— Моя А'Рихон-энергия почти на нуле, но я постараюсь выжать из неё всё, чтобы помочь вам. Приказ принят. Превращение в А'Рихон-танк. — Говорит Стайланти, и начинает превращаться в массивный зелёно-голубой танк, пушка которого также была окрашена в зелёно-голубой цвет, и состояла из трёх разной величины дул. Двери А'Рихонтанка отворились, и молодые и взрослые Л'Ангванктари вместе с Бьярлманктари А'Рратионом, вошли во внутрь, крепко заперев входные двери, и Стайланти, включив автопилот, направилась к Краю Мира, обдавая пытающихся бежать за ними У'Кхванкти, А'Рихон-топливом.
Сзади А'Рихонтанка появились турели, которые стали отстреливать бегущую за ними орду, пока транспорт ехал, дополнительно разрушая своей тушей всё на своём пути. Они не знали, как скоро они доберутся до Края Ойнтарона, но им нужно сделать это как можно скорее, ибо Орден Т'Илларского Креста не будет ждать их слишком долго, и просто сотрёт их вместе с этой планетой.
В защищённой Светом Т'Иллара базе Т'Илларского Десанта:
— Я ощущаю, что планета заражена ещё больше. Проклятый договор. Если мы ещё раз опоздаем, то придётся очищать планету семь раз, чтобы на ней не осталось ничего заражённого. — Говорит А'Лдарэн, сидя за столом своего кабинета. Сейчас он был без брони, его тело покрывала лишь лёгкая туника, а сам А'Лдарэн, задумчиво смотрел в окно базы. — Зачем я вообще согласился на сражение с этим мальчишкой? Я не должен был дать ему получить ту силу, какую он получил. Это несправедливо! — Говорит сквозь зубы А'Лдарэн, стукнув кулаком по столу.
Л'Ирзания, что тоже была в сине-жёлтой тунике, что подчёркивала её смугловатую фигуру, а её алые волосы были распущены, подошла к А'Лдарэну, и сказала:
— Но мы можем отыграться. Руководство потеряло связь с этой планетой, а значит, не будет ничего страшненького в том, что мы поиграемся с Р'Интанианом К'Андари и его друзьями. То, что он избран, не даёт ему прав потешаться над Орденом Т'Илларского Креста Имени Святейшего Т'Илларета. — Говорит та, ухмыльнувшись.— Мы их встретим на Краю Ойнтарона, и подготовим им подарочек, М'Иклар А'Лдарэн. Или дайте выйти мне, я отомщу за ваше поражение этому мальчишке! — Продолжает та, улыбнувшись. А'Лдарэн, подойдя к ней, прикоснулся к ей талии, притянул Л'Ирзанию к себе, и шепнул ей на ушко:
— Мы отыграемся вместе. Они ничего не сделают против ауклемированных Л'Ангванктари. — Говорит А'Лдарэн, а на лице его появилась жестокая усмешка. — Если его избрала Изнанка Света, то сам Святейший Т'Илларет не будет против, если я его проверю. Проверю на веру. А что до орды У'Кхванкти... Мы их сожжём Пламенем Святейшего Т'Илларета, от этого ни один У'Кхванкти не уцелеет. — Продолжает тот, и, обняв ближайшую к нему Л'Ангванктаршу из его отряда, направился к выходу.
— Мы выходим прямо сейчас? — Спрашивает Л'Ирзания. Её глаза загорелись недобрым огоньком, и она достала из ножен клинок, сделанный из алого иномирского металла. — Мы можем отправить с собой ещё наших Л'Ангванктари, Они будут нам опорой в случае, если этот глупец решит мешать нашей миссии. — Продолжает та, но А'Лдарэн, положив указательный палец правой руки на её губы, ответил:
—Нет, Л'Ирзли, нет, мы идём не сейчас. Пусть они думают, что мы даём им закончить их дела, и мы проявим элемент неожиданности. И я не хочу брать других Л'Ангванктари. Они должны охранять наш оплот на этой планете от У'Кхванкти, что будут нападать на нас. Их пробудила та грязь, о которой мы им говорили, но нет, нас не послушали. Когда я закончу с этим делом, я обязательно вкушу Н'Иллирийского вина, с системы-миров Н'Иллирия. Там вино очень хорошей выдержки, мне попадалось даже вино, которому было десять тысяч лет. — А'Лдарэн отвлёкся н тему про вино. Этот напиток всегда дурманил этого Л'Ангванктари. Конечно, его ауклемированный организм позволял ему дольше находиться не подвергаясь дурманящим действиям напитка, но он словно привязался к распитию вина с конкретной системы-миров.
