Всё было спокойно в месте отдыха, и, казалось, ничто не может нарушить эту идиллию, как вдруг, на местность налетела стая чёрных, как смоль птиц, с острым клювом, а внутри их ртов, были зубы, что были похожи на... на зубы Илманитари, только в уменьшенном размере. Два глаза у ворон переливались разными цветами, словно это были искусственные бриллианты, а не глаза птицы или животного. По центру стаи, была фигура, из которой исходила невиданная сила, будто бы древняя мощь этих мест воплотилась в материальную форму. На Ойнтароне, ровно как и во всём Йандарли, в не запятнанных искусственной Сетью местах, есть свой Хранитель, представитель Бьярлманктари. Эта лесостепь не была исключением. Хотя представители династий полагали, что хранитель этой лесостепи был именно А'Рратион, но нет. Он лишь почувствовал силу друга, и примчал, как только они оказались рядом, затянув их в своё пространство.
А'Рратион принюхался, а затем, поёжился. Он узнал источник этой силы. Повелительница В'Аркаарьра М'Икантонис, Владычица Небыли, Повелительница Кошмаров, Владыка Вороновых, Госпожа В'Аркаарьра. Она была той, с кем лучше не связываться, и считала себя владычицей лесостепей и подземных истоков. Её колесница из чёрных, как смоль птиц, приближалась к тем, кто зашёл на "её" территорию, и, снизойдя на поверхность, которая тут же покрылась чёрными Ш'Ианами, любимыми растениями В'Аркаарьры из тридцати лепестков и вороньего клюва по центру. Её ноги были босы, а одеяние состояло из лёгкого шёлка, который покрывал всё тело, и был таким же чёрным, как и сама ночь, которой В'Аркаарьра покровительствовала в давние времена, хотя и сейчас может двигать звёзды и луны, если того пожелает. Её чёрные с венком из красных бриллиантов на голове волосы развевались на создаваемом от вороньих крыл ветру, а её небесно-чёрные глаза, в которых виднелись звёзды и вороньи глазницы, смотрели прямо на тех, кто посмел отдыхать на её территории, не принеся в жертву И'Рраты.
— Кто? Кто посмел потревожить покой Повелительницы Ночи и Лун, Владычицы Кошмаров и Ворон, В'Аркаарьры М'Икантонис? — Пока она говорила, ветер повеял чем-то нехорошим, жутким, можно сказать, даже полугробовым. Это веяло от её птиц, которые стали покрывать и небосвод, вихрем кружась по центру небес. — Ты? Я думала, что ты совсем уж одичал, А'Рратион, — сказала та, и, подойдя к Арратиону, провела своим весьма острым лакированным чёрно-небесным цветом ногтем по его подбородку, высокомерно вздёрнув голову. — Но не важно, я чувствую смерть. Ты не спрячешь её, даже если закроешь в своём измерении. Я не позволю убивать там, что считаю своим. — Её глаза блеснули светом красных вороньих глаз, и она посмотрела словно в душу А'Рратиона и в души тех, кто уже успел встать за его спиной, прижавшись от нахлынувшего ужаса друг к другу.
— Нанкнанктари, кх. Это были преступники, что всё время впутываются в дела остальных наших видов. И убери своих птиц! От них смердит помоями и.... и мертвечиной? Ты, что, кормишь своих питомцев трупами? — А'Рратион закашлялся, смотря в лицо "давней знакомой". Они не были друг с другом дружны, из-за небольших различий в территориях приношения И'Рратов на множестве систем-миров Йандарли к ним. Она посмотрела на него ещё раз, поморщилась от ненависти к слову Нанкнанктари, и отошла. поправив своё шёлковое платье, словно боясь его поцарапать.
— Что-что ты сказал? Нанкнанктари? Но их же пытались отрезать от сферы моего влияния ещё несколько десятков тысяч лет назад, если не миллиарды. Я уже слабо помню прошлые года, хотя в моих частицах разума, сохранились отпечатки воспоминаний о тех веках. Если это так, и если они вернулись из своего закрытого мирка.... Вороний Король Варк'айла должен узнать об этом, если они забредут ещё на его территорию.... — В'Араарьра прикусила губу. Армия Вороньего Короля, должно быть, всё ещё спит в Вороньей Чаще, и этот Бьярлманктари спит вместе с ними. Многие их родичи либо развоплотились от нехватки И'Рратов, либо заснули крепким сном, чтобы сэкономить силы, либо скитаются как бродячие полуматериальные духи, а часть убито в войне с нанкнанктари.
