Решение перебраться в Бостон и стать «домашней мамой» для детей моих подруг стало лучшим в моей жизни. Жизнь в доме, полном поддержки и любви, мгновенно исцелила мою душу, и вместе мы создали ту атмосферу, в которой дети просто расцветали. Но с тех пор как я взяла на себя эту роль, мне лишь однажды удалось вырваться из хаоса, создаваемого людьми ростом ниже полутора метров.

Сегодня я не была Мамой или тетей Дил. Сегодня я была просто Дилан. Одной близости Кортни хватало, чтобы я почувствовала себя живой, а его внимание уже заставляло меня вибрировать от энергии, которой мне так не хватало в последнее время.

— Будешь пиво? — Его низкий голос эхом отразился от высокого потолка, когда он направился на кухню.

Я прицелилась для следующего удара и щелкнула по битку. Тот врезался в сплошной желтый шар, который тут же нырнул в дальнюю левую лузу. — А что есть?

— Кажется, я слишком легко отделался с тем вопросом, — вернулся он, держа в руках две коричневые бутылки. — Какое предпочтешь?

— О-о, «Cherried Out» — это просто совершенство во флаконе. Обожаю бренд «All Out». — Хотя «Knocked Out», крепкий индийский эль, который он тоже принес, был неплох, все вишневое всегда было моим фаворитом. — Но это не считается за мой вопрос к тебе.

Он выгнул бровь, открывая обе бутылки барным ключом.

— Ты сама выбрала правила. Забила шар — задала вопрос. Мы это только что проделали.

Я покачала головой и фыркнула.

Он обогнул стойку и остановился в считаных сантиметрах от меня. Так близко, что я чувствовала жар его тела сквозь тонкую ткань комбинезона. Его рука коснулась моей, когда он передавал мне пиво, и по моей руке пробежала волна мурашек.

Наклонившись еще ближе, он заправил выбившийся локон мне за ухо. Его мозолистая ладонь едва коснулась моего плеча. Его полные губы в этот миг были так близко, что от мысли о его поцелуе у меня все внутри напряглось. Но он лишь слегка повернул голову и глубоко вдохнул носом. Будто ему нужно было вобрать часть меня в себя, пусть даже это был всего лишь запах моих волос.

— Тебе стоит четче формулировать правила. — Его теплое дыхание коснулось моего уха. И как раз в тот момент, когда я была уверена, что он прижмется губами к моей шее, он отступил, унося с собой мягкий аромат кедрового одеколона.

Черт, как же я его хотела. Хотела почувствовать его твердое тело, прижатое к моему. Его горячую кожу на своей. Чтобы эти сильные руки направляли и подчиняли меня.

Ярко-синие радужки его глаз вспыхнули, когда он поймал мой взгляд. Невысказанное «да, я тоже» повисло между нами, ощущаясь отчетливее, чем его кедровый парфюм. Тот неловкий парень, что подошел ко мне на улице, испарился — на его месте стоял уверенный мужчина, буквально излучающий сексуальную энергию. Мужчина, который знал толк в предварительных ласках и играх. Я освоила это искусство годы назад, так что, если он хотел поиграть — вызов принят.

Я поднесла бутылку к губам и сделала глоток, позволяя терпкому вишневому вкусу захватить мои рецепторы, а затем провела языком по нижней губе, слизывая единственную сбежавшую каплю пива.

Кортни на мгновение впился взглядом в мой рот, прежде чем откашляться и сосредоточиться на сукне.

— Третий удар потянешь?

— Я могу всю ночь напролет, — я слегка качнула бедрами.

Он провел рукой по своему великолепному лицу и глухо застонал. Впрочем, он быстро взял себя в руки, расправил плечи и принял невозмутимый вид. Наклонившись над столом, он принялся изучать положение шаров. Его «Knocked Out» стояло на самом краю, и его пальцы скользили по стеклу бутылки.

От этого зрелища у меня по спине пробежал холодок. Если бы только эти пальцы так же скользили по моей груди, вниз к животу...

— По второму шару не ударишь.

Его слова вернули меня в реальность. Путь ко второму был перекрыт, но если я пущу биток от дальнего борта, то зацеплю его без проблем. В лузу не положу, но коснусь. Преимущество в два шара давало мне фору. Даже если Кортни считался одним из самых умных игроков в бейсболе, вряд ли он сможет зачистить стол за один заход. Так что я сделала «проходной» удар и уступила место за столом этому умнику.

