— Ты такая… искренняя. Такая… моя… — со сбившимся дыханием отреагировал на эти слова Тайпан.

— Твоя… — провела пальчиком по груди мужчины Вера.

— Но чешуя — это не из-за меня. Это из-за крови Анокэ и яда Тиэнгао. Просто невероятно, как сильно я облажался, не защитив тебя, — вздохнул Тайпан.

— Но ты ни причем. Это Карим меня сюда привел… А, вообще, знаешь, я ему благодарна. Ведь, если бы я ждала тебя все это время в том номере гостиницы, с ума сошла бы уже. Расскажи, что там с кровью и ядом. И где сейчас Леша…

Еще спустя час Вера и Тайпан задремали. Они заснули и умудрились проспать тот самый момент, когда девушка исчезла, а вместо нее пространство пещеры заполнило тело серебряной змеи.

— А… ш-ш-ша-а-аа… — раздался истеричный вопль под потолком. — Страш-шно! Выс-шс-соко! Вэй, помоги! — завопила рептилия.

— Ну что ж… Констатирую очевидное. Вера Абакайши — не жена Анокэ, — раздался задумчивый голос Карима у входа в пещеру.

— А кто же она? — стараясь не смотреть на то, как ее совершенно голый сын подскакивает на ноги и стремительно меняет ипостась, спросила Суньи.

— Ну-у… Скажем, младшая сестра…

— Пойдет! — кивнула шиная.

35. Решения

— Досточтимые шиданы и шиная! Мы собрались сегодня для того, чтобы решить несколько насущных вопросов. В последние дни произошло и выяснилось слишком много необычных обстоятельств, чтобы оставить их без внимания. Полагаю, нам предстоит принять ряд законов, а также определить судьбу нескольких родов, — произнес Анокэ Абакайши, и его голос гулким эхом разнесся по залу.

С момента перерождения его рабыни прошла неделя. Когда девушка вышла вместе с даном Циилин из пещеры на Озере, только ленивый не видел, что она стала другой. В ее изначально светлых с золотистым оттенком волосах появились серебряные пряди, глаза стали ярче, а рисунок ее ци-потоков, видный не всем, а лишь тем, кто знал, куда смотреть, повторял рисунок клана Абакайши.

Девушка вернулась в замок серебряных вместе с Тайпаном, не желая расставаться с ним ни на минуту. Абакайши не протестовал против дана, но надеялся, что как только позволят обстоятельства, тот заберет Веру к себе.

До Совета Вера с Ли Вэем и сыном пребывали в выделенных им комнатах. И в этот раз они располагались рядом с покоями самих хозяев, в отдалении от Северной башни, где был размещен гарем. Суньи и Карим стали частыми гостями новоявленной наи Абакайши, оставляя Веру и Тайпана в одиночестве только в ночное время. Шидан на это постоянно ворчал: мол, золотые активно выживают его из собственного дома.

Однако визиты шинаи и ее слуги были более чем оправданы — гости учили Веру быть настоящей шэяо: понимать своего сына, контролировать смену ипостаси и не визжать при каждом появлении раздвоенного языка и клыков в ее рту.

Анокэ все это время страдал. Он не мог поверить, что одна шальная капля крови сотворила ему родственницу. Это пугало и создавало прецедент — опасный и резонансный.

Впервые шидан решился спокойно поговорить с девушкой за сутки до Совета. Нужно было определиться с дальнейшими действиями. Разговор вышел натянутый, но скрепя зубами шидан все же признал в землянке настоящую демоницу, назвав ее своей сестрой. «Знала бы моя мать, что обретет дочь уже после своей смерти», — бурчал мужчина, готовясь к заседанию, которое обещало быть непростым: давно у аристократов Акунга-Нагаши не было такой насыщенной повестки.

— В первую очередь я хочу представить мою новую родственницу, недавно вошедшую в клан серебряных. Прошу отнестись с уважением! Ная Абакайши! — пророкотал шидан, и в зал вошла Вера. — Рисунок ее потоков близок мне и моим родителям, из чего было принято решение обозначить ее статус как сестринский.

— Шидан! Вы объясните нам, как так получилось? — спросил один из шэяо. Его вопрос подхватили остальные, и в зале начался ожидаемый галдеж.

