Чуда не произошло.

Когда пригласившие его приятели вдоволь набили свои животы жареным мясом и продолжать беседу стало бессмысленно, они сыто рыгнули и соизволили сообщить, что вынуждены отказаться от столь заманчивого предложения, но были очень рады лично познакомиться со столь уважаемым шаманом.

— Тьфу! — зло сплюнул гоблин под ноги, едва за его спиной закрылась дверь таверны. — Кретины. Только время зря потратил.

Шаман ещё раз оглянулся на вывеску, сдерживая бурлящую в груди ярость, и зашагал прочь. Два часа, два драгоценных часа он кормил, поил и слушал пустые речи этих нахлебников, а в итоге остался с пустыми руками и ощутимо полегчавшим кошельком.

Сдаваться он не собирался, но ситуация становилась критической. Одними орочьими рубаками в предстоящем деле сыт не будешь.

Дорога обратно к дому прошла в невесёлых мыслях.

Ноги сами несли его по знакомой тропе, но мысли блуждали где-то далеко, перебирая события дня.

Итоги дня вышли скудными. Клинок Меноса, как и ожидалось, выкупил некий анонимный покупатель по самой минимальной цене. Из Высших удалось заполучить только того самого молодого тролля. Остальные либо категорически отказали сразу, либо пообещали подумать до рассвета.

Но старик Зуг’Гал не питал иллюзий, ведь он слишком хорошо знал эту породу, чтобы понимать, что утром у восточных ворот никто из них не появится.

Подойдя к своей хижине, старик замер перед дверью. Около минуты он просто стоял, не решаясь потянуть за ручку. Ему безумно не хотелось заходить внутрь, потому что он знал: стоило переступить порог, как двое его обалдуев тут же завалят его вопросами. А ответы на эти вопросы не нравились и ему самому.

На миг в голову шамана закралась крамольная мысль, а что, если плюнуть на все эти хлопоты и забрать себе всех, кого уже успел нанять Эрвин? С такой оравой, глядишь, и Плеть не устоит — задавят числом, даже без поддержки этих чванливых рунников. Но Зуг’Гал шумно выдохнул и с усилием отогнал эту соблазнительную, но безумную идею.

Ведь, даже если Эрвин не станет упираться и согласится, то после за подобное своеволие шамана можно запросто умыться кровавыми слезами. А если ещё и случится чего из-за того, что сотник не дождался обещанную подмогу, то старика обвинят в саботаже и тогда прощайся голова с телом.

— Теперь уже некуда деваться, нэк, — пробормотал он себе под нос и решительно толкнул дверь.

Зайдя внутрь, он привычно притворил за собой створку и застыл на месте, уставившись на открывшуюся картину.

— *** просто! Глазам не верю! Вы что, ***, тут, во имя бездны, *** *** ***, устроили, нэк? — наконец выпалил он, глядя на учеников и чувствуя, как у него пульсирует в висках.

— Как думаешь, за сколько старик продаст твой меч?

— Не знаю.

— А думаешь как?

— Не знаю, — повторил я, даже не обернувшись.

— Просто предположи, нэк. Не будь занудой.

— Арах, я не имею ни малейшего понятия, сколько вообще может стоить артефактный клинок. Даже примерно. До недавнего времени у меня в карманах никогда не водилось сумм крупнее нескольких медных монет, откуда мне знать цены городских оружейников?

— А я думаю, что мастер сторгуется не меньше чем за несколько тысяч фениксов, — озвучил свою версию гоблин, мечтательно прижмурив глаза и, кажется, уже мысленно пересчитывая монеты в своём кошельке.

Хорошо бы, если так.

С такими деньгами мы смогли бы обеспечить себя не только самым необходимым вроде нормальной еды и крыши над головой на полгода вперёд, но и наконец-то нормально приодеться.

В принципе, мы и так не совсем уж оборванцы.

В подземельях гномов нам удалось разжиться весьма неплохими вещами из добротного сукна и хорошей кожи. Но учитывая, что всё это добро представляло собой жуткий разнобой кое-как подогнанных размеров, зрелище мы являли собой довольно комичное. Где тощие, поджарые мы с Арахом, а где бочкообразные, широкоплечие гномы? В этих куртках и штанах мы скорее смахивали на малолетних детей, которые тайком пробрались в чулан и напялили отцовскую боевую экипировку, которая мало того что весила неподъёмно, так ещё и была заметно великовата в плечах и талии.

