Натаниэль хищно ухмыльнулся.

– Тем лучше для нас. Как стемнеет, окружим их. И тебе удобнее. А Наста…

Он запнулся. Эшер резко обернулся и понял, что Наста Нал-Акет исчез. Глянув вниз, они увидели, что старик уже слез по изрезанным ветрами камням и собирается в пустыню.

– Быстрый какой для старого козла, – добавил Натаниэль.

– Он идиот, который десятилетиями из пещеры не выбирался. – Эшер нехотя поднялся, готовый спрыгнуть к бывшему наставнику. – А где Рейна?

Теперь пришел черед Натаниэлю оборачиваться. Оказалось, принцесса уже спустилась со скалы и накладывает стрелу на тетиву магического лука.

– Рейна! – тихо позвал Натаниэль, и эльфийский слух принцессу не подвел.

– Мальчик не доживет до темноты! – крикнула она, не заботясь, что бандиты услышат. Ей хотелось драки.

Бандиты и правда услышали. Эшер увидел, как палачи бросили раба, как из палаток выбежали новые головорезы с мечами и луками. До скалы было недалеко, но бандиты держались лагеря, поджидая противников.

Рейнджер тяжело вздохнул, чувствуя, что все тело до сих пор болит после битвы с Алидиром и каратцами, хотя уже несколько дней прошло. Он бы предпочел подольше не ввязываться в драки, но пришлось вместе с Натаниэлем съехать по склону. Оказавшись на твердой земле, Эшер рванул вперед, на ходу приводя складной лук в боевое положение. Натаниэль, конечно, побежал налево, к Рейне, Наста все так же шагал справа.

Эшер понял, что его путь лежит посередине, к двум палаткам, где трое бандитов стояли наготове с мечами. Заметив его, один из них сменил меч на лук и выстрелил. Эшер еще издалека увидел летящую стрелу и в последний момент успел пригнуться. А вот его собственный выстрел не так просто было поймать взглядом. Стрела просвистела над песком и вонзилась в голову противника с приятным хрустом.

Не успел Эшер рвануть в атаку, как справа раздались крики раненых и звон стали – это Наста принялся за работу. Слева уже вовсю летали стрелы: Рейна выстрелами раскидывала бандитов по лагерю.

Первые два мечника ударили, держа мечи параллельно земле, но Эшер упал на колени и пропустил клинки над собой, уходя от лезвий. Правда, стоило ему вскочить, как правая нога тут же подогнулась, и вместо красивой контратаки он, застонав от боли, рухнул на мертвого лучника.

– Староват я уже для такого… – Эшер пнул бандита в колено так, что оно хрустнуло, и бедолага, крича, повалился на землю.

Следующий мощно замахнулся мечом, но рейнджер успел откатиться, и клинок вонзился в труп бандита. Бросив лук, Эшер вскочил на здоровую ногу и принялся теснить нападавшего мощными ударами в голову. От четвертого удара его шея хрустнула, голова запрокинулась, и он выронил меч, после чего Эшер наградил его последним ударом в кадык – чтобы наверняка.

Бандит со сломанной ногой успел уползти в глубину лагеря. Эшер выдохнул, проверил колено и, повесив лук обратно на спину, последовал за беглецом, доставая свой двуручник из ножен. Беглецу хватило одного мощного удара сверху вниз, располовинившего ему хребет.

Наста ходил по лагерю неторопливо, будто по рынку. Бандиты, замечая его пустые глазницы, замирали, так что Разоритель, его изогнутый скимитар, быстро окрасился кровью. Глядя, как сражается бывший наставник, Эшер вспомнил, что и сам когда-то дрался так же. Аракешам, в чьих жилах течет эликсир ночного зрения, не нужно смотреть на противника, они и так читают свое окружение. Лишившись глаз, Наста навсегда остался в темноте, и ничто его больше не отвлекало. Движения его были скупы, но идеально просчитаны и смертоносны.

Слева от Эшера лагерь был объят хаосом. Натаниэль показывал противникам все, чему научился в Западном Феллионе, обезоруживая или убивая всех, кто на него кидался, быстрыми выверенными движениями, как раз подходившими короткому мечу. Правда, Натаниэль добавил туда и грубых бойцовских приемов, которых нахватался в путешествиях. Впрочем, Эшер на него почти и не смотрел: его внимание захватила Рейна. Она была точно одержимая: сколько Эшер помнил, в бою она всегда была сдержанна, не забывала о своем моральном кодексе. А вот теперь, к несчастью для бандитов, раскрылась на полную.

