— Продолжай, Вера! Что случилось с ребенком? — догадался, что речь пойдет именно об Алешеньке, Тайпан.

— Как-то раз… Я кормила его, сидя на диване. И вдруг ощутила ужасную боль. А в следующую секунду, увидела, что на соске выступила кровь. Она хлестала вместе с молоком на личико малыша. Я охнула, не понимая, как так получилось, а Леша вдруг улыбнулся, и показал зубы… Два тонких клыка во рту. Испугавшись, я закричала. На мой вопль прибежала Нина, став свидетелем того, как малыш подскочил, вывернулся из моих рук и упал на пол. Теперь уже кричала моя помощница. К Леше мы бросились с ней одновременно. Только ни одна из нас на руки его не взяла. Потому как сын вдруг начал неестественно корчиться и покрываться черной чешуей, — я сделала паузу, так как не могла продолжать: голос срывался, из глаз полились слезы, и я уткнулась лицом в ладони.

— Клыки, чешуя… Раздвоенный язык? Он шипел? — рявкнул Тайпан, и это мгновенно привело меня в чувство.

— Откуда ты… Да, он зашипел. Это было ужасно! Нина с душераздирающим воплем залезла на стол, и я ее понимаю. Такое увидеть! На полу вместо моего Леши вдруг появилось что-то, похожее на змею. Большую… Моя помощница в ужасе схватила со стола утюг и кинула его в это существо. Я же не могла позволить ей убить моего ребенка, даже такого, и бросилась наперерез. Утюг попал по моей голове. Больше ничего не помню, так как потеряла сознание. Когда очнулась, я лежала на полу, а рядом плакал сын — совершенно обычный: смугленький и гладенький, мой малыш. Его отец — монгол и Леша очень похож на него, — зачем-то пояснила я в конце.

— Та-ма-да! — процедил Тайпан, на секунду озадачив. После я сообразила, что это было что-то на китайском. Уверена, что он чертыхнулся, а не подумал про ведущего на свадьбе. — Шэяо… Не может быть. О нем говорила мать! Но это все совершенно меняет дело! Если его отец… — Мужчина пребывал в растерянности. И это было очень непривычно: такого выражения на лице Тайпана я еще не наблюдала. — Дальше! — приказал он таким тоном, что я почувствовала желание бежать прочь, но место этого послушалась и продолжила рассказ.

— После этого превращение случалось с Лешей еще несколько раз. Я даже привыкла и больше не боялась. К врачу или еще куда-то с этим не шла. Понимала, что все это вне понимания нашей науки. Вместо этого пыталась найти Максима. Он…

— Да, он! Именно его тебе и стоило найти! Этот шэяо — идиот! Какая безответственность! — рявкнул Тайпан, а мужчина за соседним столиком обернулся в недоумении. Впрочем, встретившись со взглядом китайца, тут же отвернулся. Испугался. Понимаю его!

— У меня не получилось! Я только тогда поняла, что слишком мало знаю об отце Алёшеньки. Что оставалось делать? Я просто продолжила жить. Заметив, что чаще всего превращение происходит в дневное время и длится не больше пяти минут, взяла новую няню на вечерне-ночной период. Днем как-то пыталась сама, правда, иногда рисковала и оставляла ребенка на помощницу — репетиции и выступления диктовали свои условия. Но сыночек как будто понял, что другим тетям себя лучше не показывать. Только с Мелиссой произошел конфуз. В Нью-Йорке я специально устроилась работать ночью, чтобы моя няня не сошла с ума, увидев такое. Но один раз Леша смог ее напугать… Не помню, что я ей наплела, но почему-то девочка от меня не сбежала.

— Так, с этим понятно. А Кремень? Это сын его так уработал? — кинул догадку Тайпан, а я, уже не удивляясь его прозорливости, кивнула.

