— Ты знаешь, где Леша? — задала я свой главный вопрос, уходя от щепетильной темы.
— Нет, — нахмурился Тайпан, — но раз он полукровка, а это так, то его можно найти. Я бы мог сам… Но я не взял браслет, — с досадой выдавил из себя мужчина.
Я кивнула и больше не задавала вопросы, чувствуя, что ему хочется подумать. Всю дорогу до отеля я сохраняла молчание и только иногда поглядывала на профиль Тайпана, отмечая изящество и даже некоторую аристократичность его черт. Приятный, притягательный, волнующий. Стоило признать, что он мне нравился явно больше, чем я ему.
В гостинице Тайпан колебался некоторое время, но в итоге пришел к решению, что мы идем к нему:
— Думаю, тебе стоит это увидеть. Нет причин ограждать тебя от правды. Тебе растить шэяо. Ты должна быть готова.
То, что сказал Тайпан, внушило мне уверенность, что все будет хорошо. Мне растить шэяо! Он найдет моего сына! Его слова стали бальзамом для моей израненной души.
В номере на удивление царили чистота и порядок. Несмотря на то, что была ночь, горничная навела порядок: убрала посуду и заправила оставленную нами в беспорядке кровать. Комната вновь была в первозданном виде. Вот это сервис!
Тайпана такие мелочи не волновали. Он огляделся, а потом встал в центре помещения и закрыл глаза. Ничего не говорил и не двигался. Так он простоял минут пять.
— Суньи! Ну же! Где ты? Мать! — в сердцах воскликнул мужчина, еще раз оглядев номер.
Сначала я топталась в стороне, а потом присела на краешек небольшого диванчика в углу, понимая, что мужчина проводит какой-то ритуал, и ему лучше не мешать. Мысль о его сумасшествии я отмела: на этом этапе истории почти все события выходили за рамки обычной действительности, так что стоило просто довериться Тайпану и ждать. Я понимала, что он надеется на визит кого-то. Предположительно, матери. Я ждала чудес, но пока ничего такого не происходило.
Еще через пять минут азиат отмер и подошел к окну, с бешенством тараторя что-то на китайском. Похоже, его план провалился, о чем он и сообщил, когда немного остыл.
— Моя мать — демоница. Как и отец твоего Леши. Я позвал ее, но она не пришла. Похоже, что-то произошло. Или она по-настоящему во мне разочаровалась, — злобно произнес Тайпан. — Нашла время! Черт! Нам нужен браслет. Он остался в Пекине, и мы летим туда, — решительно повернулся ко мне мужчина.
— Нет! Я не могу, — возразила я. — А если твои люди найдут похитителя? А нас нет! Я не могу, как же… — запричитала я. Мое доверие к Тайпану резко дало трещину. Мне начало казаться, что это все уловка. Что он заберет меня в Пекин, как и хотел с самого начала. Что он получит свое и ему не будет смысла искать Алешеньку. Паника выпустила мерзкие щупальца, вцепившиеся мне в глотку.
— Собирай вещи! — не слушая мои доводы, рыкнул Тайпан и схватил свой чемодан. Азиат был в бешенстве — то ли от неудавшегося вызова матери, то ли от моих стенаний. Дернув ручку своего брендового кейса, мужчина не заметил, что тот не застегнут, а потому все его содержимое высыпалось на пол. — Та-ма-да! — выскочило у него уже знакомое мне непонятное слово. Я поежилась, боясь ярости, которую он вложил в эту короткую фразу. Однако уже через секунду его настроение поменялось. Увидев что-то на полу, Тайпан упал на колени и, раскидав в сторону свои рубашки и носки, взял в руку какой-то предмет.
— Ван Чанфэн, упрямый ты черт! Спасибо! — воскликнул он и показал мне браслет. Судя по воодушевлению на его лице, это была хорошая находка, поэтому я позволила себе судорожно кивнуть и обрадоваться. Тайпан тем временем добавил:
— Сейчас мы найдем твоего змееныша. Золотая точка! Так сказала Суньи!
16. Акунга-Нагаши
Мужчина в темных штанах-карго и куртке с капюшоном шел по длинному коридору, освещенному лишь светом развешанных по стенам факелов. Звук его уверенных шагов гулким эхом отражался от каменных сводов. И это несмотря на то, что на ногах у мужчины были топовые кроссовки от известного на Земле бренда. Особая акустика в туннелях, ведущих из земного мира в замок клана Тиэнгао, не позволяла скрывать свое присутствие ни приглашенным гостям, ни крадущимся со злым умыслом врагам.