— Они. Но я и эти молодые Илманитари вместе с их родителями, сумели убить лишь часть. Остальные, как и их главари, улизнули. — Последнее слово А'Рратион произнёс с недовольством на самого себя. Он хотел убить хотя бы болтуна А'Ршаниандела В'Акштари, но не смог. Он покручинился-покручинился, но вновь воспрял духом. — Но я получил вновь часть старой силы и воспоминания, и теперь... и теперь я не такой слабый дух Бьярлманктари, каким был раньше. И менее дикий. — Последнее он сказал так, словно хотел на всякий случай подправить В'Араарьру, если она ещё раз назовёт его одичавшим.
— Что ж, на время мы можем отложить наши разногласия, но учти: Никаких больше убийств там, где мои владения. Если туда принесут И'Рраты, они будут загрязнены от крови. А питаться грязным кушанием я не намерена. А ты.... — Она взглянула на Р'Интаниана К'Андари, который по состоянию души словно напоминал ей кого-то. Она пыталась вспомнить, на кого он кажется похожим, и прядь её чёрных волос, коснулась плеча Р'Инти, который смутился от столь глубокого небесно-чёрного взгляда этой Бьярлманктари, и от довольно лёгкого платья, что не скрывало часть её тела, а ноги и вовсе были оголены. — Неужто ты.... А'Нтаниантарк? Но твоё воинство было уничтожено, а ты сам, а ты сам пропал без вести. — Она отошла от Р'Инти. Мощь его крови смущала её, и смущало её и то, что эта мощь сливалась со слабоватым и нераскрывшимся духом Р'Интаниана К'Андари.
Р'Интаниан К'Андари начал постепенно преображаться, как и в тот раз, когда у него был бой с А'Ршанианделом. Те же крылья, тот же цвет волос, цвет глаз, даже одежда переменилась на ту, к которой привык А'Нтаниан. А'Нтаниан, глядя на женщину-Бьярлманктари, произнёс своим, величественным голосом:
— Это я, В'Араарьра. Я нашёл своё убежище в этом юнце. Он выглядит несуразным сейчас, но со временем, со временем он обретёт силу, которой я обладал до своего почти что развоплощения. Но ему сначала нужно научиться владеть тем, что у него есть сейчас. Великая Тьма становится сильнее с каждым разом, а эта планета на грани полноценного поглощения. Я давно не выходил в материальную форму, посему не знаю, действительно ли остались ещё места в Йандарли. что не загрязнены Великой Тьмой. У нас, Бьярлманктари, может и есть разного рода разногласия, но я прошу тебя, В'Араарьра, и тебя, А'Рратион, друг мой, не конфликтовать друг с другом до тех пор, пока не будут устранены преступники, нарушившие покой А'Рихон Сети. — Голос А'Нтаниана отличался от голоса Р'Инти. Он был более властным. Каждая часть языка А'Нтаниана словно говорила так, как не говорил ни Р'Инти, ни кто-то другой из представителей оставшихся династических домов И'Анов.
— Я не думала, что ситуация выйдет из под контроля. Малиркарт заключил с нами договор, что он не будет вмешиваться в дела младших видов, и что даст им спокойно существовать, а его вид, будет процветать в его измерении. Неужто... неужто нас обманули? Я знала, что ему нельзя доверять, но меня никто не слушал. Понадеялись на то, что, дескать, он, как Кьярдар, не будет лгать, ведь он поклялся на своей крови. Крови, его мерзкой чёрной крови, что обагрила многие места, когда... Не важно. — Её голос звучал лютой ненавистью к Малиркарту. Она ненавидела его, ненавидела его "творения", что считала пародией на старшие виды, презирала каждую выходку этого Кьярдара, какую он учинил, когда пытался отбирать её владения и то, чем она любила заниматься, когда ей не нужны были И'Рраты.
Планета словно содрогалась от количества древней энергии, что нисходила одновременно от В'Араарьры, А'Рратиона и А'Нтаниана. Искусственная А'Рихон Сеть стала постепенно разрушаться под таким непомерным для неё давлением, ибо настроена была лишь на небольшие всплески, а природная А'Рихон Сеть с живым волшебством, вновь занимала своё место, излечивая повреждения от действий нанкнанктари. А'Рихонлинии словно залечивались, издавая звуки, что напоминали приятные покалывания тела, когда оно расслабляется от чего-то приятного.
