— Я хочу сидеть с Пучком, — малыш в пачке надулся рядом с Беккетом, когда я занял место между Дилан и Лиамом.

Беккет вскинул бровь.

— Ты всегда сидишь со мной, Хак.

Хак? До этого момента я был уверен, что пацана зовут Финн. Черт, тут что, вторая пара близнецов? И если да, то куда делся второй? Я снова обвел взглядом стол: все места заняты, но второго мальчика в пачке не было.

— Но у него такие красивые волосы. Я хочу их потрогать. Думаешь, они мягкие?

— Он может не захотеть, чтобы ты лазил в них липкими пальцами, Финн, — вмешалась Дилан.

Значит, все-таки Финн. Беккет, видимо, просто издевался надо мной.

— Можно мне потрогать твои волосы? — спросил Финн.

Все в комнате уставились на меня. И что я должен был ответить? «Да, конечно, запускай свои грязные лапищи мне в шевелюру»? Или «Нет, не надо»? У пацана так горели глаза, и улыбка была такой широкой. Проклятье, он выглядел таким обнадеженным. Но он же только что левой рукой заталкивал в рот кусок грудинки в соусе барбекю, и на пальцах все еще виднелись коричневые пятна. Я с трудом сглотнул вставший в горле ком. Волосы можно и помыть после ужина. Это же просто, так? Не хотелось расстраивать малыша.

— Ну же, Пучок, дай ребенку потрогать волосы, — буркнул Беккет, глядя на меня исподлобья.

Видимо, я слишком долго раздумывал, стоит ли разрешать его пасынку себя гладить.

Я обошел стол и опустился на одно колено.

— Ты все равно такой высокий, даже когда внизу, — Финн забрался с ногами на стул, и тот слегка качнулся. Я протянул руку, чтобы его придержать, но он задел детское сиденье сестры, и ее чашка пошатнулась.

Молниеносно Беккет подхватил и чашку, и сиденье прежде, чем что-либо успело упасть. Охренеть, ну и скорость у мужика. Я так отвлекся на этот переполох, что не сразу понял: Финн уже стянул резинку с моих волос.

— Я хочу эти волосы, — объявил он, взбивая мои кудри у меня на плечах. Затем он повернулся к отчиму. — Босс, купи мне его волосы!

Я отпрянул.

— Что?

Беккет пожал плечами.

— Посмотрим.

Ну уж нет. Никто не собирается покупать мои волосы. Я немного отодвинулся, готовый в любой момент дать деру.

Финн топнул ногой по сиденью стула, и на этот раз Беккет его придержал.

— Ты отрезал мои волосы и все расстроились, так что ты должен добыть мне новые.

Совершенно сбитый с толку, я перевел взгляд с Финна и его стрижки «под единичку» на Дилан, а затем на Лив.

Лив потерла виски.

— Давайте не будем вспоминать тот вечер.

Дилан рассмеялась.

— Да уж, у Лив до сих пор травма. — Она подцепила вилкой порцию картофельного салата и продолжила есть так, будто за столом не обсуждали продажу моей шевелюры.

Шей сочувственно посмотрела на меня.

— Беккет, не мучай его. Скажи ребенку, что ты не собираешься вымогать у него волосы угрозами.

Беккет глянул на меня через плечо. Он ухмылялся — явно наслаждался тем, как легко я повелся.

— Я сказал: посмотрим.

Стричься я не собирался. Пора было брать инициативу в свои руки.

— Финн, дружище, — я снова пододвинулся поближе. — Я куплю тебе бутылку фиолетового шампуня. От него волосы растут длинными и блестящими, как у меня.

Глаза Финна округлились, и он расплылся в улыбке.

— А так как у тебя волосы не обычного соломенного цвета, как мои, — добавил я, сгущая краски, — твои будут выглядеть гораздо круче.

— Да! — Он победно вскинул кулак. — Я хочу такой.

— Заметано. Будем вместе растить тебе гриву покруче моей.

Я протянул кулак, и малец стукнул своим по моим костяшкам. Я расслабил плечи и выдохнул, но тут же снова напрягся — он внезапно бросился мне на шею.

— Ты почти такой же классный, как Босс, — прошептал Финн, когда я его поймал. И так же быстро, как прыгнул мне в руки, он отстранился.

Поняв намек, я опустил его на место, сдерживая улыбку. Что ж, теперь у меня здесь двое союзников. Я оглядел царящий вокруг хаос, и к горлу подступила нервная дрожь.