— В бейсболе мне нравится то, — заговорил он, обходя стол и прицеливаясь, — что победа не дается одним броском. Ты готовишь почву для выигрыша на протяжении всей игры. — Он наклонился, согнувшись более чем на девяносто градусов, чтобы выстроить траекторию. Резкий щелчок — и кий впечатал синий шар прямо в боковую лузу. — В долгой игре значение имеет только то, что следует за первым шагом. — Он развернулся, опираясь рукой о сукно. Затем отправил красный шар в дальнюю лузу, заставив белый биток вернуться к нему на подкрутке. Еще одно движение — и фиолетовая четверка исчезла в кожаном кармане. — Уже три. — С этими словами он уставил на меня свои пронзительные синие глаза. — Ты и отец твоего сына. Что там между вами?

Все, что там было — это пулевое ранение, которое я прикрыла пластырем. Не то чтобы я собиралась выкладывать этому парню подробности. Я давно уяснила: нельзя отдавать так много себя кому бы то ни было.

— Мы не вместе уже пятнадцать лет. Его отец из тех родителей, что объявляются трижды в год.

— Ублюдок, — выплюнул Кортни. — Это не родитель. Больше похоже на донора спермы.

Его оценка была чертовски точной, но годы назад я поняла: копить в себе негатив — все равно что ежедневно травить себя ядом. Поэтому я принимала жизнь такой, какая она есть.

Я пожала плечами.

— У нас с Бреттом все ровно. Его отношения с сыном — это именно то, чего он сам хочет, так что никто из нас не в претензии.

Кортни провел рукой по своей точеной челюсти.

— Будь я на твоем месте, я бы его пришиб.

Я рассмеялась.

— Звучишь точь-в-точь как Делия.

— Та блондинка? — уточнил он.

Сделав глоток пива, я кивнула.

— Дом, в котором мы все живем, на самом деле принадлежит ей. Она унаследовала его от двоюродной бабушки.

— Есть какая-то причина, по которой вы выбрали это... — Он осекся и откашлялся. — Выглядит так, будто там еще конь не валялся.

Это еще мягко сказано.

— По идее, ремонт должен идти полным ходом, но у нас вечно проблемы с подрядчиками — никто не хочет доводить дело до конца.

Нахмурившись, он развернулся ко мне всем корпусом.

— Да кого вы нанимали? Они что, серьезно увольнялись и бросали вас в этом бардаке?

Его праведное негодование в нашу защиту выглядело мило, но он просто понятия не имел, что за человек Делия. Этот дом был ее мечтой, и планы у нее были более чем конкретные. Что, к сожалению, делало ее в глазах рабочих излишне требовательной и невыносимой.

У нее высокие стандарты, это да, но ее запросы лишь иногда выходили за рамки разумного. Мы просто еще не встретили своего мастера.

— В основном им не нравятся призраки. — Я поставила пиво на стойку и вытерла ладонь от конденсата. — Но когда-нибудь вселенная пошлет нам нужного человека.

Я в этом не сомневалась, но помоги нам бог, если Делия и вселенная не сойдутся во мнениях, кто именно этот «нужный человек».

— Да брось, не может в вашем доме быть призраков. — С усмешкой он оперся на кий и снова приложился к бутылке.

Сверхъестественное — штука не для всех, но я ценила в людях широту взглядов.

— Звучишь как Беккет, — фыркнула я, смахивая непослушную прядь, коснувшуюся щеки. — В жизни возможно все.

В мгновение ока его насмешливое лицо превратилось в недовольную гримасу.

— Вы все живете с Беккетом? — Хотя наше общение сегодня началось неловко, с начала игры он был само спокойствие. Но сейчас в его голосе заскрежетал металл. Ему явно не нравилась либо сама идея нашего соседства с Беккетом, либо сам этот человек.

— Попробуй еще раз, — хмыкнула я. — Это Беккет живет с нами.

Его глаза сузились.

— В каком смысле?

— Лив, Делия, Шей и я съехались пять месяцев назад. Мы создали свою «мамскую коммуну» для взаимовыручки. Пообещали быть вместе и растить детей. Беккет... — Сказать, что мы приняли его с распростертыми объятиями, было бы преувеличением, но одно отрицать невозможно. — Беккет решил, что не сможет жить без Лив, даже если ради этого придется терпеть всех остальных. Но в сухом остатке — мы вчетвером лучшие подруги. Мы друг за друга и в огонь, и в воду.