— Для получения знаний нужны труд, усидчивость и время, — ободряюще похлопала она меня по плечу.

Мне оставалось лишь утвердительно кивнуть и заверить её в том, что я непременно осилю и эту книгу, и остальные. Чем матушка осталась довольна. А ещё я заметил в её глазах надежду. Похоже, всерьёз рассчитывала, что с расширением кругозора мне удастся осознать новую методу оперирования Силой. Вот только у меня никаких сомнений в том, что мой случай — это конкретное такое исключение из правил.

Сельские радости

На пандус въехала коляска с очередными соседями. На этот раз это семейство Симаковых, их усадьба в пяти верстах к юго-западу от нас. Эти из мелкопоместных, но уровень вполне достойный, чтобы входить в наш близкий круг общения. Дворяне дворянам рознь, и если сзывать на праздники всех соседей подряд, то в усадьбе места не хватит.

Сегодня отец устраивает приём по поводу приезда из столицы моих старших сестры и брата. Анна задержалась, так как ездила погостить к подруге. Игорь же май и июнь провёл в летнем лагере, как оно и заведено в военных учебных заведениях. Поэтому они и появились дома на две недели позже меня.

По моему поводу устраивать праздник не стали ввиду моего малолетства. А вот двадцатилетней сестре и девятнадцатилетнему братцу пора бы уже начинать присматривать партии. Никто не говорит о замужестве и женитьбе, но как минимум стоит пообщаться с соседями, приглядеться друг к другу. Возраст у них сейчас такой, что за год разлуки молодёжь серьёзно меняется как внешне, так и по характеру.

Ну и взрослым развлечение, не без того. Поэтому приёмы устраивают по очереди. Хотя порой и переуступают друг другу, если появляется повод. К примеру, отец в прошлом году уступил Акульшину, так как у того намечалась помолвка старшего сына. Как не уважить. В этом году уже он попросил об одолжении у Талызина, решив сделать приятное сыну и дочери, на что тот с лёгкостью согласился.

Детей до четырнадцати лет, то есть до обретения дара, на подобные мероприятия не берут. Только на детские праздники и балы, а помимо этого, довольно часто просто ездят в гости, чтобы детвора не росла затворниками. Детские сады тут отсутствуют как класс, вот и выкручиваются родители, как могут. Но сегодня тут только подростки.

Симаковы поздоровались с встретившими их хозяевами, после чего их дети — парнишка семнадцати и девица пятнадцати годочков — поспешили сбежать на площадку с качелями, где уже кучковалась молодёжь их возраста. Ну и, конечно же, их привлекал фуршетный стол под навесом и исходящий невероятным ароматом баран на вертеле. Обед ведь только в четыре пополудни.

Молодёжь от восемнадцати и старше предпочла отдалиться от мелкоты на берег пруда, облюбовав беседку и лодки. Они нашу братию к себе не подпускают. Не доросли ещё. И таки да, накрытые столы с барашком на вертеле имеются и там.

Что до меня, то я решил держаться особняком ото всех. Уж больно привлекает их моя своеобразная внешность. Прямо глаз не отвести. Так-то по большому счёту наплевать и растереть, но когда на тебя постоянно пялятся, это, мягко говоря, раздражает. А оно мне надо — бить морды мальчишкам или ставить в неловкое положение молоденьких барышень. Они же не виноваты в случившемся со мной, а реакция их вполне естественная.

Симаковы, направившиеся было к группе подростков, свернули в мою сторону. Правила приличия требовали поздороваться с хозяином. Опять же, это я сейчас сижу особняком, пристроившись на лавочке под яблоней, реципиент же мой был достаточно общительным малым. Глеб, конечно, почти на три года старше, но это не мешало им общаться, хотя дружны они и не были.

— Привет, Роман, — подойдя, протянул руку парень.

— Здравствуй, Глеб, — поднявшись, ответил я на рукопожатие.

— Здравствуйте, Роман Тимофеевич, — подражая взрослым, несколько чопорно поздоровалась девушка, обозначив лёгкий книксен.

— Варвара Ильинична, — изобразив кивком поклон, ответил я.

