– Отлично выглядишь, Софи, – довольно холодно бросил Кристофер, оставив посуду рядом с раковиной.

Он посмотрел на меня рассеянным взглядом и сразу же отвернулся к окну. Парень словно подрастерял былую спесь, отчего начал казаться мне практически… нормальным?

– Спасибо.

Я поставила оставшиеся тарелки прямо в раковину и включила воду, чтобы их сполоснуть, совершенно игнорируя приятное чувство в груди из-за услышанного комплимента.

– У нас есть посудомоечная машина, если что.

– Тут всего пара тарелок, я справлюсь.

Прохладная вода приятно коснулась горячих рук: я была здорова, но накопившееся напряжение давало о себе знать, к тому же присутствие Кристофера и его странные взгляды явно поднимали температуру моего тела на пару градусов. Когда он встал сзади меня, якобы с целью подвинуть оставшуюся посуду ближе, меня практически бросило в жар. Я почувствовала, как он выдохнул мне в волосы. Могу поклясться, он сделал это нарочно.

Гаденыш.

Непрошеные мурашки побежали по позвоночнику, и я зажмурилась, чтобы немного прийти в себя.

– И пахнешь ты просто потрясающе, знаешь?

Он провел ладонью по моему плечу, и я закусила нижнюю губу от осознания, что даже через ткань свитера его прикосновение обжигало. Мне не нравилась реакция моего тела на этого парня, не нравилось внезапно возникшее желание оказаться чуть ближе, чтобы насладиться невинной лаской. К счастью, мой разум победил в борьбе за адекватность.

– Да, я в курсе. Я просто моюсь время от времени. – Чтобы спугнуть Кристофера, я брызнула в него мыльной водой, что тут же возымело эффект: Нолан-младший отступил на шаг и в изумлении поднял свои очерченные брови. А я замерла в ожидании, чем же он ответит на мою детскую выходку, но парень просто молча смотрел на меня. – Нечего строить мне глазки, Кристофер. Мне надоели твои игры. – Я вложила в свой голос максимум строгости.

– О чем ты? – Он лукаво подмигнул.

Я брызнула в него еще раз.

– Сначала ты испепеляешь меня взглядом в «Брикко», словно хочешь убить…

– Я просто был морально не готов ко всей информации, которая навалилась на меня за один день, – парировал Кристофер.

– Затем ты начинаешь со мной любезничать и подвозишь до дома…

– А смысл ссориться? Мы же теперь почти семья. К тому же я был уверен, что мы будем жить вместе, не хотелось портить отношения. – Он словно готовился к этому разговору, как к викторине, потому что отвечал быстро и без пауз.

Я лишь раздраженно выдохнула, не имея ни малейшего желания проигрывать в этой схватке.

– Портить отношения? Ты хамишь мне и хватаешь чуть ли не до синяков при любом удобном случае! – Возможно, про синяки я слегка преувеличивала.

Нолан расслабленно оперся пятой точкой о столешницу рядом с раковиной и повернул голову в мою сторону, пока я домывала последнюю тарелку. Похоже, он осмелел, потому что, даже зная, что может получить очередную порцию мыльной воды в лицо, встал максимально близко ко мне. Мы практически касались друг друга плечами.

– Я бы не назвал это хамством. Скорее дружескими перепалками, – Крис широко улыбнулся, демонстрируя десны. – А то, что я иногда до тебя дотрагиваюсь: признаюсь, виноват, поэтому прошу прощения. Не могу удержаться.

– Очень смешно.

– Никаких шуток. Ты очень красивая, Софи.

Я была уверена, что мои и так едва заметные веснушки совсем потерялись на фоне румянца, разлившегося по щекам. Не так уж и часто я получала комплименты, чтобы спокойно на них реагировать, даже если этот был от человека, который мне совершенно не нравился (возможно, здесь я немного лукавила).

Для домашнего ужина Кристофер выбрал простой свитшот и прямые мягкие брюки: похоже, он был одним из тех парней, которые следили за трендами и носили исключительно брендовое шмотье. К слову, ему это действительно шло, и вкус у него определенно был. И да, да, уговорили, выглядел он просто потрясающе, поэтому его недавний комплимент о моем внешнем виде начал казаться голимым враньем: даже мои парадно-выходные вещи из сэконда не шли ни в какое сравнение с тем, что он позволял себе носить дома. Ну и ладно, зато я не жук-вонючка, который пристает к милым девушкам и портит им жизнь.