— Я предлагаю для начала поздравить нашу новую демоницу. Нам еще предстоит выстроить с ней отношения, но и сейчас я могу точно сказать, что теперь ная Вера находится под защитой моего дома, — провозгласил мужчина, а потом, сбавив пафос в голосе, добавил:

— Я объясню, почему произошло перерождение. Чуть позже. Но уже сейчас хочу познакомить вас с содержанием трех новых законов, которые я выношу на голосование. Первый — о запрете на ввоз новых землянок в наш мир. Второй — о необходимости отпустить всех имеющихся земных рабынь. По желанию: либо домой на Землю, либо отселить в их личные дома в Акунга-Нагаши. И третий — о запрете допуска к себе человеческих женщин во время ранения. Если на вас кровь, ни одной землянки рядом быть не должно.

— Это что за законы? С чего вдруг? — выкрикнул один из шиданов. Известный своим обширным гаремом.

— А такие вот! Не хотите, чтобы у вас завтра сестер прибавилось, держитесь от рабынь подальше. Поверьте, это в ваших же интересах, — увещевал членов совета Анокэ.

— Что-то я не помню, чтобы с землянками были проблемы, — настойчиво возразил нервный шэяо.

— Да, я тоже. Не помнил. А вот теперь запомню надолго, — скривился Абакайши. — И не только я… Позвольте представить, — мужчина вновь заговорил голосом профессионального оратора. — Наследник клана Тиэнгао. Малолетний дан Алексей!

После этих слов в зал вошла служанка с большой корзиной в руках. Она поклонилась и отдала свою ношу Вере, которая все это время сидела в кресле в удалении от стола переговоров. Достав Лешу из корзинки, девушка взяла его на руки и приблизилась к собравшимся, чтобы показать ребенка всем присутствующим. Вчера малыш наконец-то вернул себе человеческий образ и сейчас сидел на руках у матери, прижимаясь к ее груди и посасывая собственный кулачок.

— Это ваш сын, ная? — обратился к Вере один из шиданов.

— Да, мой, — кивнула она.

— А отец?

— Алдучин, — тихо ответила Вера.

— Но ребенок уже… Вы родили его еще будучи человеком? — пораженно спросил шэяо. Судя по седым волосам, этот демон видел всякое, так как немало лет прожил на этом свете.

— Да, — спокойно подтвердила девушка.

— То есть… Обычная женщина… О, демоны! Завтра же выселяем всех рабынь! — закричал старик, и ему вторил хор голосов. — Мракобесье какое-то! Истинные шэяо появляются как грибы после дождя! Перерождаются один за другим! Это ж скоро мой зонтик может обрести ци-потоки и вторую ипостась! — не унимался седовласый. В зале раздались смешки, аристократы загудели еще громче. Каждый хотел выразить свое крайнее удивление и описать свой вариант развития событий. Когда дошло до того, что к Озеру обновления решили отнести кракоса, чтобы посмотреть, во что он переродится, Абакайши не выдержал.

— Досточтимые! Я прощу вас! Сохраняйте спокойствие! — рявкнув, призвал всех к порядку Анокэ. — Я понимаю, что ситуация необычная. Но именно поэтому не стоит особо переживать. Слишком много случайностей выстроились в одну цепочку в данной истории. Вряд ли такое может происходить каждый день. И все же, мы станем аккуратнее и исключим возможность повтора подобных неприятностей. Кто голосует за принятие законов?

Руки подняли все. Так единодушно голосование еще не проходило ни разу.

— Прекрасно, — облегченно вздохнул Анокэ.

— А у меня вопрос! — выкрикнул шидан с дальнего конца стола. — Ная Вера станет женой Алдучина? Я слышал, он арестован.

— Нае вообще пока не стоит становиться чьей-то женой. Она только переродилась. Такая быстрая повторная смена сути может ее убить! — резко ответила Суньи. Все это время она молчала, но тут не могла не вставить слово. — Но с течением времени она станет супругой дана Тайпана. А пока сын и ная поживут без вступления в брак. Хотя бы лет десять, — закончила демоница.

— Погодите! Я запутался! — воскликнул демон, задавший вопрос.

— Не ты один, шидан, — хохотнул его сосед. — Золотой дан и серебряная ная будут растить наследника антрацитовых. Это вообще как?

— Алдучин хотел убить своего сына! — прошипела Суньи, показав клыки. Абакайши собирался ее успокоить, но тут в Зал ворвался Галсан Тиэнгао.