— Можете понюхать меня в ответ. Я не против.

Джулс охватило лёгкое изумление от этого неподобающего предложения.

— Неужели для нас, сообщников по обману, нюхать друг друга — нормально? — выдохнула она, собираясь с мыслями. — Такова ваша логика?

В его глазах мелькнуло одобрение.

— А вам нравится дразнить.

Мышцы Джулс напряглись, сердце ёкнуло.

— Должно быть, это лес на меня так влияет, — протянула она, насмешливо глядя на него.

— Меня никогда не дразнили.

— Постараюсь делать это время от времени, ваша светлость. Чтобы наши встречи были интереснее. — И, возможно, чтобы ты чувствовал себя чуть свободнее.

— Джеймс, — поправил он. — Мне стоит ждать этих встреч с нетерпением, да?

В его пристальном взгляде было столько всего, что грудь сжалась от щемящего, почти болезненного чувства, которое она едва понимала. Рассудок и осторожность медленно таяли. Джулс нахмурилась.

— Хорошо, я попробую…

Она чуть не задрожала, когда он протянул руку и сжал её подбородок между большим и указательным пальцами. Дыхание спёрло, и всё её существо сосредоточилось на этом единственном, непозволительном прикосновении. Затем этот проклятый мужчина снова вдохнул её запах. Джулс почувствовала, что лёгким не хватает воздуха.

— Вы никогда не должны делать этого на людях, ваша светлость!

— Уверяю, такое желание возникает у меня только в вашем присутствии. Разве не интересно? Никогда не чувствовал ничего подобного вашему запаху, Дикий цветок.

Джулс задумчиво прищурилась и наклонилась к нему ближе, отдавая себе отчёт, насколько опасно близки теперь их губы. Затем она глубоко вдохнула его запах — уже зная, что совершает самую опрометчивую ошибку в своей жизни.

Глава 6

— Как я пахну? — спросил он, и в его голосе звучала неподдельная заинтересованность.

Мои чувства не могут определить этого.

— Жареным фазаном, — пробормотала Джулс, сглотнув внезапный комок в горле, и подняла на него взгляд.

В глазах герцога блеснул тёмный, почти весёлый огонёк.

— Тогда позвольте мне убрать ножку подальше. — Он отстранил руку, слегка выгнув шею. — Попробуйте ещё раз.

Джулс прикусила губу, чтобы сдержать улыбку. Он явно дразнил её. И, возможно, не ожидал, что она посмеет продолжить.

— Я…

— Испугались?

Это мягкое слово прозвучало едко, и бесстрастный взгляд его глаз противоречил спокойной позе. Она усмехнулась — ей не понравилось, что он может заметить её нервозность.

— Я ничего не боюсь, ваша светлость.

Его губы дрогнули, но он промолчал. Джулс наклонилась вперёд, приблизив нос к его коже так близко, что почти коснулась её. Она ожидала холода… но кожа герцога оказалась тёплой. Он замер ещё сильнее, и странное ощущение разлилось по её коже, отозвавшись лёгким предостерегающим холодком на затылке.

— У вас холодный нос, — произнёс он с тихой настойчивостью.

— Правда?

Из его горла вырвался тихий звук, но он не отстранился.

— Нюхайте.

Это распоряжение отозвалось в её теле самым необычным образом.

«Почему это так важно?» — беззвучно спросила она его. Она не могла прочесть ответ в его глазах или расшифровать намёк в его выражении. Поддавшись любопытству — и желанию увидеть его реакцию — Джулс глубоко вдохнула его запах. И была потрясена внезапной слабостью, которая разлилась где-то в глубине живота и дошла до колен. Его аромат был… незнакомым. Тёплым и одновременно холодным, с нотами дубового мха и чего-то неуловимого. Этот необъяснимый запах проник в ноздри, заставил сжаться желудок и согрел самое сокровенное место внутри. Странный жар пробежал по телу, сердце забилось чаще. Джулс позволила аромату окутать себя, словно прохладному дуновению ветра.

