Эйнар уселся на шкуру у камина, смотря на огонь. Девчонка всё звала отца во сне. И он нахмурился. Орм был жесток с ней и пытался её убить, а она зовёт его во сне.

Эйнар потянулся. За сегодняшний день он сильно устал. И хотел только одного — спать. И девчонка, кажется, затихла…

Эйнар проснулся, как будто от толчка. И не понял, где он находится. Вокруг шли люди. Целая толпа. И все как один странно одеты. А вокруг железные монстры. Их рёв заполнял всё пространство. Но, казалось, кроме него, на это никто не обращал внимание. Десятки людей проходили мимо. И среди этой толпы Эйнар увидел Уну!

Она тоже была странно одета. И с улыбкой прошла мимо него. Эйнар от изумления не мог пошевелиться.

Но вот он увидел, как на Уну несётся огромный чёрный железный зверь. А она не видит этого. Он попытался броситься вслед за ней, но понял, что не может сделать ни шагу. Он словно врос в землю.

Послышался глухой удар, странный рёв. И он увидел, как волосы девушки разметались по земле. Она сама лежала на земле. А изо рта вытекала тоненькая струйка крови. И она не дышала…

Эйнар проснулся с криком. Сердце бешено колотилось. Что он только что видел??! Давно он не испытывал такого необъятного, животного страха, даже в бою…

Он подскочил и посмотрел туда, где спала девчонка. Она была на месте. Её грудь медленно поднималась и опускалась. Она дышала.

Эйнар провёл рукой по лицу, выдыхая и пытаясь успокоиться. Сон. Это всего лишь сон! Самый странный сон в его жизни!

Эйнар выдохнул морозный воздух и посмотрел в сторону реки. Всё же, придётся её обогнуть. Хоть зима и вступила в свои права, лёд на реке был ещё не достаточно крепок, чтобы выдержать человека, не то, что всадника.

Он развернул лошадь и подал знак остальным. Воины последовали за ним. Они охотились уже четвёртый день. И кладовые замка пополнились уже большим количеством дичи.

Эйнар внезапно остановил лошадь, своим внутренним звериным чутьём он словно что-то почувствовал. Вокруг было тихо. Слишком тихо.

Он снова подал сигнальный знак своим воинам. Они были хорошо обучены и дисциплинированы, потому поняли его сразу. Обнажив топоры и франкские мечи, они стали озираться по сторонам.

В то же мгновение послышался резкий свистящий звук, и Эйнара едва не выбило из седла. Стрела попала в плечо. Он, морщась от боли, сломал её и с силой потянул за наконечник. Рана не страшная, но болезненная. Тут же зажал рану тканью плаща.

— Стреляли с утёса! — крикнул Фроди.

— Туда! — скомандовал Эйнар.

И целый маленький отряд отправился в сторону утёса.

Слишком расслабился! Сам себя ругал Эйнар. Слишком!

— Там уже нет никого! — крикнул один из воинов, добравшийся до утёса первым.

— Тебе нужно вернуться, — сказал Флоки, — я возьму часть воинов и мы попробуем догнать того, кто стрелял.

Эйнар кивнул, принимая разумные доводы. И с частью отряда он вернулся домой.

— Нужно позвать Хильду, — сказал одноглазый Эл, как только увидел его в замке.

— Нет. Приведи Уну, — приказал Эйнар.

Он уже с трудом добрался до комнаты. Крови было слишком много. И рана была, кажется не такой безобидной, как он подумал в начале.

В комнате, он сбросил плащ, снял рубаху и прошёл в купальню. Схватил чистую полотняную тряпку и приложил к ране.

Повернувшись, он увидел, как на пороге комнаты застыла девушка. Он остановился на пороге купальни, рассматривая её. Слишком худая, слишком бледная, но всё такая же чертовски красивая. Он нахмурился, увидев россыпь желтеющих синяков на её шее.

— Мне сказали, что вы ранены, — тихо сказала девчонка, наконец, повернувшись в его сторону.

— Что? Боишься крови? — презрительно спросил он. Хоть бы в обморок не грохнулась.

— Нет. Я осмотрю рану.

Эйнар прошёл и сел на кровать, убрал тряпку, позволяя девчонке осмотреть рану.

Уна закатала рукава платья и внимательно осмотрела рваную кровоточащую рану.

— Мне нужен алкоголь, игла и нитки, — сказала она, переводя свой взгляд на лицо воина.

