Ризли среагировал мгновенно: - Сподобьтесь вначале хотя бы на одного, миледи.

- А вот это уже обидно, когда большая часть вины, если не вся – на вас, - взглянула я на него, смаргивая слезы. Откуда-то пахнуло особенно ядрено – аммиаком. Вонь буквально ела глаза.

- Этого мы еще не выяснили доподлинно… вам плохо? – заметил он мои слезы, - сейчас мы войдем в форт, там гораздо чище. Потерпите еще совсем немного, портовые города всегда пахнут неприятно.

Серая, черная, коричневая одежда, некрасивые… почти в сплошную – совсем не красивые мужские и женские лица – уставшие, безразличные или слишком заинтересованные. Хорошо – все ценности в багаже мужа. Детей на этой улице я не увидела, хотя и осматривалась – на все это нужно было смотреть, чтобы запомнить. Белый или даже отдаленно напоминающий белое женский фартук воспринимался бальным платьем. Деревянные мостки – шикарным тротуаром. Цветная вывеска таверны выглядела здесь куда круче неоновой в наше время.

Жуткое место. Но люди жили и здесь.

В самом форте и правда было почище. Хотя и пыльно, и грязно, но это больше из-за разрытой земли. А стены и башни выглядели неплохо, как и немногие дома, особенно один – самый большой и самый новый.

- Замок Саутси, он принимал даже Его Величество… собственно сам форт носит это же название. Мы у цели, миледи, попрошу вас еще совсем недолго не спешиваться. Я только уточнюсь, - спрыгнул Ризли с лошади и, небрежно бросив поводья на седло, прошел к двери одного из домов и скрылся внутри. Я принюхалась – вполне терпимо. И к морю ближе, даже слышен узнаваемый запах - соль, водоросли, прохлада.

- Леди Ризли… - раздалось сбоку. Я оглянулась на знакомый голос и вежливо улыбнулась.

- Да, слушаю вас?

- Если вы не побрезгуете… попробуйте этот аромат, - протянул мне Бигли небольшую бутылочку, заткнутую пробковой затычкой: - Ароматический уксус из Ромси - бывшего женского монастыря, - задумчиво смотрел он на меня, - он настоян на лесном лишайнике, лаванде и розмарине. Монастырь имел большой гербариум и торговал благовониями на основе ароматических трав.

- Это ваш парфюм, вы им пользуетесь? – приняла я бутылочку, раскрыла ее и сразу потянула к носу.

- Нет! – схватил он меня за руку и сразу же отпустил, раскрыв свою ладонь и странно глядя на нее. Потом – опять на меня. Улыбнулся: - Прощения… Запах слишком резок – может ударить в нос. Его еще используют для приведения в чувство. Но на платке он будет хорош… очень хорош, - приблизил он к моему носу свой платок. Я втянула в себя запах… и испугано дернулась, услышав звериный рык:

- Что это, Бигли? – муж стоял на крыльце, рядом с ним еще какой-то мужчина в военной форме. Почему я так решила – не знаю. Мечи или кинжалы здесь были у всех, но этот и правда был похож на военного.

- Миледи интересуется ароматическими уксусами. Я демонстрирую один из ароматов, - ровно смотрел на него… вассал. Кажется, он не имел права подходить ко мне без разрешения. Но я сама разрешила, так в чем проблема?

- Дайте мне флакон, миледи, - велел Ризли.

Я послушно протянула ему флакон, который он опустил в карман на поясе, демонстративно медленно расстегнув, а потом застегнув его.

- Это не яд, милорд, - напряженно отозвался Бигли, - миледи не нравятся сладкие ароматы. Вы должны были заметить это.

- И кому же это я должен, Бигли?

- Если вы желаете, миледи, у меня есть еще состав старинного рецепта – «Вода королевы Венгрии». По легенде, он возвращает к жизни… здесь розмарин и тимьян, - а вот теперь - даже на мой неискушенный взгляд, вассал уже откровенно наглел.

Ризли смотрел на слугу в упор, тот – на него. А меня начинало подташнивать, вспомнились отрубленные пальцы, кровь на колоде – будто перед глазами...

- Я услышала приятный свежий запах и поинтересовалась чем таким пользуется врач. Нарушила какой-то запрет, милорд? Прошу прощения.