— Хорошо, М'Иклар А'Лдарэн. Тогда и вы угостите меня потом. Мы можем сходить ещё на горячие на центральной системе светил нашей системе-миров Р'Иммилия. Горячие источники на планете И'Ллантор просто великолепны. — Говорит та, улыбнувшись всеми своими белоснежными зубами смотря А'Лдарэну прямо в глаза. Они были знакомы с раннего детства. Ещё с того времени, пока те не были избраны Орденом, и очень сильно сблизились друг с другом.
— Но я, всё же, надену доспехи Ордена. На всякий случай. — Говорит Л'Ирзания, и, уйдя переодеваться, оставляет А'Лдарэна одного. Он размышляет, смотря на то, что осталось от этой планеты. Корил ли он себя за то, что эту планету забыли? Нет. Корил ли он верхушку за это? Тоже нет. Он понимал, что у Т'Илларетов слишком сильная бюрократическая система, что не позволяет уследить часто за системами-миров, которые под контролем Ордена, а уж за одиночными макро-средами внутри них, тем более. Когда планета будет сожжена за семь дней, у неё будет время переродиться, уже сияя Светом Пресветлого.
А'Лдарэн, тоже ушёл надевать доспехи, ибо понимал, что медлить уже категорически нельзя. Да что там, нужно подготовиться к тому, чтобы отбиваться от атак сразу множества противников. Орден Т'Илларского Креста Имени Святого Т'Иллара, почти никогда не проигрывал в честных сражениях. То сражение с Р'Интанианом К'Андари, он считал абсолютно нечестным.
Переодевшись в доспехи ордена, А'Лдарэн взял свой клинок, убрал его в ножны, и стал смотреть на обжигающее светило Ойнтарона. Оно бы расплавило его доспехи, если они не были бы покрыты защитным слоем Икмантина, невидимого металла, который защищает снаряжение от плавления. Он задумался ещё о том, что... Что было бы неплохо не только проучить Р'Интаниана К'Андари, но и о том, чтобы доказать Изнанке Света, что именно он был достоин быть избранным ею с самого рождения, а не быть просто ауклемированным высоко-образованным Л'Ангванктари. Почему жизнь так несправедлива к тем, кто хочет чего-то, а это что-то получают другие? Он об этом всегда задумывался. После сражений, во время отдыха, во время Т'Илларской Купели, во время ежегодичного празднования Т'Илланнеры, когда Святой Т'Илларет вернулся со своего похода умирающим, но получившим чудесное исцеление и Благословение Пресветлого. Т'Илларета почитали Сыном Пресветлого ещё с самого рождения его, Т'Илларет И'Нларианский, из системы-миров И'Нларии, совершал те чудеса, что были недоступны Л'Ангванктари тех лет, но он был противником любых культов, хоть и потом создалось Т'Илларство, и Т'Илларская Церковь, что хоть и считается самостоятельной, но является частью Церкви Единого и Церкви Пресветлого.
"Выбор.... Что за несправедливая вещь? Я стал искусственным Л'Ангванктари по Праву Предназначения, по праву Долга, или по моей собственной прихоти стать сильнее? Я изучал множество культур Л'Ангванктари, оккультных практик, изучал трактаты Т'Илларета, я во всём искал намёки Предназначения, Света, во всём старался быть похожим на то, что сам считаю Светом. Но что в итоге? Я оказался на Единым забытой планете, которая умирает, и которую мне предстоит уничтожить. Святой Т'Илларет, дай мне вкусить хоть каплю жития твоего, дай мне почувствовать твои Чудеса. Я столько верил в тебя, в твои идеалы. Почему же ты молчишь? Если бы я мог переродиться, я бы родился таким, как ты. Тем, кого избрал Пресветлый с рождения. Но я стал тем, кем стал. Твоим воином, что несёт клинок во славу твоих деяний, во славу твоего имени. "— В разуме А'Лдарэна проносились именно такие мысли. Других мыслей у него не было. Он бродил по защищённой земле Ойнтарона, и размышлял о таком как минимум час, и, вернувшись в штаб-квартиру Ордена, сказал Л'Ирзании:
— Я многое обдумал. Нет, я не хочу извиниться перед Р'Интанианом К'Андари. Напротив, я хочу научить его тому, чему учился сам. Тому, что вера приходит через пот, кровь и сражения. Как Святейший Т'Илларет был Воином Пресветлого, что распят был на Т'Илларском Кресте юродивым народом, что увидел в нём проделки Малиркарта, а потом воскрес, вознёсся в Небесный Град, и оттуда зрит за нами, исцеляя наши грешные и юродивые сердца и души. Т'Илларский Орден несёт своё бремя, и я принесу Учение Т'Илларета Р'Интаниану К'Андари, как член этого ордена. — Говорит А'Лдарэн, и, встав на колени, воздел руки к небу, которое постепенно становится всё краснее и краснее от накала атмосферы.
