— Я слушаю! — рявкнула женщина, а Карим отлип от стены и подошел к шинае, в то время как Ли Вэй так и остался стоять в стороне, раздираемый противоречивыми эмоциями.

С первой секунды попадания в этот мир у Тайпана появилось ощущение, что он как Алиса провалился в кроличью нору. Все встало с ног на голову, и случилось самое страшное: он потерял контроль над ситуацией, став пешкой в чужой игре. Это жгло самолюбие, и Ли Вэй пока не мог сообразить, как все исправить. Власть, деньги и статус, которыми он обладал на Земле, тут гроша ломаного не стоили. В Акунга-Нагаши ему вручили ненужный титул, заперли в материнском замке и лишили понимания ситуации. Он даже не мог сожрать чью-либо ци ради развлечения или выплеска эмоций — энергия шэяо была непригодна для подобных манипуляций. Став посредственностью, Тайпан теперь сходил с ума, не желая мириться с этой дискомфортной реальностью. В какой-то момент он даже почувствовал малодушное желание вернуться на Землю к прошлой жизни и забыть о Вере и ее отпрыске. Эта мысль больно уколола, сделав тем самым только хуже. Вслед за ней полетели флэшбеки того, как он когда-то целиком растворился в женщине, разбившей в итоге ему сердце. Болезненные воспоминания тут же полыхнули паникой: неужели опять? Неужели он собирается забыть о себе и растратить остатки душевного спокойствия на… кого? Кто для него Златовласка?

Ответа на этот вопрос он не нашел. А вот другой ответ пришел моментально: нет, он не побежит. Он сделает все от него зависящее, чтобы вытащить из передряги Веру и ее сына.

— Я объясню… — начал слуга. — Вера хотела сюда попасть, и я ей позволил, — сказал он, вызвав в слушателях лишь еще больше раздражения и злости.

— Где она? — не выдержал Тайпан, сделав угрожающий шаг к старому шэяо.

— Не надо! — остановила сына Суньи, и Карим благодарно взглянул на свою хозяйку. Сегодня он успел устать от схваток с семейством золотых демонов. Не в его возрасте было выдерживать столько раундов.

— Я решил, что это будет повод задержать вас в Акунга-Нагаши, дан. Это был мой план. А девушку купил Анокэ Абакайши…

— Кто⁈ — охнула Суньи.

— Купил⁈ — в унисон с ней прозвенел металлом голос Тайпана.

— Она теперь рабыня главы Совета! Я не знал, что ее купит сильнейший, — прошелестел Карим с некоторой досадой. Как ни старался, старик не мог предвидеть всего и сейчас не был до конца доволен тем, как идут дела.

— Да вы тут рехнулись все? Я пришел, чтобы помочь вернуть Вере ребенка, а в итоге… — зарычал Тайпан.

— Но вам и сейчас никто не мешает это делать, — возразил слуга.

— Вера — рабыня! Это какой-то бред! — закричал Ли Вэй. Как бы ему хотелось сейчас позвонить своим ребятам, чтобы они привязали Карима, главу Совета и еще пару-тройку шэяо к стульям и допросили с пристрастием, а потом наказали. Но он был не на Земле.

— Так! — подвела итог этой весьма эмоциональной беседе шиная. — Карим! Давай, по существу.

— Я решил, что как только ваш сын найдет змееныша, он покинет наш мир, а это может оказаться слишком скоро. Нам нужно время. Дана нужно подготовить к тому, чтобы закончить обретение ци-змея и представить как наследника перед Советом, — пояснил Карим, совершенно не выглядя при этом виноватым.

— Я не собираюсь тут оставаться, — процедил Ли Вэй.

— Ну пока что вы вряд ли захотите нас покинуть… Я же прав? И пока собирете своих женщин и детей вместе, заодно поможете матери укрепить позиции, — усмехнулся старый интриган.

— То есть ради своих непонятных целей ты отправил Веру в рабство? — злобно блеснул глазами Тайпан. — Как мне ее вытащить? — обернулся он к матери, игнорируя недовольство Карима.

Шиная вздохнула.

— Ее купил самый влиятельный демон нашего мира. А это… Отобрать не получится. Она — его собственность. Законная, — отвела взгляд шиная.

— А купить? — Тайпан нервно прошелся по комнате, а потом остановился и взглянул на Суньи исподлобья.

