И Кастелла, и Карл фон Штайн легли спать очень поздно. Оба были согласны, что сделка с Тассило — последнее средство, к которому они хотели бы прибегнуть. Они ещё раз подробно обсудили, что до последней секунды будут пытаться предотвратить свой союз с массовым убийцей, который тогда обвёл их обоих вокруг пальца. Даже если это станет рискованным.

Натали снова впустила Керна в квартиру, но вместо того чтобы поговорить с ним обо всём, наказала его ледяным молчанием. Ей самой было от этого не по себе, но её отчаянная ярость из-за того, что её муж, которого она любила больше всего на свете, возможно подверг опасности их дочь, всё ещё преобладала. О чувствах Фукс к Керну она ничего не знала. И о том, что ей совсем скоро предстоит пережить, тоже.

Софи на самом деле не воспринимала Тассило как угрозу. Она почти мимоходом рассказала Натали о своей встрече с ним в зоопарке. Лишь реакция матери по-настоящему напугала её. Для ребёнка было гораздо хуже то, что она, по-видимому, по-прежнему не могла доверять своему отцу. Когда она медленно засыпала, она ещё не могла представить, насколько сильно ей это доверие скоро понадобится.

Тассило зажёг в своей тайной квартире в Бранденбурге первоклассную сигару Cohiba. Пока сладковатый аромат сигары медленно наполнял комнату, он стал немного сентиментальным. Воспоминания, связанные с его именем, от которого он скоро навсегда откажется, заставили его на мгновение усомниться, принял ли он правильное решение. Лишь сделав глубокую затяжку, он снова вспомнил о многих прекрасных вещах, которые сможет делать с новой личностью. Конечно, люди, протестовавшие против него, действовали ему на нервы. Однако настоящие причины, по которым он хотел получить новые документы, были другими. Будучи Тассило, он уже ничего не мог себе позволить. Слишком многие ждали, что он допустит хотя бы малейшую ошибку — прежде всего Керн. С новой личностью, к тому же за границей, он вскоре наконец снова сможет заниматься тем, что любил больше всего.

— Прощай, Тассило, — сказал он, глядя на свою фотографию в дорогой рамке. — С завтрашнего дня начинается новая жизнь. И ещё какая.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

Карл фон Штайн уже подготовил контракт, когда Тассило вошёл в его кабинет минута в минуту. В комнате было так же холодно, как и атмосфера, царившая в ней. Белые, почти голые стены, большой письменный стол с печатями и документами, рядом — сборники законов и папки с делами. В углу стояла кофемашина, но она не работала.

— Вы пришли без своей адвокатессы? — встретил гостя фон Штайн.

Тассило приветствовал прокурора лёгким поклоном.

— Вы имеете в виду госпожу доктора Вайссдорн? — ответил он с лёгкой, чуть чрезмерной любезностью. — Боюсь, она не смогла бы подняться по лестнице. Да и вы ведь не собираетесь меня обмануть, не так ли?

Фон Штайн покачал головой.

— В этой области я бы никогда не стал с вами тягаться.

Прокурор предложил Тассило сесть, затем повернул к нему чёрную кожаную папку, лежавшую на столе, и открыл её. Внутри оказался официальный многостраничный контракт.

— Сколько чтения. Вы правда думаете, что мне нужно всё это читать? — спросил Тассило, откинувшись на спинку и закинув ногу на ногу.

— Вам стоит это сделать.

Тассило отмахнулся.

— У меня ещё будет достаточно времени. Может быть, вы будете так любезны кратко изложить содержание?

Прокурор сел за стол и повернул папку обратно к себе.

— Вы получите новую личность в соответствии с правилами программы защиты свидетелей. Эту личность будет знать только один сотрудник. Он обязан хранить молчание — перед всеми.

— А иммунитет?

— Он вступит в силу, как только разыскиваемый серийный убийца будет задержан. В этом случае вас нельзя будет привлечь к ответственности — на случай, если вы скрывали информацию от следствия. Однако если выяснится, что вы сами принимали участие в убийстве, иммунитет утратит силу.

