— Смирно. Доложите статус и дальнейшие задачи.

Нейроумки тут же вытянулись смирно и при этом как-то расслабились. Видно, Иван нашёл нужные слова.

— Группа двадцать закончила занятия. Готовы приступить к отдыху и приёму пищи! Старший курсант Марков доклад окончил.

— Вольно, — скомандовал Иван, и чётко развернувшись к Максу переспросил:

— Капитан Ермаков, дозволите личному составу приступить к приёму пищи? — Спросил он.

Тут уже у Макса мозг немного включился.

— Дозволяю, лейтенант Иванов. Командуйте, — милостиво кивнул Макс, пытаясь хоть как-то уложить в голове дурдом, в котором они внезапно оказались.

— Старший курсант Марков, исполнять! — Передал команду Иван. — Проводите нас в столовую для проведения инспекции.

Максу было очень интересно, зачем Иван велел провожать их в столовую, но спросить было неловко — нельзя же нарушать такой торжественный момент! Потом сам сообразил — это не для них сказано, а для нейроумков.

«Как будто на плацу оказался, причём в роли командира. Ваня-то молодец какой! И ведь не соврал ничем! Формально у меня действительно звание капитана, гражданского. А Иван, как мой первый помощник, соответственно, лейтенант. Интересно, они не расстроятся, когда узнают, что мы тут вообще пленные и на птичьих правах?»

Столовая, между тем, уже работала. Один из курсантов встал на раздачу, и вскоре все получили свои порции — стандартные рационы, те же самые, какими Макса с Иваном кормили в полёте.

— Ловко ты с ними, — тихонько похвалил Макс, когда все уселись. В столовой было тихо, только ложки стучали, да иногда о чём-то коротко переговаривались нейроумки, но обычных для большого коллектива разговоров не было. Может, в другое время они между собой более общительны, но сейчас курсанты то и дело поглядывали на гостей, и обсуждать свои дела стеснялись. А может, они всегда такие тихие. Макс, поэтому, говорил в полголоса, едва шевеля губами. — Откуда знаешь, как с ними общаться?

— Так у нас в интернате всё так же было, —тихо ответил Иван. — Потом пришлось долго учиться, чтобы адаптироваться. Даже просто есть что-то кроме стандартных рационов. Обычная гражданская еда ведь совсем другая…

— А, ты поэтому тогда селёдку под шубой сгущёнкой поливал, — сообразил, наконец, Максим. То зрелище до сих пор иногда стояло у него перед глазами.

— Это была не сгущёнка, а малиновый джем! И нет, это потому, что мне нравится сочетание вкусов. Разве не здорово — горький лук, солёная селёдка, нейтральная картошка, сладковатая свёкла и совсем сладкий малиновый джем. Весь спектр вкусов сразу! Не хватает только чего-нибудь кисленького.

Макса передёрнуло.

— Ладно, не будем об этом. Как думаешь, нафиг нас сюда к ним посадили?

— Не знаю, я думал, нас вообще допрашивать станут.

Макс тоже был в этом уверен, но никаких допросов не было. Ни к вечеру, ни на следующее утро. Завтракали они снова вместе с курсантами. Те по-прежнему откровенно любопытствовали, и Макс решил их расспросить. Но не сам, конечно, Ивана попросил:

— Слушай, ты, может, узнаешь, как у них тут что? Ты ведь явно умеешь с ними обращаться. А то неизвестно, сколько мы ещё будем тут тусоваться. Может, про нас вообще забыли?

— Попробую, — неуверенно ответил Иван.

Он дождался, когда большая часть курсантов закончит есть, и поднялся из-за стола.

— Курсанты! — Объявил он на всю столовую. — Как проходит ваше обучение?

— Прикладываем все силы! Всё на благо компании «Российские перспективные разработки»! Мы не подведём родную компанию, не посрамим своих учителей и родителей! Средняя успеваемость стабильно держится на высоком уровне! Отстающих нет уже год, господин лейтенант! Процент отбраковки за последние три года стремится к нулю!

— Расскажите о вашем обучении! — Потребовал Иван, и уточнил. — Перечислите предметы и самых успешных курсантов в каждом!

Предметы господа курсанты изучали совершенно нестандартные. Макс ничего не спрашивал и не уточнял, но он здорово подозревал, что Ивану такое изучать тоже не доводилось.