Она отодвинулась, отрывая нос от его шеи, всё ещё осознавая, как близко они находятся. Его лицо было прямо перед ней — с абсолютно невозмутимым выражением. Её взгляд скользнул по изящному носу, волевому подбородку, чёткой линии челюсти.

— Я не боюсь вас, — прошептала она. — И даже не думайте, что мог бы, ваша светлость.

Джулс не могла объяснить, почему для него это было так важно, но всем нутром чувствовала: он должен понять, что она не боится оставаться здесь, с ним.

Его взгляд был непреклонным и обжигающим.

— Вы получаете удовольствие, будучи дерзкой и вызывающей.

— Ещё бы. Иначе как бы я достиг такого совершенства в умении стоять несгибаемо перед могущественными мужчинами вроде вас?

— Это ваша джентльменская маска придаёт вам смелости?

У неё внутри что-то болезненно сжалось.

— Я никогда не признавался, что ношу какую-либо маску.

— Мне всё равно, признаёте вы это или нет. Ваш запах говорит мне всё, что мне нужно знать.

Сердце её вновь забилось чаще, и движимая инстинктом, она коснулась усов, проверяя, на месте ли они.

Его пристальный взгляд проследил за этим жестом.

— Довольно искусно.

— Признаю, я весьма изобретателен, — прошептала она, с удивлением осознавая, что вовсе не страшится того, что он ведает её секрет.

— Высокомерны, — мягко поправил он.

— Уверен в себе, — пробормотала Джулс.

— Это мне нравится. Мне искренне любопытно, остались бы вы такой же, лишившись этого...

Джулс надеялась, что её не выдаёт бешеный стук собственного сердца.

— Так вот чего вы хотите в рамках нашего... союза — совлечь с меня все покровы?

В его прекрасных глазах мелькнуло нечто по-настоящему загадочное.

— И что бы вы сделали, если бы я попытался вас разгадать?

— Боюсь, эта задача вам не по плечу, ваша светлость.

— Это вызов, Дикий Цветок?

Нечто первобытное пробежало у неё по спине, предостерегая Джулс отступить, ведь она вступила в опасные воды. Но она не послушалась.

— Вы бы его приняли?

В его глазах вспыхнуло нечто дикое.

— Нет. Не принял бы.

— Почему нет?

— Потому что вы не представляете для меня подлинного, долговременного интереса.

Поражённая, она широко раскрыла глаза, вглядываясь в его лицо. Он выглядел столь безучастным, что это выражение можно было счесть жестоким. Эти бесстрастные слова пробудили в Джулс неведомые доселе чувства. Ошеломляющие. Она чувствовала себя... разочарованной, уязвлённой от мысли, что ничто в ней не способно очаровать его настолько, чтобы она осталась в его памяти надолго после их расставания.

— Признаю, я хочу вас понять, — продолжил он. — Почему — мне ещё предстоит осознать.

Она попыталась привести рассеянные мысли в подобие порядка.

— Есть ли смысл в этом желании? Через несколько недель мы станем незнакомцами на улицах Лондона. Если вообще встретимся снова, ваша светлость.

Три недели. Слишком мало времени.

— Вы правы. Это таинственное очарование будет мимолётным и растает прежде, чем я успею понять, почему оно хоть сколько-нибудь меня занимало.

И вновь её охватило странное чувство потери чего-то, чем она даже не обладала.

— Я полностью согласен, ваша светлость.

— Джеймс, — мгновенно поправил он.

— Джеймс, — медленно повторила она.

К её удивлению, он нежно провёл пальцем по переносице.

— Какой у меня запах, Дикий Цветок? Скажите.

Кто ты? Внезапная, отчаянная потребность узнать это вспыхнула в ней с пугающей силой. Он был поистине неистов... и ей это нравилось.

— Как холодный ночной воздух, — искренне ответила Джулс. — Свежий и... отрезвляющий.

— И как же он на вас подействовал?

Внутри у неё всё сжалось от странного вопроса. Но каким-то образом она поняла его смысл.

— Подействовал?

— Не увиливайте, — приказал он, и, хотя тон его был почти жёстким, взгляд... оставался мягким.

Доверие. Честность. Те самые кирпичики, из которых сложилась связь между ними и теперь застряли у неё в груди.