Ризли проигнорировал мои слова. Что-то тихо сказал военному и прошел к своей лошади. Тяжело вскинувшись на нее – все мы уже устали, шагом поехал по направлению к морю, скомандовав:

- За мной!

Военный шел впереди, похоже, указывая дорогу.

Что это было – я не понимала. С приездом к месту назначения их перемирие закончилось? Вот так резко? Ничего же не предвещало. Оглянулась на Бигли… и лучше бы этого не делала – так не смотрят на чужую женщину. Не так… Но это могла быть просто случайность. Так бывает, если человек задумался о своем.

Я отвернулась, осматриваясь – мы двигались к законченному уже дому, сложенному из того же серого камня, что и башни. А легкая тошнота все не проходила, низ живота противно тянуло – не сегодня-завтра… Хорошо, что это счастье не застало в дороге.

Поганое состояние отвлекало и все равно мысли не отпускали - что такого вдруг случилось за последние полчаса - час? Или раньше? После того разговора о медицине Бигли больше не приближался, держась на расстоянии. Если я и хотела еще поговорить – звать его не рискнула, потому что выглядел он задумчиво и отстраненно – мог раздумывать над моими словами. И я решила не мешать. Случись конфликт между ними - обязательно заметила бы. Непонятно.

Нас принимали в доме военного губернатора – так было принято. Второй этаж был хозяйским, первый – служебным. Там же находились и гостевые комнаты. Человек в таком же подобии военной формы представил мне горничную и предупредил, что хозяева будут ждать нас к ужину. Я прикинула – часов пять-шесть у меня было.

В комнате я проковыляла к кровати, заглянув под покрывало – простыни может и сменили, но на подушке остался отпечаток чьей-то головы. Матрас был набит сеном, на нем второй потоньше – перьевой.

- Лилит, а от статуса гостей зависит качество и количество предоставляемых услуг? – чтобы не получилось, что сильно наглею, спросила я маленькую крепкую девушку в привычном уже нескончаемом переднике.

- Лилли, миледи. Мне спросить про гостей… что с ними… там? – покраснела она и выскочила за дверь.

Через час где-то – вымывшись и засунув между ног пеленку, я в чистой рубашке лежала на сенном матрасе, молясь, чтобы если и вши… то хоть бы я их не видела – потом разберусь. Живот разрывался, обезболивающего, само собой, здесь не было. Постепенно боль стала ноющей, терпимой и я уснула. Ризли, кажется, заходил за мной, но будить и требовать ничего не стал – я проспала полдня и ночь.

Утром обнаружилось, что под меня натекла лужа. Мы с Лилли поменяли постель, потом я подмылась, что-то немного ела, пила... и упала опять. Встала – лужа… Начинала лезть на стену от боли, стоило только немного напрячься. Когда поняла это, напрягаться перестала, пообещав прислуге щедрые чаевые. Девочка сама стирала мои тряпки и меняла постель – мне уже было по фиг…

Через два дня зеркало показало, что половина красоты Джейн куда-то делась – синяки под глазами на пол лица и синюшные губы его не красили. Наверное, можно было уже встать и выходить, но я боялась, что заболит опять. Ризли такой меня и застал – вымученной и в постели. Постоял, посмотрел и вышел. Скоро вернулся с подносом в руках, сел на кровать возле меня, а поднос поставил рядом.

Что-то вроде кофе в постель - смотрела я на это и чуть оттаивала, что ли? Даже улыбнулась.

- Если вы немедленно не съедите все то, что здесь видите, - свирепо рыкнул вдруг муж, - то я прикажу нещадно высечь вашу прислугу.

- С каких… за что это, милорд? – оторопела я.

- За то, что я только сейчас узнаю – за два дня вы съели буквально крохи!

- Зато я отдохнула и выспалась. При чем здесь девочка?! - возмутилась я.

- Я не стану повторяться – через время зайду и проверю. Это, собственно, и все, что я хотел сказать вам, миледи.

Я давилась и ела. Жареная морская рыба и печеные овощи были вкусными, но не в таких же количествах? В меня тупо не лезло уже, но я толкала в себя. По щекам текли слезы - от злости. И понимала, что сейчас сама даю ему в руки оружие против себя – пускай бы и выпороли ее. Не убили же? А теперь он будет знать, чем на меня можно воздействовать. Но пальцы… я получила тогда урок на всю жизнь. Он и это понимал? Иужеиспользовал?