«Пилотирование пустотных истребителей малого класса? — Поражался Ермаков. — Диверсионная деятельность на землеподобных планетах? Тактика взаимодействия в боевом флоте? Это что за звёздные войны, нахрен⁈»

Ничего подобного в земных учебных заведениях не преподавали. Хотя бы потому, что никаких боевых флотов и пустотных истребителей не существовало в принципе.

Были и вполне мирные курсы. Правда, с ними тоже было всё не слава богу. Шахтёрское дело и геологоразведка в астероидных скоплениях ещё ничего, это сейчас перспективно. Некоторые астероиды из пояса между Марсом и Юпитером уже понемногу начинают разрабатывать, а там не далёк тот день, когда и на дальние планеты станет летать рентабельно. Вокруг Юпитера, например, много чего полезного летает, а ЛунГазПром уже закидывает удочки насчёт Урана с его запасами метана. В общем, шахтёрское дело — это нормально. А что делать, например, с «Гибридными биотехнологиями»? Макс о таком и не слышал ни разу!

Иван, между тем, не подавал вида, что для него всё перечисленное тоже новость, продолжал расспрашивать. Например, выяснил, что они сейчас принимают пищу не много не мало с выпускным классом!

— Несмотря на то, что мы занимаемся по сокращённой программе, мы в полной мере готовы защитить честь и поддержать авторитет нашей славной компании! — Радостно докладывал старший курсант Марков. — Наши сердца полны желания послужить родной корпорации! Наши знания идеальны и полны! Наши физические кондиции непрерывно совершенствуются! Мы гордимся принадлежностью к «Российским перспективным разработкам», а «Российские перспективные разработки» будут гордиться нами!'

— Молодцы, курсанты! — Благосклонно кивнул Иван. — Как скоро освоите оставшуюся часть программы?

— Обучение идёт по плану, господин лейтенант! Через три дня, после выпускных экзаменов, программа будет завершена.

— В таком случае — разрешаю продолжить учёбу! Свободны. — Кивнул Иван.

Старший курсант Марков дал команду на выход, и курсанты потянулись по своим комнатам — переодеваться в форму.

— Давай за ними, — тихо потребовал Ермаков.

— Максим, там же пропускная система. Нам дверь не открывается, мы ж проверяли, — так же шёпотом ответил Иван.

— И что? С ними пройдём. Давай уже, надо хоть посмотреть. Пошли, пока они переодеваются, мы тоже эту их форму примерим.

Макс ещё накануне изучил содержимое шкафчика, уже вечером. Форма, к слову, была очень хорошая, Макс оценил. Прочная, немаркая, размер подстраивается самостоятельно. Да и ткань очень, очень дорогая. Он про такую только читал — совсем недавно появилась. Такой костюмчик, как висит у него в шкафчике, стоит как не самый плохой пустотный скафандр, оставшийся на «Креветке». И не только стоит — одежда из этого материала выполняет значительную часть функций этого самого пустотного скафандра. Он умеет герметизироваться в пустоте, как тот скафандр. Только шлема не хватает и запаса кислорода. При этом в атмосфере отлично отводит тепло и влагу. Ещё защищает от широкого спектра излучений, и держит пистолетный выстрел. Это, правда, похуже — энергия пули не перераспределяется, так что дырка в теле всё равно будет. Но неглубокая. В общем, если бы не нежелание рядиться в форму корпоратов, Макс бы ещё вчера нацепил этот комбинезон.

Через минуту они с Иваном были готовы. Теперь, пожалуй, от курсантов они отличались только возрастом и стрижками.

— Максим, нас же заметят! — Продолжал уговаривать его Иван.

— И что? Накажут? Так они нас и без того грохнут, так что какой смысл бояться наказания? Ну неужели тебе не любопытно посмотреть, как они обучаются? Кроме того, вдруг оттуда есть выход в основную станцию? Нет, бежать я не надеюсь, но может, связаться с кем-нибудь получится?

— Ты прав, — вздохнул нейроумок. — Но я не уверен, что курсанты ничего не заподозрят.

— А я уверен, что всё нормально будет. Давай уже, они тебя нормально слушаются. Спросят что-нибудь — скажешь, что инспекцию будем проводить.