– Я не жду твоего мнения, Юна. Я сообщаю тебе о принятом решении. Смотрины состоятся через три дня. Ты будешь вести себя достойно, покажешь своё умение играть на каягыме и знание поэзии. Ты принесёшь честь нашему дому. Пак Чон Су уже высказал нам свое почтение.

Я сжимаю кулаки под широкими рукавами чогори. А отчаяние полностью накрывает меняю

– Но, отец... Я слышала, что господин Пак...

– Достаточно! – его голос становится еще жестче. – Что ты слышала? Сплетни служанок? Ты дочь янбана, а не базарная торговка, чтобы слушать болтовню. Твой долг – повиноваться. Бери пример с матери. Она повиновалась своему отцу, когда её выдавали за меня. Ты должна с этим смириться. Так устроен этот мир.

Я опускаю взгляд, чувствуя, как к горлу подкатывает комок. Слёзы жгут глаза, но я стараюсь держаться. Отец не должен видеть слезы и мое отчаяние. Иначе меня ждет наказание.

– Ты свободна, – отец машет рукой, отпуская меня. – Готовься к смотринам. И, Юна... – он медлит, а в его голосе слышу показавшееся на мгновение сожаление. Но лишь на мгновение. – Не разочаруй меня.

Я кланяюсь, касаясь лбом циновки, и поднимаюсь. Разворачиваюсь и выхожу из его покоев на негнущихся ногах.

Только когда я добираюсь до своей комнаты и закрываю за собой дверь, я позволяю себе сползти на пол.

Слёзы текут сами собой. И остановить их я не в силах.

Три дня.

У меня есть всего три дня до того, как моя жизнь закончится.

Моя преданная служанка Чхоль, с которой я делюсь своими переживаниями, пытается меня успокоить.

Но мне становится так страшно, что придется выйти замуж за человека, которого я не знаю и боюсь, что никакие слова Чхоль не успокаивают меня.

– Я не могу выполнить приказ отца, – тихо произношу я.

– Госпожа, может вам стоит поговорить с вашей матушкой? Она должна вас понять.

– Нет. Она полностью поддерживает отца. И потом за него она выходила также. Какие все же ужасные нравы. Но почему ради благополучия рода я должна жертвовать своей жизнью? – я закрываю лицо руками и продолжаю сидеть так.

– Давайте я вам принесу успокоительный чай? – предлагает Чхоль и выходит.

Надо что-то делать. Вот только что?

Я не могу согласиться на этот брак. Я не могу выйти замуж за этого ужасного человека. Вдруг меня тоже поджидает участь его предыдущих жен?

От этой мысли мне становится еще страшнее. Но я сдаваться не собираюсь.

Надо что-то придумать. Но ничего в голову не лезет, кроме побега. Но тогда я опозорю семью.

Но лучше позор на мою голову, нежели брак с этим чудовищем.

Служанка стучится в мои покои и входит с подносом в руках. Ставит на столик. Я беру чашку из белого фарфора и делаю пару глотков. Немного успокаиваюсь.

– Чхоль, мне нужна твоя помощь.

– Все, что угодно, госпожа, – служанка кланяется мне.

– Помоги мне сбежать, – шепчу я на всякий случай, чтобы никто не смог подслушать. Мне теперь кажется, что отец будет следить за каждым моим шагом.

– Но, госпожа, как же так? Вы ведь обрушите гнев своего отца. Вы представляете, что здесь будет творится?

– Я прекрасно все понимаю. Но иначе, моя жизнь закончится через три дня.

– Может быть, семья того влиятельного человека сама откажется от брака?

– Отец намекнул, что они обо всем договорились. У меня нет шансов спастись. Только побег. Пусть я буду позором, но я не могу выйти замуж.

Похоже, в моем голосе звучит столько страдания и отчаяния, что Чхоль склоняется еще ниже и говорит, что во всем меня поддержит и поможет.

– Мне нужна будет твоя одежда, – произношу я, снова делая глоток успокоительного чая.

– Но тогда все примут за обслугу в городе. И вы можете попасть в неприятные ситуации.

– Мне все равно. Я не хочу оставаться здесь. Чхоль, у нас очень мало времени.

– Хорошо, я поняла.

Чхоль уходит. Я тоже начинаю собирать самые необходимые вещи. Завтра меня уже не будет в этом доме.