– Бежим! – успел крикнуть один из них, прежде чем магическая стрела Рейны пронзила его и отшвырнула так, что тело снесло палатку.

Благодаря эльфийской скорости Рейна будто сражалась в двух местах одновременно, и в сочетании с эльфийской силой это превратило ее в смертоносное оружие. Прыжок, удар ногой – и хрустнула сломанная челюсть одного бандита, а второй в тот же миг упал со сломанной шеей. Рейна едва успела приземлиться, как уже новая стрела пронзила сразу двоих. Последний оставшийся побежал прямо на нее, но Эшер уже знал, что она сейчас сделает: не теряя ни мгновения, Рейна выхватила из ножен скимитар, упала на одно колено и с разворота ударила так, что врага едва не располовинило.

Принцесса поднялась, сунула клинок в ножны. Она единственная не сбилась с дыхания, лицо ее ничего не выражало. Эшер чувствовал, что она еще не выпустила весь свой гнев и отчаяние. Молча и быстро она зашагала через весь лагерь к избитому рабу.

Натаниэль пинком перевернул мертвое тело.

– Работорговцы, – сказал он с отвращением. – Бойцы умелые, но ни тактики, ни дисциплины. Я уж не говорю о совести… Людям Тарена без них будет лучше.

Эшер согласно кивнул, не сводя глаз с Рейны.

Они с Натаниэлем и Настой нагнали ее на краю лагеря. Рейна стояла рядом с безвольным телом мальчика, которого еще даже юношей было не назвать. Работорговцы все же успели забить его до смерти.

Принцесса закрыла ему глаза, ласково уложила его на песок. Слезинка капнула на окровавленную щеку.

– Рейна… – Эшер мягко коснулся ее плеча.

Он чувствовал, как внутри нее закипает гнев, знакомый ему не понаслышке. И, конечно, не успел отстраниться – куда ему до эльфийской скорости! Рейна, по-звериному оскалившись, одним ударом сбила его с ног. Он прокатился по земле, путаясь в своем длинном зеленом плаще, вздымая клубы песка. Инстинкт требовал вскочить и сражаться, пока поверженный враг не упадет. Вот только стоял перед ним не враг.

– Рейна! – предостерегающе крикнул Натаниэль, но встать между ними не решился.

Наста потихоньку отошел и принялся оттирать Разоритель, довольный, что его вмешательство не требуется.

– Она погибла из-за тебя! – выплюнула Рейна. – Это все твоя вина!

Эшер медленно поднялся, но ничего не ответил. Такие бурные ссоры ему были в новинку. Да к тому же он был согласен с принцессой.

Она уверенно подошла к нему.

– Ты оставил кристалл в Яме! – Она толкнула его в грудь. Слезы текли и текли из ее глаз. – Потащил нас вниз! – Новый толчок. – А сам даже пользоваться им не можешь! Ты должен был вызволить нас оттуда! – Следующий толчок – и рейнджер запнулся о труп, но не упал. – Это ты виноват! – кричала принцесса, колотя Эшера в грудь. – Это ты виноват! Это ты виноват!

Эшер протянул руки и обнял ее.

– Я знаю. Знаю, – прошептал он, чувствуя, как глаза наполняются слезами.

– Нет! – Рейна оттолкнула его в последний раз, вырываясь, сверкнула зелеными глазами и убежала к лошадям.

Натаниэль вздохнул, разрываясь между ними двумя.

– Она горюет и ужасно устала. Как все мы.

– Нет, – ответил Эшер, чувствуя кристалл через мешочек, что висел на ремне. – Она права. Если б я мог призывать силу кристалла, мы не застряли бы в Яме и Фэйлен осталась бы жива.

Натаниэль только руками развел.

– Что-нибудь придумаем, – сказал он и пошел за Рейной. Они о чем-то говорили, пока занимались лошадьми, но этого Эшер уже расслышать не мог.

По песку прошуршали мягкие шаги Насты.

– Этот кристалл не для людей был создан.

Эшер потер глаза.

– Не хочу я сейчас с тобой говорить. Совсем.

Забрав из лагеря припасы и воду, странный квартет оседлал коней. Больше всего на свете Эшеру хотелось, чтоб под его седлом сейчас шел Гектор, но после битвы у Врат Сайлы коня и след простыл. Однако этот трусливый засранец всегда давал деру первым. Значит, точно выжил.