Он надеялся расколоть цемент и освободить ноги. Сначала эта попытка казалась безнадёжной. Под водой он не мог бить с большой силой, да и скованные лодыжки мешали. Время от времени импровизированный молоток ранил его ноги, но Райан не обращал на это внимания.

Наконец в цементе появилась трещина. Он продолжал бить, пока не образовалась целая сеть трещин. Тогда попытался вытащить из ванны правую ногу. Получилось, хотя нога осталась заключённой в неровный комок цемента. К другой ноге тоже прилип цемент.

Вес налипших комков был таков, что они не давали ему всплыть на поверхность. Но Райан обнаружил, что может идти, хотя было очень утомительно поднимать неестественно тяжёлую ногу при каждом шаге.

«Может быть, я сумею дойти до берега, – мрачно подумал Райан. – Но в какую сторону двигаться?»

Тут он заметил, что одна сторона волнистых морских водорослей более тёмная, чем другая.

«Должно быть, с другой стороны на воду падает лунный свет, – рассудил он. – Значит, идти нужно туда».

РАЙАН УПОРНО ШАГАЛ по морскому дну в выбранном направлении. Странное это было путешествие. Как в фантастическом кошмаре, когда он без воздуха и шлема топал по дну залива!

Райан старался двигаться как можно быстрее. Только бы успеть вернуться в Фонд и не позволить Харбену передать Лислеру образец сыворотки регенерации!

Морское дно пошло вверх и стало покрываться песком. Наконец голова Райана вынырнула из воды на открытый воздух, на яркий лунный свет. Он находился совсем недалеко от коттеджа, где его держали в плену.

Райан тяжело направился к коттеджу. Уже стемнело, машины Лислера не было. Райан вломился в здание. Пусто.

«Ушли! Должно быть, они уже в Нью-Йорке».

Тут он заметил, как тщательно всё было прибрано. Лислер позаботился о том, чтобы не оставить никаких следов. Такая уборка, должно быть, заняла немало времени.

Окурок сигареты в пепельнице был ещё чуть тёплым, и Райан понадеялся на лучшее. Они уехали совсем недавно.

«Возможно, времени как раз хватит», – мысленно вздохнул он.

Поспешно найдя молоток, он отбил со своих ног остатки цемента, затем выбежал на шоссе.

Проезжавшему мимо автомобилисту Райан рассказал спешно придуманную историю о падении в воду, чтобы объяснить, почему с его одежды капает, и тот подвёз его до ближайшего города. Там Райан поймал первое попавшееся такси.

– Двадцать долларов, если доставите меня в Нью-Йоркский Биологический Фонд как можно быстрее! – крикнул он водителю.

– За такие деньги я могу и рискнуть с ограничением скорости, – отозвался водитель. – Запрыгивайте.

Такси провезло его до Манхэттена. Нигде не завопили сирены, протестуя против их запрещённой скорости, не было никаких препятствий, пока они не пересекли мост в Манхэттен и не проехали на красный свет.

Тут пронзительно заверещал свисток дорожного инспектора. Водитель, ругаясь, остановился.

– Не останавливайся! – отчаянно велел ему Райан.

– Мистер, я зарабатываю этим на жизнь, а лишение прав означает, что я сдохну с голоду, – ответил таксист.

К машине, дыша угрозой, подошёл офицер полиции.

– Ты что, не видел красный свет?..

Он замолчал, заметив Райана, сжавшегося на заднем сиденье, и воскликнул:

– Да это же Райан, учёный-убийца! – Рука полицейского потянулась к пистолету. – Вылезай из такси!

Райан вышел из противоположной дверцы такси и бросился через дорогу так быстро, как только могли нести его ноги. Если его сейчас арестуют, это будет крушение надежд всего мира!

– Стой или буду стрелять! – гаркнул позади зычный голос.

Райан продолжал бежать, а затем услышал грохот пистолета и почувствовал удар пули в спину.

Это было не больно, и Райан, продолжая бег, нырнул в боковую улочку, а полицейский, не веря глазам, смотрел ему вслед.

– Я уверен, что попал в него! – воскликнул он, а затем пронзительно засвистел в свисток.

Райан находился в тридцати кварталах от Фонда и знал, что шансы успеть вовремя теперь совсем мизерны. Тем не менее, он побежал к ближайшему метро.

