Красавица восьмого века Совсем молоденькой была. После шикарного банкета Гулять по садику пошла. Резвились птахи ошалело, Где розы красные цвели. Девица каблучком задела Мешочек в солнечной пыли. Его тихонечко раскрыла Джульетта нежною рукой. Была в нём шапка из акрила, Помпон на шапочке большой. Девица пристально смотрела — Вещица не знакома ей. Найти хозяина хотела И возвратить мешочек сей. Но всё напрасно и пустое. Молодка, к людям обратясь, Сказала: «Это что такое?» — И смяла шапку, не стыдясь. Только потом, решив загадку, Джульетта в шапочке прошлась. Её надев, как будто шляпку, И звонким смехом залилась. Однажды ночью мне приснилось, Как я на божий суд иду. Моя душа слезой умылась, Когда шагала по мостку. А он шатался то и дело. Перил не встроено на нём. Я пересилить страх сумела, Меня осудят в вечный дом. Тянулась лесенка до неба. Туман повсюду и покой. Там облака грустят без ветра, Коснуться можно их рукой. Чем выше – тяжелей дорога Сквозь пену облаков пройти. Ещё чуток, ещё немного — Мне не свернуть уже с пути. Последняя ступень осталась. Простор бездонный впереди. Лазурью небо расплескалось. Сердечко замерло в груди. Я неожиданно проснулась, Пытаясь что-то вспоминать. Я от ступени оттолкнулась Иль не успела дошагать? Валерий Готман Родился 14 августа 1954 года в многодетной верующей семье. Интерес к поэзии привила мама, первым самоучителем стала книга «Мысль, вооружённая рифмами», затем знания по стихосложению углублялись благодаря книге Н. Ф. Шалатовского «Строй и ясность» и поддержке друзей. Валерий стремился к совершенству в работе над текстом, постоянно ища новые выразительные средства. Вдовец, у него 7 детей и 14 внуков. По профессии жестянщик, имеет среднее специальное образование. На пенсии, но продолжает работать. Убегают дни от нас, как грабители, Похищая в поздний час всё, что видели Глаза наши и что руки наши сделали, Поражают на бегу, словно стрелами. Пробежали дни, в душе – след оставили, И так много наших дум поисправили, Всю мечтаний чашу враз опрокинули, Коррективы в жизнь внесли и… покинули. Но не жаль того, что вспять не вернуть нам их, То, что шум движения их навсегда утих, То, что свет минувших дней навсегда угас, Важно то, чему они научили нас! Если бремя какое нести тяжело — Расскажи! И ровней твоя станет дорога. Если горе тебя обойти не смогло — Поделись! И оно станет легче намного. Если радость какая обнимет тебя, То и ею делись, – станет радостней вдвое! Другу сердце открой, всё, что есть, не тая… Всё, что есть у тебя, понесёт друг с тобою. Но не каждому сердце своё открывай, Первоглядная искренность может быть ложной. Ты сначала на верность семь раз проверяй — Только верному другу открыть сердце можно. Повсюду помни: Язык – что ножик! Он сердце ближних Поранить может. От слов – и радостней, И тревожней. Будь со словами — Поосторожней! Искристый снег — Замёрзший свет. Как в каждом дне Зари рассвет — Так в тишине Отрада мне. Когда в душе Надежды нет, Всё ж дарит свет Друзей совет. Средь туч просвет — На стон ответ. Сюжет во сне — Как летом снег. Сам снегопад — Как звёзд парад. Христа Завет — Нам жизнь и свет, Желанный всем Возврат в Эдем! Исчезло зло — Белым-бело! Мы призваны – словам прибавить вес, Разжечь их в поэтическом горниле, Чтоб жечь глаголом истины с небес Сердца невежд, подверженные гнили. Нам мыслить так должно и говорить, Чтоб не сорить невыстраданным словом. И о непережитом мысли нить Не брать для благовестия в основу. Лишь тот огонь, который нас зажёг, В котором пламенеем, не сгорая, Который нас согрел в мороз тревог, — Зажечь способен, к Богу направляя. Халколиваном [1] став в горниле бед, Пусть наше слово силу обретает, Направив в жизнь, оставит добрый след, Всё грешное, всё злое выжигая. И пусть растопит эгоизма лёд, К любви и состраданью призывая, Пусть всем несёт благоразумия мёд, Пусть сила в нём проявится святая. Но сила слова зреет лишь в делах, Лишь в тех, кто к делу сердце прилагает. Когда душой владеет Божий страх — Соцветья слов в плоды перерастают! |