— Леше было три месяца, когда я вернулась в труппу. Крутилась как могла. Кремнев начал меня преследовать, увидев на концерте. Дарил цветы, драгоценности, звал в ресторан, предлагал стать его любовницей. Я отказывала и надеялась, что в конце концов он от меня отстанет. Но этого не случилось. Более того, однажды вечером он пришел ко мне домой. Был поздний вечер. Я открыла дверь, по дурости не посмотрев в глазок, так как должна была прийти няня. Леша спал в своей кроватке за ширмой, которую я поставила на всякий случай… — я прервала рассказ, пытаясь отдышаться. Волнение мешало, но нетерпеливый жест Тайпана, призывающий продолжить, заставил вновь открыть рот. — Кремнев был нетрезв и очень настойчив. Он пытался взять меня силой. Помню, что отскочила и схватила нож, но он только смеялся, игрался со мной. А потом я услышала шипение. В кроватке. Леша проснулся и, наверное, превратился, но я этого не видела. Зато ощутила, как тело заполняет холод, и кожа начала покалывать. Спустя мгновение Виктор вдруг упал и завыл. Я видела, что у него все лицо в крови. Он корчился, а потом потерял сознание. Я даже подумала, что умер. Сообразив, что за Кремня меня разорвут на куски, я сгребла Лешу, схватила документы и убежала. Я видела, что внизу стоял джип с его людьми, но они не ожидали, что мамаша с ребенком — это я, а потому спокойно пропустили, не обратив внимание.

— Как ты попала в Америку? — уже более спокойно и миролюбиво поинтересовался Тайпан.

— Старые связи. Помогли сделать это нелегально. Было непросто. А потом появился ты, и я понадеялась, что твои деньги помогут мне легализоваться. Все.

— Я понял, — кивнул азиат, поднимаясь с места. Увидев это, к нам подбежал официант, и Тайпан оплатил наш поздний ужин. — Тебе стоило рассказать мне это с самого начала, тогда я бы начал думать в другом направлении, — протянул мужчина. — Пойдем! — зашагал он прочь.

Я понеслась, пытаясь не отставать от своего стремительно покидающего ресторан спутника.

— И ты не считаешь меня сумасшедшей? Веришь мне? — пытала я мужчину, усаживаясь в машину и наблюдая, как Тайпан сосредоточено пристегивается на водительском сидении. Аккуратист и педант.

— Ты видела, что я сделал с Кремнем? — выруливая со стоянки, спросил мужчина. — Удивлена, ошарашена, испугана? Не особо, да? Потому что ты уже погружена в мир, в котором я с самого рождения. Мир демонов и полукровок. И пойми я раньше, что твой сын — шэяо, задействовал бы другие ресурсы. Не хакеров и боевиков.

— Какие силы? — с замиранием сердца выдохнула я, решив позже уточнить, кто такие эти шэяо. Мне почему-то было страшно узнать, кем на самом деле является мой сын.

— Мать! — рявкнул азиат, и я поняла, что сейчас лучше помолчать.

Как ни странно, но рассказав все и увидев реакцию Тайпана, я несколько воспряла духом. Возникло ощущение, что я встретила единственного в этом мире человека, способного мне помочь. И не только потому что он этого хотел, но потому, что он понимал, что происходит. Где бы я еще нашла специалиста по малюткам, превращающимся в змею?

Поддавшись порыву, я вновь потянулась к Тайпану, уже не удивляясь, что я как маньяк стремлюсь облапать его каждую секунду, и, дотронувшись до плеча мужчины, совершенно искренне произнесла:

— Ты замечательный. Ты… Почему ты мне помогаешь? — зачем-то спросила я. В очередной раз женская глупость и эмоции.

— Разве непонятно? Я хочу тебя, — обыденным тоном отозвался азиат, тут же опровергая этот тезис: он дернул плечом, стряхивая с него мою руку и вместе с ней назойливость.

— Не то, чтобы это было заметно… — обиженно протянула я.

— Я говорю о сексе, а не любовных сантиментах, — отрезал Тайпан.

— Столько проблем из-за секса… — прошептала я.

— Думаешь, стоит все бросить? Овчинка не стоит выделки? — вдруг усмехнулся мужчина. Он скосил голову в мою сторону, и я увидела в его глазах смешинки. Эта живая реакция ввела меня в ступор, и я даже не сразу смогла ответить. Однако, испугавшись, что сейчас умудрюсь уговорить Тайпана меня бросить и умотать от греха подальше в Пекин, я затараторила:

— Я очень тебе благодарна! И секс — это же хорошо, это нормально. То есть… я хочу сказать, что мне не сложно. Точнее, приятно, — я замолчала, разозлившись на то, что вообще завела эту тему.

— Я понял-понял. И поверь, я по полной воспользуюсь твоей благодарностью, — усмехнулся азиат. — И вот что. Тебе не следует бояться, что я брошу это дело. Сейчас мне стало по-настоящему интересно, сейчас дело уже не в сексе, не только в нем…