Эпизод 3.3. Юна

500 лет назад

К вечеру следующего дня все готово к побегу. Остается дождаться подходящего времени.

Я стою у окна своей комнаты и сжимаю в руках грубую ткань, принесенную служанкой. Волнение мешает мне сосредоточиться, а сердце колотится, как сумасшедшее.

Сегодня ночью я должна исчезнуть навсегда.

Чхоль помогает мне снять тяжелый шелковый чогори и заменить его на простую серую одежду, которая царапает кожу. Непривычно, но я должна терпеть, потому что это единственный способ спастись от навязанного брака. Это мой единственный шанс на свободу.

– Госпожа, – шепчет Чхоль. А я понимаю, что она тоже боится. Она сильно рискует. Если отец узнает, то он не просто выгонит ее, но и подвергнет наказанию. А я бы не хотела, чтобы она пострадала из-за меня. Но и взять с собой в неизвестность, я тоже не могу. – Когда услышите крик павлина в саду, бегите к задним воротам. В это время я отвлеку стражу.

Я киваю, не в силах произнести ни слова. Горло сжимает страх, но я стараюсь держать себя в руках.

Кажется, что время тянется вечность. А каждый звук за окном заставляет меня вздрагивать. Стражники мерно шагают по гравию внутреннего двора, проверяя все ли в порядке. Слышу приглушенный смех из мужской половины дома, где отец пирует с гостями, обсуждая мою свадьбу.

И тут, наконец, раздается пронзительный крик павлина.

Я срываюсь с места.

Босые ноги скользят по холодному деревянному полу. Выбегаю на веранду и спрыгиваю в сад. Гравий больно впивается в ступни, но я не останавливаюсь. Пробегаю мимо каменных фонарей и пруда с лотосами, где днём привыкла читать.

Слева слышу голос Чхоль. Она испугано что-то кричит стражникам. Топот ног направляется в её сторону.

Я бегу к задней стене.

Сердце продолжает колотиться, дыхание сбивается, а руки дрожат, когда открываю маленькую калитку для слуг.

Но я должна перебороть себя, иначе так и останусь здесь.

Достаю обувь и быстро натягиваю на ноги. Теперь впереди меня ждет только неизвестность.

На улице уже достаточно стемнело. Но я должна добраться до реки. Там всегда есть лодки. И я смогу перебраться на другой берег.

Бегу по узкой тропинке к лесу. Оборачиваюсь, все спокойно. Никакой погони за мной нет. Значит, Чхоль справилась, и ей удалось обмануть стражников.

Лес встречает меня темнотой и прохладой. Я чувствую, как холод пробирается сквозь одежду. Раздаются странные звуки от которых становится еще страшнее. Но меня ничего не может остановить.

Я бегу по тропе, надеясь добраться до реки, пока не наступила кромешная темнота. Но тут на меня падают первые капли дождя. Туман поднимается от земли, окутывая деревья призрачной пеленой. И тропа исчезает.

Я останавливаюсь и оглядываюсь. Вокруг сплошная белая пелена. А дождь только усиливается, превращаясь в ливень. Я не понимаю, куда мне идти дальше.

Я больше не знаю, где дом, где река и где этот путь к свободе.

Я в ужасе осознаю, что заблудилась.

Прислоняюсь к дереву, чтобы хоть что-то ощущать рядом и начинаю соображать, что же мне делать дальше. Но в голову приходит только одна мысль: ждать, когда туман рассеется и дождь прекратится.

Но вдруг в этом тумане я остро ощущаю, что кто-то наблюдает за мной.

Эпизод 3.4. Юна

500 лет назад

Я продолжаю стоять рядом с деревом. Страх немного отступает, но я точно знаю, что рядом кто-то есть. Я остро ощущаю, что рядом кто-то есть.

– Кто здесь? – тихо спрашиваю я.

Но в ответ слышу только шум листвы на деревьях и дождь. Капли стекают по моему лицу, а я даже не замечаю, что плачу. Слезы смешиваются с дождем, мешая мне видеть. Все расплывается перед глазами.

Но мне кажется, что передо мной стоит чей-то силуэт.

– Я же вижу, что здесь кто-то есть? Почему вы молчите?

– Не бойся, – произносит мужской голос. – Я не причиню тебе зла.