Отца Сахалин доконал за два года. В первый наш с мамой разговор после их отъезда она сообщила мне, что он умер.

– Эй, – Жека щелкал пальцами у меня перед носом. – Я с кем вообще разговариваю?

– Прости, – стряхнула я грустные мысли. – Просто вспомнила родителей…

– Как вообще разговор о дайвинге мог привести тебя к воспоминаниям о родителях?

– Да не знаю. Ты сказал о том, что тебя в детстве возили в Египет. Я вспомнила Анапу, потом Сахалин…

– Все еще злишься на них? – Жека обнял меня, прижал к себе.

Я отрицательно покачала головой и всхлипнула.

– Просто скучаю по ним…

– Ну-у… Прекращай лить слезы! – муж поднял мое лицо и вытер мокрые дорожки ребром ладони. – Хочешь съездим к ним как-нибудь?

Я улыбнулась, кивнула и уткнулась Жеке в грудь.

– У меня там уже племянник совсем большой… А я его даже ни разу не видела.

– Успокаивайся, давай! Навестим их, обязательно, – заверил меня он. – Дела, вроде, пошли на лад. Сейчас в Египет слетаем, а в следующий раз уже на Сахалин. Идет?

– Договорились, – я отлипла от мужа и принялась укладывать маски и ласты в чемоданы.

– Слушай… Чуть не забыл! – Жека хлопнул себя по лбу ладонью. – Сегодня Славку встретил. Он мне сказал, что нас Левашов на шашлыки на майские приглашал в свой новый особняк. Ты в курсе?

– Черт! Точно! – я сморщила нос. – Ты как раз выходил доставщику позвонить, а парни за столом договорились о пикнике.

– Так он реально нас всех пригласил? – удивился муж.

– Ну как пригласил… – протянула я, вспоминая тот разговор, – ему не оставили других вариантов.

– Напросились? – хохотнул Женя.

– Самым наглым образом, – подтвердила я.

– Так мы пойдем? На пикник? – спросил он.

– Даже не знаю, насколько после той драки это будет уместно, – пожала я плечами.

Левашов… Давно я о нем не вспоминала, а сейчас его образ снова всплыл в памяти, и сердце предательски застучало в груди. Было в этом мужчине что-то дико притягательное для меня. И как бы я не отталкивала мысли о нем, они все равно рано или поздно меня настигали снова…

Глава 22.

Дом Левашова потрясал не только своим размером, но убранством. Каждая деталь интерьера была продумана до мелочей. Думаю, тут поработал дизайнер с очень хорошим вкусом. Здесь не было кричащей роскоши, но на подсознательном уровне чувствовалось – дорого.

Максим встретил нас на пороге с дружелюбной улыбкой гостеприимного хозяина. На нем были тонкие хлопчатобумажные брюки на резинке, с низкой посадкой, белая футболка с логотипом неприлично дорогого бренда, а поверх он повязал серый, из грубой ткани, фартук. В руках он держал кухонные щипцы для мяса. Смотрелось это сексуально.

– Привет, ребята! Проходите! – Макс вытер пот со лба, отчего на лице остались черные разводы от сажи. – Выход на задний двор через гостиную.

Он ткнул щипцами направление и скрылся из виду.

– Вот это да! – Жека с открытым ртом рассматривал новое жилище бывшего одноклассника. – Такое моему отцу и не снилось. Даже в самые лучшие годы!

Муж был поражен, каким богатым и успешным оказался Левашов. Его тряхануло еще на подъезде к дому, когда он заметил припаркованные в ряд люксовые и спортивные машины. Я насчитала семь штук. Хотя не понимаю, зачем одному парню столько автомобилей. Как нижнее белье «Неделька», чтобы менять каждый день?

Я прошла в ванную, помыть руки. Там не было только золотого унитаза! Огромное джакузи занимало половину помещения, кафель блестел на свету, переливаясь от скрытой подсветки. В углу спряталась деревянная дверь, за которой я обнаружила инфракрасную сауну. Да, я, естественно, туда заглянула! Живут же люди!

Все гости были уже на улице. Не хватало только Лельки. Ее самолет из Пекина прилетел только утром, поэтому она задерживалась. Мы вышли на задний двор, и я на мгновение замерла на пороге. Впечатление было таким, будто мы попали в частный загородный клуб с персональным обслуживанием.