В двух кварталах впереди из-за угла, воя сиреной, выскочил полицейский автомобиль и устремился к нему.

– Вот он! – крикнул чей-то голос.

Райан нырнул в переулок. Позади рявкнул пистолет, и Райан почувствовал, как в него попала ещё одна пуля. Но он продолжал бежать. Когда он вышел из другого конца переулка, по улице уже неслась вторая полицейская машина.

Райан почувствовал отчаяние от окончательного поражения. Ему не уйти. Конечно, он мог бы всё объяснить им. Он мог бы оправдаться и рассказать о роли Харбена. Но к тому времени Лислер уже получил бы от Харбена образец сыворотки регенерации и отправился бы с ним сеять семена будущего ужаса.

Внезапно Райану пришла в голову безумная идея. Он должен выбраться из этой ловушки и как можно быстрее добраться до Фонда, а для этого существовал лишь один возможный способ.

Он выскочил на улицу на виду у приближающегося полицейского автомобиля. Стоя в свете фар, в ответ на строгие приказы сдаваться, он сделал вид, что выхватывает с пояса пистолет.

– Огонь! – прокричал командный голос.

Загрохотали автоматы, целые очереди пронзили тело Райана. Конечно, они не причинили никакой боли, но шок от попаданий всё же ошеломил его.

Райан вскинул руки в театральном предсмертном жесте и упал на тротуар. Мгновение спустя он услышал, как к нему бегут полицейские.

– Отогнать толпу и вызвать скорую помощь! – велел всё тот же командный голос. – Переверни его, Билл.

Райан почувствовал, что его переворачивают, и лежал с закрытыми глазами, сохраняя на лице выражение предсмертной агонии, как он себе её представлял.

– Это точно разыскиваемые Филип Райан, – произнёс командный голос. – Должно быть, он виновен, раз так стремился убежать.

– Он уже явно мёртв, – сказал второй полицейский. – Посмотрите, сколько пулевых отверстий у него на куртке и рубашке.

– По меньшей мере, двенадцать! – ужаснулся кто-то ещё. – Странно, что у него не идёт кровь.

– Крови даже не пятнышка. Странно… – сказал командный голос. – Когда вы разгоните толпу? Слава небесам, вот и «скорая помощь».

Райан почувствовал, как его поднимают на носилки и несут в ожидающую машину «скорой помощи». Она тут же рванула с места.

Райан осторожно приоткрыл один глаз. Он лежал на заднем сиденье машины, а напротив него сидел седовласый полицейский. Машина «скорой помощи» мчалась на юг.

Он подождал, пока через крошечное окошко не увидел знакомое здание. Сейчас он был в нескольких кварталах от Фонда.

Внезапно Райан приподнялся на носилках и жутко ухмыльнулся седовласому полицейскому. Офицер вытаращил глаза, поперхнулся и побагровел.

Райан открыл заднюю дверь и выпрыгнул наружу, ударился о тротуар, покатился и невредимым поднялся на ноги. Затем побежал через улицу к нависающему над окружающими домами зданию Фонда. Позади он услышал визг тормозов и истошный крик.

– Он воскрес! Говорю же вам, он ожил и ухмыльнулся мне!

Фонд выглядел тёмным и пустынным, лишь в нескольких окнах, где в лабораториях ещё находились припозднившиеся сотрудники, горел свет. Окно лаборатории Росса Харбена на втором этаже тоже было освещено.

«Он всё ещё здесь, – лихорадочно подумал Райан. – Если Лислер с подручными тоже здесь, возможно, я ещё сумею остановить их».

Он бросился вверх по лестнице. Там, в коридоре, он и увидел их всех, выходящих из лаборатории Харбена: самого Харбена, Лислера и здоровенного Карла.

Харбен закричал, побелев, как простыня, и указал на жуткую фигуру, мчащуюся к ним. Карл зарычал и выстрелил, но Райан обратил на пистолет не больше внимания, чем если бы это была игрушка.

Он направился к Лислеру, но Харбен в своей отчаянной попытке спастись бегством встал у него на пути. Райан нанёс ему сильный удар в подбородок, отчего убийца отлетел назад и ударился о стену.