— Только если он сам вернет Веру на аукцион. А такого не было ни разу. У нашего Анокэ гарем, шидан любит землянок… — покачала головой женщина.

— Что вы хотите мне тут сказать? Что Веру никак не забрать? Если дать много, то можно обойти аукцион! Я могу перевести все свои активы в золото… Мне нужно пару дней, верните меня на Землю. Золото тут у вас же ценится? — раздраженно спросил китаец.

— Абакайши богат, очень стар и не любит скуку, — почти извиняющимся тоном произнесла Суньи. — Ему не нужно твое золото. Более того, если он узнает, что ты заинтересован в этой женщине, он намеренно будет делать все, чтобы не дать тебе желаемое. Вера может пострадать.

— Но есть же способ ее забрать? Не может не быть! — нахмурился Ли Вэй.

— Забрать то, что не хотят отдавать добровольно, в Акунга-Нагаши можно только одним способом, — встала со своего места шиная.

— Каким? — поднял вопросительно бровь Тайпан, предчувствуя, что ответ ему не понравится.

— Бросив вызов, — нервно дернула плечами Суньи.

— И?.. — не понял, в чем суть проблемы Ли Вэй.

— Это может сделать только равный, — вклинился в диалог матери с сыном Карим. — Равный может вызвать равного на поединок. И кто-то должен будет умереть.

25. Озеро обновления

Ли Вэй

— Подумай о том, что ты не человек! Что ты змея! Это же просто! Сосредоточься, Вэй! — Суньи сидела возле стены большого круглого зала с арочным потолком на единственном предмете мебели — стуле. Звук её голоса эхом разлетался по помещению — женщина нервничала и явно переживала, однако старалась держать лицо. Выпрямив спину и закинув ногу на ногу, в своем пышном платье бирюзового цвета в антураже серых каменных стен зала она смотрелась как опальная королева перед высочайшим судом. Ее длинные блестящие волосы сегодня были собраны в косы и уложены короной, а лицо задумчиво и хмуро.

Это помещение было выбрано не зря. В нем было нечего разбивать и нечем себя покалечить в случае спонтанного переворота. Шиная учила своего сына-полукровку выпускать ци-змея. И вот уже который час он никак не мог понять, что от него хотят. Вместо рептилии мужчина в сотый раз демонстрировал ей и непробиваемому Кариму лишь боевую форму, характерную для рядовых полукровок. Ну разве чуть страшнее.

Сам Тайпан стоял в центре. С впалыми щеками, покрытыми золотом, длинными когтями на пальцах, шевелящимися в желании воткнуться в чью-либо плоть, в шелковых штанах и длинной рубахе коричневого цвета, которые ему выдали для тренировок, он выглядел весьма экзотично и опасно. Вдобавок, мужчина был в бешенстве — в Акунга-Нагаши подобные эмоции стабильно следовали за ним по пятам.

— С чего вы вообще решили, что ци-змей мне доступен? Я ни разу не превращался полностью! — рычал он, а Суньи вместо ответа перевела взгляд на Карима.

— Я не знаю, сынок. Но вот этот интриган — знает. У Карима особый дар. Он с детства видит чуть больше, чем другие. Именно поэтому так переживает за меня. И именно поэтому я могу ему доверять.

Старик склонил голову в знак благодарности за поддержку, а потом подошел к Ли Вэю.

— Дан, скажите. Вы не замечали что-то странное последнее время?

Тайпан замер на секунду, глубоко вздохнул, полностью вернул себе человеческий облик, а потом посмотрел на мать и процедил ядовито:

— Уберите его от меня! Он издевается? Что-то странное⁈ Ну вот даже не знаю, как ответить на этот вопрос… С чего бы начать?..

— Нет, я не о том, что вокруг вас. Я о том, что внутри… Какие-то изменения… — бесстрастно уточнил слуга, а реакция Ли Вэя в этот раз была другой: он не стал взрываться, а вместо этого бросил быстрый, но вполне осмысленный взгляд на Карима и медленно кивнул.

— Есть, да. Но не уверен… — поколебавшись, мужчина стянул рубашку и показал участки чешуи на своем торсе. — Это не уходит. Появилось не так давно.

Карим подошел ближе, шиная тоже поднялась со своего места. Они приблизились к Тайпану вплотную и начали изучать золотые участки кожи словно карту сокровищ — с таким же энтузиазмом и возбуждением.