Осознав, что замерла, так и не выключив воду, я наконец пришла в себя, отогнав навязчивые мысли.

– Оставь свои комплименты для девчонок, которых будешь кадрить.

– В таком случае еще раз повторю: ты очень красивая.

Он произнес это практически шепотом. Я даже опешила.

С мокрых рук капала вода, звонко ударяясь о раковину. Все вокруг словно замерло, а что-то внутри неприятно сжалось. Я пыталась сосредоточиться на размеренном «кап-кап» и прогнать лишние мысли из головы, но они все равно лезли, не спрашивая разрешения.

Нет смысла отрицать, мне приятно, что он считал меня привлекательной. Но от этого становилось только страшнее.

Нужно взять себя в руки, перестать ходить вокруг да около и найти в себе силы спросить обо всем прямо. Эти разговоры ни о чем начинали выводить из себя, особенно потому, что я каждый раз чувствовала себя проигравшей в наших словесных битвах. И я ненавидела это. От прежнего задора не осталось и следа. Я быстро вытерла руки о мягкое полотенце, встала максимально близко к Кристоферу, насколько позволяла моя смелость, и со всей серьезностью произнесла:

– Что тебе от меня нужно? Чего ты ко мне цепляешься, зачем хочешь, чтобы я переехала в ваш дом? – Кристофер рассматривал меня изучающим взглядом, не меняясь в лице. Я вздернула подбородок, чтобы не казаться совсем уж жалкой на его фоне, и даже практически не вздрогнула, когда Нолан схватился за него пальцами. – Хватит со мной играть.

– Я еще даже не начинал, – прошептал он, и мне всего на мгновение показалось, что он потянулся ко мне, но, даже не успев в этом убедиться, я быстро отпрянула. – Давай будем считать это моей личной прихотью. Разбушевавшейся фантазией недавнего подростка, который пересмотрел порнороликов о сводных сестренках.

– Фу, – ответила я, поморщившись.

Крис коротко рассмеялся.

– В общем, не имеет значения, зачем мне это нужно. Ты в любом случае рано или поздно будешь жить с нами, потому что я так хочу. А если я чего-то хочу, меня мало что останавливает.

– Ты в курсе, что мир не крутится вокруг тебя?

– Слышал об этом.

Разозлившись, я бросила полотенце, которое все еще комкала в руках, на столешницу рядом с Ноланом. Из столовой послышались голоса наших родителей, которые просили нас побыстрее вернуться, чтобы продолжить наш неуютный семейный вечер.

– После твоих слов – последнее, чего я хочу, так это жить с тобой под одной крышей, – процедила я сквозь зубы, но Кристофера, казалось, это только забавляло.

Помните, недавно я почти прониклась к нему сочувствием? Забудьте. Я снова презираю его всей душой.

– Тем интереснее. – Он аккуратно повесил полотенце на крючок, чертов перфекционист. – Думаешь, я не найду способ все переиграть?

Он весело поиграл бровями и медленно двинулся в сторону столовой.

– Удачи, – бросила я ему в спину.

Кристофер развернулся и одарил меня еще одной довольной улыбкой.

– Как, ты сказала, зовут твою соседку по комнате? Эбигейл? Такая светленькая, сидела с нами в аудитории, верно? – Он практически смеялся, пока я сжимала зубы от злости. – Кажется, она сегодня очень активно мониторила мои социальные сети. Как настоящий джентльмен, я не могу обделить даму вниманием, верно?

Я ничего не ответила. Лишь проглотила рвавшееся наружу «не-е-е-ет».

Ее худые, практически высушенные пальцы сжимали мою руку изо всех сил, но сильнейшая слабость и ударная доза обезболивающего, которую ей вкололи за полчаса до моего прихода, делали это прикосновение практически неощутимым. Она пыталась вкладывать всю свою энергию в объятия, которыми время от времени все еще могла одаривать меня при наших недолгих встречах, но на деле ее ладони совершенно невесомо порхали по моим плечам, словно крылья умирающего мотылька, обжегшегося о лампу. Вокруг ее головы снова был обвязан цветастый шелковый платок, чтобы я не мог видеть отсутствие шикарных густых волос. Словно этим можно было меня обмануть. Словно можно было хотя бы на миг создать иллюзию того, что это всего лишь модный аксессуар, а вовсе не тщетная попытка скрыть последствия страшной болезни.