Ну и, конечно, мне позарез нужен был новый меч.

Пусть прежний артефактный клинок совершенно мне не подходил из-за своих специфических рунных свойств, но взамен него очень не хотелось получить банальную железку из ближайшей сельской кузницы.

Хорошее оружие — это залог выживания, а на качественный клинок потребуется тоже немало денег. За работу, за сталь, которая будет идеально сбалансирована, ляжет в руку как влитая, не обломится у самой гарды и не затупится после пары десятков серьёзных боёв, любой толковый мастер запросит весьма солидную сумму.

— У тебя случайно в роду не было гномов? — спросил я, потому как Полуухий всё никак не унимался и продолжал увлечённо рассуждать о чужом золоте.

При этом мелкого проныру нисколько не заботил тот простой факт, что с грядущей продажи лично ему не полагалось ни единого феникса, ведь клинок принадлежал мне. Он всё равно с азартом строил грандиозные планы о том, как именно будут тратиться эти богатства. Причём аппетиты его росли с такой скоростью, что я ничуть не удивился бы, если бы на воплощение всех его внезапных фантазий не хватило выручки даже от продажи двух таких редких клинков.

— Как будто вы, люди, любите золото меньше нашего, нэк, — фыркнул Арах. — Кстати, мы ведь тогда даже не спросили у братьев, за сколько конкретно они тебя продали эльфам. Может, за вас…

— Арах! — я резко остановился, развернулся к гоблину и позволил своим зрачкам на мгновение хищно блеснуть жидкой ртутью.

— Да, извини, ляпнул не подумав, — вмиг стушевался тот, прижав уши.

Но в целом, несмотря на то что поднятая тема была максимально паршивой и неприятной, особо спорить с его логикой не приходилось. Вспоминать предательство до сих пор было тошно. Но учитывая нищенский уровень жизни в Зергшаме, где люди ежедневно гибли за медный грош, я действительно не удивился бы, если бы в итоге нас оценили как самый обычный домашний скот — в несколько серебряных монет.

— Я придумал! — неожиданно выпалил Арах и встал как вкопанный прямо посреди дороги, из-за чего я тоже вынужден был резко затормозить, чтобы не врезаться в него.

— Что ещё? — хмуро буркнул я. Свежие воспоминания о предательстве, разворошённые гоблином, напрочь отбили всякое желание продолжать этот бессмысленный трёп.

— Нет, Менос, послушай, я правда всё придумал! — настойчиво повторил он, заглядывая мне в лицо.

— Ага. Только давай ты расскажешь обо всём по пути. Я чертовски устал и хочу поскорее уже добраться до кровати, — я попытался обойти его, но коротышка заступил мне дорогу.

— Да подожди ты! Я знаю, как ты сможешь тренироваться у всех на виду, понимаешь? Чтобы никто ничего не заподозрил! Я всё продумал! — гоблин буквально прыгал вокруг меня от распиравшей его радости, едва не хлопая в ладоши.

— Ну, удиви меня, — вздохнул я, скрестив руки на груди и приготовившись услышать очередную нелепую глупость в его репертуаре.

— Смотри! Нам нужна полая металлическая трубка вот такого примерно размера, — он показал пальцами длину примерно в четыре дюйма. — Не слишком маленькая, но и не слишком большая. Как раз такая, чтобы удобно ложилась в ладонь и не мешала. А дальше всё просто, ты берёшь её в руку, выпускаешь силу и призываешь теневое копьё прямо сквозь рукоять. Всем вокруг просто говорим, что это редкое артефактное оружие, нэк! Скрытый клинок древних мастеров! Ну, как тебе идея?

Теперь уже настал мой черёд молчать, удивлённо уставившись на сияющую физиономию Полуухого.

Задумка гоблина, вопреки моим ожиданиям, оказалась одновременно неимоверно простой и по-настоящему гениальной.

— А чтобы вообще никто не усомнился и ни о чём не догадался, — воодушевлённо продолжил Арах, явно оставшись довольным произведённым эффектом и моей реакцией, — мы встроим внутрь этой трубки один простейший преобразователь форм для рунных стихий.