— М-де, ну че тут скажешь: не повезло бедолаге, — покачал головой здоровяк санитар.

— Эх, брат Баринов, чую, подложил ты мне изрядную свинью с этим трупом.

— С чего вдруг? — снова нахмурился здоровяк.

— Да не обижайся. Это я так, как цепной пес, на луну вою от безнадеги. Ты тут, разумеется, не при чем. Просто криминалом от трупа с такими травмами за версту несет. А это означает: отчетов по нему гору потом писать начальство заставит.

— Ну, дак, на то ты и врач, — осклабился санитар.

— Скажешь тоже, — хмыкнул Валера. — Был когда-то врач, да весь вышел. Только мертвяков резать теперь и доверяют.

— Так патологоанатом тоже ж врач.

— Ладно, заболтались мы что-то с тобой. Пошли, на стол поможешь мне его переложить, и свободен…

Выпроводив из своего подвала Баринова с пустой каталкой, Валера вернулся обратно за свой стол. И, хлебнув из кружки остывший чай, снова занялся разгадкой сканворда.

— Так, на чем мы остановились? — по привычке, обретенной за время работы в мертвой тишине морга, забормотал он себе под нос. — Ага… Река в Индонезии, шесть букв, первая Б, четвертаяУ́. Ну это нам, как два пальца. Ща, провентилируем вопросик… — Валера подхватил со стола свой смартфон и, зайдя в поисковик, стал набивать заковыристый вопрос…

Однако воспользоваться подсказкой всезнайки Википедии ему помешал странный шорох из зала. Обернувшись на него, Валера в следующее мгновенье на собственном опыте прочувствовал смысл избитой фразы: «Зашевелились волосы на голове».

Юный покойник, которого пятью минутами ранее они с санитаром Бариновым перекинули с каталки на цинковый стол мертвецкой, сейчас сидел на этом самом столе и в гробовой тишине озадаченно озирался по сторонам. Шорох же, привлекший внимание Валеры, создала простынь, съехавшая с тела восставшего мертвеца и упавшая на цементный пол морга.

Невероятно, но за прошедшие пять минут оживший парень разительно изменился. Его тело определенно значительно удлинилось, а не такие уж и широкие плечи юноши, наоборот, стали как будто гораздо уже. С тела мертвеца исчезли все болячки, ссадины и гематомы, а синюшно-желтый цвет кожи покойника сменился на молочно-белый, как у гипсовой статуи. Лицо же теперь как-то зловеще заострилось, и приобрело черты хищника. Сходства со зверем воскресшему покойнику добавило и характерное пронюхивание к окружающему пространству, которым он сопровождал каждый свой поворот головы из стороны в сторону.

— Ик! — в тишине подвала навалившаяся вдруг на Валеру с перепуга икота прозвучала раскатом грома.

Восставший мертвец мгновенно обернулся на резкий звук и тут же зловеще осклабился, продемонстрировав дрожащему на стуле мужчине впечатляющий набор ни разу не человеческих клыков.

— Крррови! — прорычало существо, растянув тонкие губы в злобной ухмылке.

— Ик!.. Не-не-надо, пож-пожа… Ик! — пропищал кое-как сквозь икоту бабьим фальцетом загипнотизированный чудовищем и едва живой от ужаса Валера.

— Тррребую крррови! — вновь взрыкнул мутант. И легко взмыв в воздух, словно не существо из плоти и крови, а невесомый воздушный змей, монстр полетел к столу парализованного ужасом Валеры.

Когда вытянутые вперед черные и загнутые внутрь, как у птицы, когти чудовища почти дотянулись до лица Валеры, и человек за столом уже простился с жизнью, вдруг мутанта снесло сторону, словно боковым ударом невидимого тарана приложив его смачно о стену.

Над рухнувшем на пол чудовищем тут же прямо из воздуха материализовался двухметровый здоровяк в зеркальном костюме. И, не позволив опомниться ошарашенному столкновением со стеной монстру, незнакомец тут же вколол в основание его тонкой, по цыплячьи вытянутой, шеи шприц и впрыснул какой-то препарат, под воздействием которого порывающийся встать мутант через секунду без сил повалился на пол и забылся мертвецким сном.

— Ик!.. Кто-то-то вы-вы?.. Ик! — пропищал Валера в сторону великана в зеркальной одежде и потянулся дрожащей рукой к кружке с остатками чая, чтобы залить, наконец, ими опостылевшую икоту.

— Валерий Семенович, право слово, не стоит принимать происходящее так близко к сердцу…

Кружка вылетела из его ослабевших пальцев, и остатки чая разлились по столу, заливая и превращая в никчемный мусор так и не разгаданный до конца сканворд.

На стуле перед его столом, еще секунду назад пустующем, вдруг из ниоткуда появилась симпатичная девушка, в точно таком же стильном зеркальном костюме, как у застывшего у стены молчуна-великана.

— … Представьте, что это всего лишь сон, навеянный, скажем, парами алкоголя, — продолжала меж тем вещать очаровательная незнакомка. — Как вам такая версия? Согласитесь, принять ее будет куда как проще и безопасней для вашей психики?

— По-по-пожалуй… Ик! — кивнул Валера. — Кто-то вы-вы?.. Ик!

— Поверьте, это абсолютно не важно, — улыбнулась ему девушка и, обернувшись, шикнула на великана в углу: — Че встал, забирай его и уходи. Я буду через пару минут.

Великан легко, как пушинку, взвалил на плечо длинное тело безмятежно сопящего монстра и зашагал с ним по залу в сторону ведущего наружу коридора. Невольно уставившись ему в спину, Валера провожал взглядом незваного гостя, и был в очередной раз шокирован, когда великан с ношей попросту растворился в воздухе примерно на полпути к коридору.

— Ик!..

— Это всего лишь сон… Валерий Семенович, мы ж с вами об этом уже договорились, — напомнила о себе очаровательная незнакомка напротив.

Добыв непонятно откуда литровую бутылку водки, девушка наполнила до краев сорокоградусной поднятую со стола кружку Валеры. Вручив ее мужчине в трясущиеся руки, она помогла донести родимую до рта и сделать первый очистительный глоток…

В себя вусмерть пьяный дежурный патологоанатом пришел уже, сидя на лавочке в больничном дворе. В руке его, обжигая пальцы, тлел прогоревший до фильтра сигаретный окурок, а из подвала морга за спиной наружу вырвались густые клубы сизого дыма.

Со всех сторон к Валере сбегались люди в пижамах и белых халатах. Отовсюду неслось:

— Пожар!..

— Горим!..

А вусмерть пьяный Валера с глупой лыбой пялился на всю эту суету кругом и искренне недоумевал: почему подбежавшие люди начали вдруг яростно его трясти за грудки, наперебой требуя каких-то объяснений.

Ведь несчастный вусмерть пьяный Валера с вечера вчерашнего дня совершенного ничего не помнил. Последние двадцать четыре часа его жизни из памяти словно корова языком слизнула. Он даже не мог ответить: когда, где и по какому поводу так сильно напился. Воспоминания о последнем дне его жизни были чисты, как белый лист.

КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ КНИГИ

Спасибо всем, кто помогал дельными советами, лайками и наградами. Это вдохновляло сделать книгу интереснее.

А кто еще не поставил, не забудьте поставить лайк прочитанной книжке:-)

Продолжение здесь: https://author.today/reader/244850