уйду без информации о ней! — Запротестовал Р'Инти, а по его волосам даже пробежала лёгкая дрожь. — И что значит сменить одежду? Я не найду более дорогой моему сердцу одежды, и не смогу пойти с вами в таком случае! — Внутри у Р'Инти словно всё заискрилось, заклокотало. Он никогда не думал, что ему вот так вот придётся покинуть его родную планету, с кучкой незнакомцев, которых он никогда не увидел бы, если бы не злосчастные мятежники, и не злосчастное утро.

— Р'Инти, остынь. — Говорит Нарти, а затем, подойдя к нему, положил руку на правое плечо молодого принца. — Ты нам так и не сказал, что с ними случилось. Как мы поможем тебе, если мы не знаем, что конкретно с ними? — Ниррли хотела ударить Нарти за такую бестактность и за такой язык без костей так, что она, подойдя к нему, приноровилась, и хотела одарить его щелбаном, но.... Р'Инти начал внезапно говорить:

— Утро было обычным, я вышел в комнату собраний, и отец мне сообщил ужасные вести про нашу Империю, и я вознамерился отправиться в путь, как вдруг, когда я приближался к выходу, на нас напали Илманитари в серых доспехах со странным гербом, и они напали со свистом, потом в комнате той был слышен треск и гул. Я пытался их остановить, когда они направлялись к комнате, но не смог.... Потом, нависла тишина. Я зашёл в комнату, а там всё было разбито и разбросано, а родителей, брата и сестры... их не оказалось там. — С содроганием вспоминает Р'Инти события того утра. Его разуму хотелось верить и представлять, что это был просто сон, просто обычный кошмар. Он достал из одного из карманов кусок ткани, на которой был изображён странный герб, и показал его группе. — Вот этот герб я нашёл среди разбитого и разбросанного.

— Очень интересно. Интереснооо. — В привычной манере говорит Нарти, взяв в руки ткань. — Впервые вижу этот орнамент, а из него фонит такой тягучей энергией, словно ткань чем-то заражена. А орнамент... Полукруги, какой-то серп и неизвестный мне цветок тёмно-фиолетового цвета. Никогда не видел. — Нарти отдал ткань Р'Инти, и пожал плечами. Затем, он задумчиво поднёс ладонь в странном жесте к своему лбу, и стал думать. — Но то, что они не с этой планеты, а откуда-то ещё, я сразу понял. Значит, это угроза извне. И навредить они успели изрядно, да так, что мы не получаем вестей по А'Рихон-сети из других планет и измерений. Это меня настораживает. А если на планете станет совсем мало энергии, то всем придётся эвакуироваться.

Тишина. После того, как Нарти закончил, все замолчали, а Р'Инти заволновался сильнее. Он думал: "Что этим мятежникам нужно от моих родителей? Нет, что им нужно от других династий Илманитари? Почему они ведут себя столь нагло? И они говорили об очистке. Какой очистке?" — Думал Илманитари, насупившись, а уши его даже покраснели от раздумий. Он начал нервно переминаться с ноги на ногу, и положил загадочную ткань к себе в карман вместо того, чтобы выкинуть.

— Решено. Отдохнём, и отправимся в путь. Я не хочу быть наживкой для мятежников. — Решил Р'Инти, а светило планеты уже клонилось к закату, долгий и напряжённый день близился к концу, а многие из группы зевали. Этот день потрепал многих Илманитари.

Группа молодых Илманитари стала разбивать лагерь около реки, и раздумывать о ночлеге. Птицы вновь запели, а животные "заговорили" вновь на своих языках.

Сможет ли эта группа найти выход? Это вы узнаете в новых главах!

День клонился к закату. Р'Инти сидел на берегу реки, и кидал в воду камешки. Тоска обуяла его сердце, ибо потеря родных, а также падение империи его вида, оставило сильный отпечаток на нём. Златых украшений на его костюме уже не было, потому как для удобства, он снял их, и теперь он в красно-синем костюме. Правая сторона костюма красная, а левая — синяя, а по центру костюма был начертан герб его династии, трёхглавый чешуйчатый грифон, у которого на голове два металлических рога, покрашенных в серый цвет, коричневая кожа, и чёрные волосы, а также золотые клювы на каждой пасти. Это символ его династии. По крайней мере то, что осталось от его династии. Он не знает, выжили ли другие члены династии, или нет. Плеск шлёпающихся об воду камешков раздавался на всю округу, а сам Р'Интаниан К'Андари, словно ничего не замечал.

Но недолго грусть играла. Р'Инти встал, потянулся, чтобы расслабиться, и, достав из кармана свой энергофон, ещё раз проверил связь. А'Рихон сеть продолжает сбоить. Энергонавигатор также не работает. Он вновь пошёл к лагерю, который уже разбили. Те, другие Илманитари, которых он видел, старались весело общаться между собой, чтобы сгладить углы кошмара, что обрушился на их вид. Нарти о чём-то говорил с Ниррли. Остальные тоже общались между собой, потому как они все были знакомы друг с другом. Лишь Р'Инти никого в этой компании не знал, да и не горел желанием узнавать их поближе.

— Кхм-кхм. — Прокашлял и хмыкнул Р'Интаниан, чтобы на того обратили внимание. — Нам нужно найти решение ситуации. Единственный рабочий портал может закрыться, и мы никогда не выберемся с этой планеты, а половина взрослых, как я посмотрел по новостям, либо похищены, либо убиты. Жуткое зрелище. Место, конечно, здесь красивое, но некогда нам любоваться этим краем. Ведь мы не туристы. — Р'Интаниан сделал характерный отрицательный жест. Правый указательный палец он положил к губам, потом левый указательный палец приложил также к губам, а между этими указательными пальцами, просунул правый мизинец, и также приложил его к губам. Для Р'Инти это жест вежливости. Он применяет его, чтобы отказать, чтобы отрицать что-то, но так, чтобы собеседник не уличил его в обиде.