Перед нами раскинулся огромный бассейн в форме лагуны – его берега искусственно состарены, как будто он действительно был частью природного водоема. Бирюзовая вода мягко мерцала под солнечными лучами, по краям были встроены подводные сиденья и даже мини-водопад, тихо журчащий в уголке. Поверхность воды отражала золотистые вставки террасной плитки, уложенной в причудливом орнаменте. Вокруг бассейна стояли шезлонги из светлого дерева с белыми полотняными подушками, а над каждым реял полосатый тент, защищая отдыхающих от палящего солнца.

Чуть в стороне находилась зона барбекю – настоящий храм для гурмана. Металлический остров с мощной варочной поверхностью, угольным грилем и встроенным холодильником был облицован черным камнем, контрастирующим с деревянными акцентами. Над всей конструкцией возвышалась открытая крыша из состаренного металла с резными элементами, поддерживающими плетеные фонарики, которые, вероятно, вечером создавали романтичное освещение. Рядом стояли длинные дубовые скамьи и массивный стол, покрытый чехлом – явно ждали, когда начнут сервировать закуски и мясо.

Еще дальше, почти у самой границы участка, возвышался белоснежный шатер с прозрачными панелями по бокам. Его основание было украшено живыми цветами — пионами, розами и гвоздиками, сплетенными в причудливые гирлянды. Внутри виднелись удобные диванчики, низкие столики с подушками и даже мини-бар с хрустальными графинами. Это место выглядело идеально для вечеринок или просто уединенных бесед после жаркого дня.

Трава на газоне была такой зеленой и ровной, что казалась искусственной, но запах свежести говорил об обратном. Цветы росли повсюду: вдоль дорожек стояли высокие клумбы с геранью и лавандой, а в углах двора – экзотические композиции из орхидей, фуксий и бегоний. По краям участка росли невысокие деревья с крупными белыми цветами – магнолии, источающие легкий аромат.

Из колонок, вмонтированных в стены дома и между клумбами, лилась спокойная джазовая музыка – не слишком громко, чтобы не мешать разговору, но достаточно, чтобы чувствовать себя расслабленно.

– Ну что, – Жека присвистнул, оглядывая всё вокруг, – если бы мне кто сказал, что Левашов будет жить так... Я бы ему в школе собственноручно конспекты писал!

Я рассмеялась и направилась к бассейну. У самой его кромки стоял одиноко забытый бокал – возможно, оставленный кем-то еще с вечера. Солнце играло на воде, и я вдруг поняла, что, несмотря на всю эту роскошь, здесь царила странная атмосфера уюта. Как будто дом и двор принимали нас не как гостей, а как старых друзей, которым всегда рады. Я присела на краешек шезлонга и посмотрела на своих бывших одноклассников, собравшихся в зоне барбекю. Жека уже спешил им на помощь.

Коля, в таком же фартуке, как и Левашов, жарил мясо на мангале. Славка нависал над ним, давая бесконечные советы. Наташка и Света суетились в шатре, расставляя посуду.

Максим сновал между барбекю и шатром, проверяя, всё ли готово к началу вечера. Он время от времени бросал взгляд в мою сторону, и каждый раз его лицо расплывалось в широкой улыбке. Видимо, именно так он представлял себе этот день — друзья, тепло, еда и дом, в который можно прийти без стука.

Со стороны парадного входа сначала послышался звонкий голос Лельки, а затем из-за угла появилась и она сама. Естественно, не обошлось без китайского антуража! Правдина явилась в ярком красном кимоно, расшитом золотыми драконами и в деревянных сабо, которые на ее тридцать девятом размере ноги смотрелись слишком массивными. Волосы подруга собрала в высокий пучок и заколола двумя спицами. В каждой руке Леля держала по бутылке хуанцзю, традиционного рисового вина, а на запястье мотался полупрозрачный пакет, судя по всему, с китайскими сувенирами.

– Ребята! – заорала Лелька, едва не навернувшись со своих башмаков. – Я вернулась!

Я закатила глаза. Заявлено было так, словно мы жили все вместе, а ни виделись пару раз в год на общих вечеринках. Впрочем, Леля всегда старалась создать культ вокруг своей личности. А может она обращалась непосредственно к нам с Жекой? Мы-то были связаны с ней, как никто другой. Я встала и направилась подруге на встречу. Я крепко обняла ее, она расцеловала меня в обе щеки, и мы отправились к парням.