Глубокой ночью Оливию разбудил странный звук - то ли вой, то ли крик, доносившийся из восточного крыла дома. Она накинула халат и, взяв подсвечник, вышла в коридор.

Тишина поместья давила, прерываемая лишь скрипом половиц под ее ногами. Приблизившись к восточной спальне, Оливия уловила странный запах - металлический, с примесью чего-то гнилостного.

Дверь в комнату Верены была приоткрыта. Оливия осторожно толкнула ее.

Свет ее свечи выхватил из темноты чудовищное зрелище. Верена Блэквуд лежала на кровати, ее глаза были широко открыты, но невидящи. Горло разорвано будто огромными когтями, а вокруг тела растекалось темное пятно крови, почти черное в слабом свете.

Но самым страшным были тени - они больше не окутывали Верену, а словно выходили из ее тела, формируя силуэты, напоминающие огромных собак с горящими глазами.

Увидев Оливию, одна из теневых гончих повернула морду в ее сторону. Из глотки существа донеслось низкое рычание, и оно сделало шаг к ней.

Оливия отступила, зажимая рот рукой, чтобы не закричать. В этот момент по коридору пронесся порыв холодного ветра, хотя все окна были закрыты. Свеча погасла, погружая все в кромешную тьму.

А когда слуги, услышав ее крик, прибежали с факелами, теневые гончие исчезли. Осталась лишь мертвая Верена и леди Оливия Торнбридж, стоящая на пороге комнаты с выражением потрясения на бледном лице.

Никто не знал, что в этот момент Оливия не только боялась - она начинала понимать. Дар, о котором она прочла в древней книге, пробудился в ней. И это было только начало.

3. Оливия

Бывает так, что муж- он центр мира,

Не сотвори из смертного кумира!

Ведь после ты не остановишь плач,

Узнав, что он - твой смысл и твой палач.

***

Дождь барабанил по мутным витражам поместья Гарден- холл, словно пытаясь смыть печать смерти, витавшую в воздухе с того самого дня, как обнаружили тело леди Верены Блеквуд. Оливия сидела в своём кресле, обтянутом бледно-голубым шёлком, и бездумно перебирала кисточки на своей шали. Два дня под домашним арестом казались бесконечностью.

Двое мужчин из тайного сыска Его Величества сидели напротив неё, их тёмные сюртуки были безупречно выглажены, а в глазах холодный расчёт.

- Леди ван Гарден, расскажите нам ещё раз о вашем местонахождении в день смерти леди Блеквуд, - произнёс старший из них, лорд-дознаватель Хоуксмур, поглаживая свои тонкие усы.

- Как я уже говорила вчера, и позавчера, я была здесь, в поместье. Планировала вместе с ней устройство приёма для Благотворительного общества Южных провинций, - голос Оливии звучал устало, но твёрдо. Она решила, что было бы странно говорить о том, что просто дала приют любовнице мужа- всё равно никто не поверит в это. А вот сказать, что Верену часто видели в обществе Дейра потому, что его жена с ней дружила, было хорошим ходом. В обществе ведь не знают, что они и не были знакомы до того самого бала.

-И вы не покидали поместье ни на минуту? - второй дознаватель, молодой человек с неприятным пронзительным взглядом, наклонился вперёд.

- Нет, не покидала. Лоретта, моя горничная, может подтвердить. Как и два десятка слуг. Мы с моей подругой планировали приём.

Лорд Хоуксмур сложил кончики пальцев домиком.

- Интересно, что леди Эшбери упомянула в своих показаниях, что видела вашу открытую неприязнь к Верене, на одном из балов.

Оливия почувствовала, как к горлу подступает тошнота.

- Это невозможно. Леди Эшбери, должно быть, ошиблась.

- Возможно, - холодно улыбнулся Хоуксмур. - Или возможно, вы знали о связи вашего мужа с леди Блеквуд.

Удар был нанесён точно и беспощадно. Оливия сжала подлокотники кресла.

- Все знали, - прямо ответила она.- Мой муж не особенно заботился о секретности.

-Прекрасный мотив для убийства, не находите?

- Если бы я убивала каждую женщину, с которой спал мой муж, лорд Хоуксмур, в высшем обществе не осталось бы дам моложе пятидесяти.