Тассило усмехнулся и небрежно махнул рукой.

— Как будто я способен на такое, — сказал он.

Фон Штайн не выдал своего растущего раздражения, хотя Тассило явно наслаждался ситуацией. Тем не менее он понимал, что тот прекрасно осознаёт, насколько беспомощным чувствует себя сейчас прокурор.

— Новую личность вы получите, если разыскиваемый будет задержан в течение ближайших сорока восьми часов. И только в этом случае.

— Могу ли я повлиять на свою новую биографию?

— Нет. Но она будет соответствовать вашей настоящей — по возрасту и образованию.

— А моё скромное имущество?

— Будет переведено обычным порядком.

Тассило удовлетворённо кивнул.

— Могли ли вы когда-нибудь представить? — спросил он. — Что именно вы однажды отпустите меня на свободу?

Фон Штайн не изменился в лице.

— До этого ещё не дошло, — ответил он.

Тассило непонимающе покачал головой.

— Как метко заметил Оливер Кромвель: все хотят свободы, но никто не хочет её давать.

Он снова слегка поклонился, затем достал из внутреннего кармана своего сшитого на заказ пиджака перьевую ручку в кожаном футляре и неторопливо открутил колпачок.

— Итак, где мне подписать?

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

Керн сидел на большом полотенце, которое взял с собой из дома, и смотрел на Хафель.

— Сейчас он, наверное, как раз подписывает, — сказал он Фукс, в очередной раз взглянув на часы.

Они приехали к месту, куда неделю назад прибило тело Хайке Вебер.

— Тогда за это: за конец «Висо̀чника», — сказала Фукс и подняла стакан с апельсиновым соком.

— И за мир без Тассило Михаэлиса, — ответил Керн.

Они выпили. Фукс взяла Керна за руку и мягко погладила его пальцы.

— Что теперь будет? — спросила она, пока мимо них проходила одна из уток, давно привыкших к людям на берегу Хафеля.

— Думаю, сегодня или завтра мы получим решающую информацию. Тогда и возьмём его.

Фукс сжала его руку чуть сильнее.

— Я не это имела в виду.

Керн ответил тем же.

— Я знаю, — сказал он почти беззвучно.

День был прекрасный. По берегу Хафеля гуляли люди и наслаждались теплом солнца, льющегося с ясного голубого неба. По воде проносились моторные лодки, поднимая волны, мягко накатывавшие на берег.

— Ты поступишь так, как мы решили тогда у меня, — сказала Фукс, когда мимо них со смехом пробежали дети. — Иначе я не смогу это принять.

— А ты?

Фукс на мгновение замолчала.

— У меня с мужчинами никогда ничего хорошего не выходит. Первый просто меня использовал, второй изменял мне с каждой, кто не успевала забраться на дерево до счёта «три». Если твоя жена тебя действительно любит, ты должен остаться с ней. И с дочерью.

— Натали и Софи значат для меня всё, — ответил Керн.

— Я почувствовала это в твоём поцелуе, — сказала Фукс. — Это было глупо с моей стороны, прости. Но ничего, скоро я снова окажусь на другом конце страны, и жизнь пойдёт дальше.

Где-то дальше по берегу собака прыгнула в воду, чтобы принести хозяину палку.

— Харрас, ко мне, к мамочке! — прокомментировала Фукс и рассмеялась. Потом отпустила руку Керна. — Мне будет тебя не хватать.

Мне тоже. Чёрт, мне тоже.

— Если бы я умел колдовать, я бы разделился на две части, — сказал Керн. — Но тогда я бы лишь добавил работы судмедэкспертам.

Фукс сделала ещё глоток сока и молча продолжала смотреть на воду.

Вдруг она заметила, что Керн в одно мгновение словно окаменел. Он молча уставился в пустоту, в его взгляде читался вопрос.

— Что случилось? — удивлённо спросила она.

Вместо ответа он резко вскочил, с яростью швырнул стакан в песок и лихорадочно полез в карман.

— Чёрт возьми! — закричал он. — Как можно быть таким слепым?

Керн набирал номер так быстро, что телефон едва не выскользнул из рук.