Он хотел напугать её? Дочь хирурга и травматолога? И хоть она и не пошла по стопам родителей в своём мире, она обладала знаниями хирургической медсестры. И вполне могла бы ею работать.

Эйнар усмехнулся, внимательно глядя на девчонку. Такой сосредоточенной и собранной он никогда её не видел прежде.

Он крикнул Элу, который стоял за дверью, чтобы тот принёс всё необходимое. И вскоре девчонка уже зашивала ему рану, предварительно обработав всё крепким элем, который принёс Эл.

Эйнару было больно, но он сидел, не двигаясь и не сводя взгляда с Уны. Почему она выглядит такой худой и уставшей? Какое ему дело до этого? Она дочь врага. Временная, навязанная ему жена. Так почему же ему так гадко стало на душе? Он взглянул на её руки. Красные, обветренные, с загрубевшей кожей. Но эти руки ловко орудовали иглой и ниткой.

— Я всё.

Девушка низко наклонилась над ним, зубами откусывая нить и тут же выпрямилась. Эйнар посмотрел на место раны. Розоватая тонкая змейка… Никогда он ещё не видел, чтобы кто-то так искусно штопал раны.

— А теперь вам нужно лечь и не тревожить рану хотя бы несколько часов, — сказала Уна, помогая Эйнару улечься поудобнее.

— Тебя обучали искусству врачевания? — недоверчиво спросил Эйнар.

— Я просто много раз видела, как то делают мои….

Она едва не сказала, родители. Но резко осеклась.

— Здешние лекари. Давно, ещё в детстве, — исправилась она, — будет лучше, если вы сейчас поспите. Вот только нужно, чтобы кто-то проследил, чтобы вы не перевернулись и не потревожили рану.

— Вот ты и займись этим, — приказал Эйнар, понимая, что ему действительно сейчас будет лучше поспать.

Если его люди найдут стрелка, его разбудят.

Уна просидела рядом Эйнаром до ночи. И не сразу поняла, что произошло. Он просто стал метаться по постели. Она подбежала к нему и пощупала лоб. Он весь горел. Всё же видимо инфекция попала внутрь раны.

Девушка подошла к двери и открыла её, увидев вездесущего Эла.

— У него жар, — сказала она, — нужно позвать лекаря…

Эл кивнул, захлопнул дверь у неё перед носом, она услышала звук засова. А через пару минут дверь открылась и вошла блондинка. Она несла на руке корзинку.

Хильда и Эл тут же начали осматривать Эйнара. А Уна устало присела на свою постилку. Обхватив руками колени, она смотрела, как блондинка осмотрела рану, удовлетворённо кивнула, а затем принялась готовить какой-то отвар…

Рассвет вступил в свои права, когда Эйнар затих на постели и ровно задышал. Блондинка ушла около часа назад, сказав, что заглянет утром. И только сейчас Уна поняла, что она не слышала звука засова, когда та уходила вместе с Элом.

Уна резко взбросила голову и осторожно поднялась. Медленно приоткрыла дверь и увидела дремлющего Эла прямо напротив двери.

Сейчас или никогда! Стучало у неё в мозгу. И она тихо, как мышка, медленно, шаг за шагом вышла из комнаты, прихватив плащ Эйнара, лежащий на полу. Задержав дыхание, прошла мимо воина и бросилась вниз по лестнице. Возле входа в большой зал замерла. Несколько воинов мирно спали у очага. Девушка, подобрав юбки, прошмыгнула на кухню. Главная дверь заперта и если бы она попыталась ту открыть, то всех бы разбудила наверняка. А вот дверь из кухни! И там сейчас наверняка никого нет.

Как она и предполагала, кухня оказалась пуста. Уна набросила плащ и быстро открыла дверь, прошмыгнула на улицу. Она осмотрелась.

Ей невероятно повезло. Воины, дежурившие в эту ночь, сидели в отдалении у костра, и, кажется, играли во что-то на подобии карт. Один из них периодически вскидывал голову и обводил взглядом пространство вокруг. Так, в сторону фьёрда ей не пробраться… Она будет на самом виду, если попробует пересечь двор. А вот если попробует пойти вдоль забора?.. Она замерла, наблюдая за охранником. У неё есть примерно минута, если она не ошиблась с расчётами.

Девушка выдохнула и бросилась к забору. Прислонилась к нему, пытаясь слиться с ним. Воин снова обвёл пространство глазами, но, кажется, ей повезло. Он не заметил её! Нащупывая забор руками, не отрывая взгляд от воинов, девушка продвигалась вперёд.