Допрос продолжался ещё час. После дознаватели опросили всю прислугу поодиночке. Оливия вернулась в свои покои с ощущением, будто каждый её нерв натянут до предела.

- Миледи, позвольте приготовить вам чай с мятой, - Лоретта зашла в комнату неслышно, как всегда.

Оливия слабо улыбнулась. Лоретта была с ней с шестнадцати лет, видела её и в счастье, и в горе.

- Спасибо, дорогая. Что они тебе говорили?

- Пытались запугать, миледи. Но я сказала правду - вы бы не смогли причинить никому вреда. Даже чужими руками.- намекнула на версию сыска о том, что леди ван Гарден поручила слугам расправиться с Вереной.

-Спасибо. - кивнула ей Оливия.- Но вот леди Эшбери, по уверениям сыска, говорит о том, что я, несомненно, причастна к убийству Верены.

Служанка принесла чай и присела на краешек кресла рядом с Оливией - вольность, допустимая лишь в моменты глубочайшей интимности между хозяйкой и служанкой.

- Миледи, это всё сплетни, - мягко произнесла Лоретта.- Леди Эшбери всегда была змеёй, готовой ужалить любого. Она завидует вам с тех пор, как генерал предпочёл вас её дочери.

- Боюсь, дело не только в этом, -Оливия отпила глоток чая. -Сегодня утром я получила три записки от "добрых подруг". Все они спешат сообщить мне, что Верена хвасталась - генерал собирается оставить меня. И не дать развод, а сослать или ...- она побоялась озвучить мысли вслух даже самой себе.

- Чепуха! - возмутилась Лоретта. - Генерал никогда…

Оливия покачала головой:- Генерал делает то, что будет выгодно ему или нго карьере.

Они замолчали, когда внизу раздался грохот открываемой входной двери. Через мгновение дом наполнился тяжёлыми шагами и громким голосом. Дейр!

- Генерал вернулся, о прошептала Лоретта, мгновенно поднимаясь на ноги.

- Иди, - Оливия сжала её руку. - И спасибо тебе.

Оставшись одна, Оливия подошла к зеркалу. В отражении на неё смотрела бледная женщина с тёмными кругами под глазами. Она даже не успела переплести волосы, когда дверь спальни с грохотом распахнулась.

Генерал Дейр стоял на пороге, его военная форма была покрыта дорожной пылью, а в глазах полыхала ярость. За его плечами маячили тени, которых Оливия раньше никогда не видела.

- Что ты натворила? - прорычал он, пересекая комнату в три широких шага.

Его руки больно сжали её плечи, встряхивая так, что голова Оливии запрокинулась.

- Я не понима…

- Не смей лгать! - генерал почти кричал. - Верена мертва! Она погибла в нашем доме! Что ты с ней сделала?!

- Ничего! - Оливия пыталась вырваться из его хватки. - Пусти меня!

- Именно сейчас, когда на границе всё горит! Мрак наступает, а ты… ты решила свести счёты! Дрянь!

Он тряс её, а Оливия с ужасом наблюдала, как вокруг генерала сгущается тьма. Из теней за его спиной начали проступать очертания огромных пауков, медленно плетущих паутину вокруг него.

Оливия замерла. Те же призрачные видения, что она наблюдала вокруг Верены перед её смертью. Но там были не пауки - там были змеи, ползущие, извиваясь и высовывая раздвоенные языки.

И сейчас, словно откликаясь на её воспоминание, из глубины её существа поднялись те самые тени псов. Гончие вырвались из неё, бросившись на пауков генерала.

Дейр внезапно побледнел, его хватка ослабла, и он, пошатнувшись, опустился в ближайшее кресло.

- Что… что ты делаешь со мной? - хрипло спросил он, глядя на Оливию с новым выражением — смесью гнева и страха.

- Я ничего не делаю, - прошептала она, с ужасом наблюдая, как призрачные гончие рвут паутину.

- Лжёшь! - он внезапно снова оказался на ногах, но теперь его движения стали неуверенными. - Сначала Верена, теперь я! Что ты творишь, отвечай!?

Он схватил её за горло, прижимая к стене. Оливия задыхалась, царапая его руки.

- Я… не… понимаю…

В этот момент тени гончих атаковали самого генерала. Он вскрикнул от невидимой боли и оттолкнул Оливию с такой силой, что она отлетела к кровати.