Немногочисленные слуги и рабы, которые в этих коридорах бывали лишь затем, чтобы проверять освещение, завидя самого Алдучина, стремительно прятались в ниши и закоулки. Никто не хотел попасться под горячую руку наследника рода Тиэнгао — а его настроение чувствовалось очень хорошо: в воздухе разливалась густая ци, наполненная мрачной демонической решимостью.
В руках Алдучин нес небольшой ларь, держа его перед собой словно ценную награду. Дойдя до конца коридора, мужчина остановился перед ожидаемой преградой: перед ним была кованая дверь, чеканка которой изображала огромную, раскрытую во всю ширь, змеиную пасть. Недругам это должно было навевать страх и предупреждать, чтобы они сто раз подумали, прежде чем соваться к демонам этого клана. Однако, обитателям замка изображение несло исключительно приветственное послание. «Добро пожаловать в родное змеиное гнездо!» — пронеслась в голове у Алдучина насмешливая мысль.
— Дан Тиэнгао! Вы вернулись! Мы рады вам! — поклонился стоявший возле двери старик в расшитом серебром зеленом халате. «Еще бы вы не радовались! Впрочем, тебе, тысячелетней мелкой гадюке, лишь бы услужить!» — подумал Алдучин, но вслух произнес другое.
— Открывай, Исхад! — рявкнул гость, однако седовласый привратник хоть и почтительно, но твердо попросил, возражая:
— Позвольте мне проверить вашего ци-змея, дан. Вы же знаете, я обязан…
Не успев договорить, старик осекся: наследник раздраженно остановил его одним движением руки. Он не хотел слушать то, что ему говорили уже миллион раз, да и понимал, что спорить бесполезно, так как традиции — есть традиции.
Алдучин поставил ларь в одну из ниш на каменной стене. Выпрямившись и закрыв глаза, он рыкнул: «Осторожнее, я зол!» Исхад без страха, но с опаской отошел на пару шагов, прижавшись к стене, в то время как фигура Тиэнгао-младшего поплыла и стала полупрозрачной, а через несколько секунд вместо высокого темноволосого азиата коридор заполнило туловище огромного черного змея, раскрывшего пасть и демонстрирующего капающий с клыков густой яд. Цитар — фамильная гордость клана антрацитовых демонов: одна капля способна убить живое существо в любом из двух миров быстрее, чем за один удар сердца.
Старик привык к горячности и позерству наследника, а потому никак не отреагировал на морду змеи возле своего носа — Алдучина всегда бесила необходимость хоть в чем-то подчиняться, а потому он не мог упустить шанс попытаться напугать старого жреца. Эту игру они вели вдвоем уже давно. И каждый раз наследник проигрывал всухую. Вот и сейчас ничего не изменилось: ни один мускул не дрогнул на лице седовласого. Удостоверившись, что Алдучин все еще в полной силе, тот открыл дверь и согнулся в поклоне, ожидая, когда молодой демон соизволит вернуться в человеческую ипостась и проследует в основную часть родового замка.
— Ш-ш-ш… — выразил свое негодование гость.
— Благодарю вас, дан Тиэнгао. Вы можете проходить! — в ответ произнес старик.
— Сразу бы так, Исхад, — фыркнул Алдучин, вновь обретя иномирный по одежде, но вполне привычный в демоническом мире вид. Демон схватил свой ларь и прошел сквозь дверной проем. Помещение, где он оказался, было относительно небольшим, однако смотрелось внушительно за счет множества фресок с изображением змей всех форм, расцветок и размеров, а также оружия, развешанного на стенах. Для удобства возвращающихся домой шэяо была тут и мебель: по периметру зала стояли низкие диванчики, изумрудная расцветка которых слегка разбавляла общую графитовую мрачность.
Водрузив свою ношу на один из таких диванов, дан привычно начал сдирать с себя иноземную одежду, включая брендовый боксеры с надписью «Calvin Klein». В итоге он остался в обнаженном великолепии своего тренированного тела, по коже которого проносились всполохи черной змеиной чешуи. Волосы демона, до этого собранные в лаконичный хвост, сейчас рассыпались на множество длинных косичек, которые тонкими змейками сбегали почти до талии.