Я отогнал накатывающую тревогу. «Контроль, — подумал я, возвращаясь на место. — Пока я контролирую ситуацию, я справлюсь с жизнью здесь».

Лиам наблюдал за мной, пока я снова усаживался рядом.

— Все путем? — спросил я, накалывая на вилку кусок грудинки. Его пристальный взгляд заставлял меня нервничать.

— Спроси меня позже. — Лиам перевел взгляд на мою вилку, а затем снова мне в лицо.

Странно. Но, похоже, за столом больше никто ничего не заметил. В комнате стало относительно тихо — все принялись за еду. Даже дети уплетали мясо за обе щеки.

«Чувак, перестань все анализировать».

Сделав глубокий вдох и преисполнившись решимости, я отправил в рот первый кусок. Как только вилка коснулась языка, его начало покалывать. Через секунду покалывание переросло в жуткое жжение. А затем, будто я провалился в преисподнюю, во рту полыхнуло адское пламя. Глаза заслезились.

Что, черт возьми, они туда положили? Если бы хорошие манеры не вдалбливали мне с двухлетнего возраста, я бы, наверное, все выплюнул. Но вместо этого я заставил себя проглотить это пылающее нечто и схватил салфетку, чтобы вытереть нос — из него уже потекло.

Вода. Мне нужна вода. Но я не прихватил с собой питье.

Я начал часто моргать, пытаясь сдержать слезы, пока мой язык продолжал поджариваться. Боже, ну и жесть. У меня даже в горле все полыхало.

— Ой, Самсон, — Дилан сжала мое бедро. — Да пошутил он насчет волос.

Я непонимающе наклонил голову. Обычно мне нравилось разгадывать смысл ее слов, но сейчас я был слишком занят пожаром, который лизал мой пищевод и выжигал полость рта.

Дилан отложила вилку и обняла меня.

— Бекс, — сказала она через мое плечо тоном более суровым, чем я когда-либо от нее слышал, — он плачет. Скажи ему, что ты не собираешься его стричь.

— Что? — прохрипел я, голос сорвался на моих бедных, обожженных связках. К черту манеры. Я схватил стакан воды Дилан и осушил его залпом. Стало чуточку легче, и я попробовал снова: — Это просто грудинка.

Беккет хохотнул и откинулся на спинку стула.

Дилан нахмурилась, а затем пожала плечами.

— Ох, ну, она иногда вызывает сильные эмоции. Папин рецепт — самый лучший.

Самый лучший, как же. Я бы поспорил. С учетом того, какие волдыри сейчас в моем рту и горле, это, похоже, единственное, что я смогу почувствовать на вкус на этой неделе. Меня накрыла паника, я оглядел лица детей, уверенный, что им должно быть еще больнее, но никто не выглядел хоть капельку встревоженным. Какого черта вон тот малыш спокойно ест такую остроту? Что-то здесь не так.

— Она и должна быть такой острой? — спросил я Дилан.

Она наклонилась над моей тарелкой и принюхалась.

— Нет, это же медовое барбекю.

Я внимательно посмотрел на Беккета, затем на Лиама. Не мог понять, кто из них скорее решил бы меня разыграть, и ни у одного на лице не было ни тени вины. Но когда Дилан занесла вилку над моей тарелкой, у меня все внутри екнуло.

— Нет! — выкрикнули мы с Лиамом одновременно.

Отбив вилку Дилан, я резко повернулся к Лиаму. На мгновение он выглядел виноватым, но тут же снова нацепил маску невинности. Дилан переводила взгляд с одного на другого, и ее лицо преисполнилось тревоги. Черт, только проблем мне не хватало. Еще два часа назад я сам подкалывал Беккета вместе со всеми парнями. Глупо злиться на то, что на этот раз жертвой стал я. А может, это проверка. В любом случае, я не собираюсь раздувать из этого скандал.

— Это я просто... — выдохнул я, лихорадочно соображая, чем оправдать свою странную реакцию на ее ужин. — У меня всегда были проблемы с соусами барбекю. От них глаза слезятся.

— Серьезно? — Делия выглянула из-за Дилан и прищурилась. — Что за слабак не может справиться с медовым барбекю?

Дилан пристально посмотрела на сына, плотно сжав губы.

Я решил стоять на своем.

— Да, — прохрипел я. — Никогда их не переносил. Брат всю жизнь надо мной из-за этого издевается. Правда ведь?