При этом брат и сестра не сводили взгляда с моего лица, что в общем-то и понятно. Я ухмыльнулся, отчего моё лицо и вовсе приобрело свирепое выражение. Мне это известно, так как специально тренировался перед зеркалом, примеряя несколько масок на все случаи жизни. Сам не знаю, с чего вдруг решил напугать их. Наверное, надоело уже. Это сразу же возымело действие. Соседи предпочли не задавать глупые вопросы и быстренько ретироваться к остальным. Я же вновь опустился на лавку и, раскинув руки, откинулся на высокую спинку…

— Привет, — опустилась рядом со мной Настя.

— Здравствуй, — с ленцой бросил я.

Талызины, как и положено самым ближайшим соседям, приехали в числе последних. Так ведь оно всегда, это дальние выезжают загодя и прибывают первыми, а находящиеся неподалёку никогда не спешат. Поздоровавшись с моими родителями, девушка поспешила ко мне.

— А где остальные? — спросила она.

— Пошли погулять в сад. Разве не слышишь? — кивнул я в глубину сада.

— А Глеб уже приехал?

— Ты о Симакове?

— О нём.

— Хватит пялиться на мою рожу, — улыбнулся я, наблюдая за Настей из-под прикрытых ресниц.

При этом я придал своему лицу усталое и осуждающее выражение. Спасибо абсолютной памяти, благодаря которой я научился этим премудростям с относительной лёгкостью.

— Прости. Глаза сами косятся в твою сторону, — понурившись, повинилась она.

— Понимаю. Просто надоело.

— Тогда либо маску носи, либо иди к лекарю.

— И лишиться индивидуальности? Ну уж нет, на это я пойти не могу.

— Значит, терпи и не куксись, — буркнула она.

— Не буду, — легко согласился я.

— Так Глеб здесь?

— И он, и сестрица его вместе с остальными ушли в глубину сада, — подтвердил я.

— А Лена здесь? — слегка напрягшись, спросила она.

— Акульшина?

— Сам знаешь.

— Крутится вокруг Глеба. Она его за руку ухватила и потянула от качелей, остальные за ними поплелись.

Настя уже год как открыла охоту на Глеба, но тот лишь остаётся с ней доброжелательным, принимает ухаживания Лены, отвечает на знаки внимания остальных девиц. Парень видный, и я бы даже сказал, красивый, крепко сложён и не лишён лидерских качеств. Словом, гроза девичьих сердец, и паршивец отлично знает это. Вот и моя соседка попалась в его сети.

Сдаётся мне, что на местном контингенте Симаков отрабатывает свои чары, имея далеко идущие планы с женитьбой по расчёту. И в этом плане ни одна из соседок ему не подходит. Впрочем, я его не осуждаю, потому как репутацию девушкам он не портит. А так-то его желание устроиться получше мне вполне понятно.

— Ты куда? — ухватил я за руку поднявшуюся со скамьи Настю.

— Туда, — мотнула она головой в глубину сада, откуда доносились приглушенные звуки веселья.

— Не стоит выставлять себя в невыгодном свете.

— Что ты этим хочешь сказать?

— Предлагаю появиться эффектно и взбодрить общество.

— В каком смысле?

— В самом прямом.

Девушка заинтересованно посмотрела на меня, склонив головку на бок. Весь её вид говорил о том, что я её заинтриговал, и она готова меня выслушать.

Вместо ответа я вложил пальцы в рот и коротко свистнул. Из-за флигеля тут же появились трое дворовых мальчишек. Двое несли на коромысле по два деревянных ведра с водой. Третий охапку берёзовых палок длиной в локоть. Впрочем, они только на первый взгляд казались таковыми, на деле это были берестяные тубусы, из которых изготовили простейшие насосы для опрыскивания. НО при желании их можно использовать и как брызгалки для детской забавы.

Металл слишком дорог, да и изделия из него на коленке не сладить. А вот бересты вокруг хватает. Распылитель в виде деревянной заглушки с просверленными отверстиями, шток поршня и сам поршень с кожаной манжетой из той же берёзы. Вот и все. Потянуть ручку на себя, вбирая воду, и надавить, выталкивая. Да, герметичность слабая и потери воды серьёзные, древесина разбухает, но для забавы и чтобы обдать оппонента струями воды более чем достаточно.