С другой стороны, мне нужно открыть всего пару каналов в руках. Может, Родник выдержит это небольшое давление без стабилизации? Опасно. Может и не выдержать и дать Трещину…

В этот момент послышались легкие шаги. Минк подошел к беседке и прислонился спиной к деревянной балке. Молча сложил руки на груди, всем своим видом показывая, что все слышал и продолжает внимательно слушать. Рау, сидевший у него на плече, тут же перепрыгнул на колени к Лире. Девочка ласково погладила серебристую шерстку и, кивнув на Минка, тихо спросила у меня:

— Он знает?

Я на секунду задумался и кивнул. Лира перевела взгляд на меня и уверенно сказала:

— Не волнуйся, брат. Я уверена, что ты справишься с раскрытием каналов. У вас с Рау очень крепкая Связь. Духовный зверь поможет твоему Роднику справиться с напряжением.

— Спасибо за веру, Лира, — искренне поблагодарил я, кивнув. Но про себя решил твердо: лучше перестраховаться. Сначала я попытаюсь сделать чай со стабилизирующим эффектом самостоятельно. А уже потом буду пытаться открывать каналы в руках.

— А как именно проталкивать энергию? — спросил я. — Что для этого нужно делать конкретно?

— Тут нужно сосредоточиться на пульсации Родника, — стала объяснять Лира то, что слышала сама. — Ты должен уловить его биение. Затем нужно усилием воли сжать энергию в плотный поток и направить его сквозь мышцы и кости вместе с толчком Родника. Может быть жжение в руках, но это вроде нормально. Но не дави резко, иначе повредишь канал. Открывай канал постепенно, плавно подавая энергию, пока путь до ладоней не станет свободным. Бабушка говорила, что можно представлять, что это ручеек, который пробивает себе забитое русло.

Я внимательно слушал, запоминая каждую деталь, и задавал уточняющие вопросы. Лира терпеливо отвечала, если знала ответ, а если нет, то строила вполне логичные догадки.

— А Рау? Это никак не помешает нашей Связи?

Лира покачала головой.

— Наоборот. Он тот, кто будет тебе подсказывать. Не думал же ты, что только из-за зверя Связные становятся элитными воинами? Нет, во многом благодаря зверю они быстрее других открывают каналы и становятся сильней.

Я кивнул и заметил, что солнце поднялось уже довольно высоко, заливая сад ярким светом.

— Спасибо, Лира, — улыбнулся я ей и обратился к Минку. Мой голос стал серьезным. — Друг. Все, что ты здесь узнал, — это большой секрет. О том, что я открыл Родник и стал Связным, никто не должен узнать. Надеюсь, ты это понимаешь.

Парень, который снова стал похож на взрослого, мрачно кивнул.

— Я могила, дружище.

Лира, до этого задумчиво поглаживавшая Рау, вдруг спросила:

— Значит, ты не собираешься в Академию?

Я снова тепло улыбнулся.

— Нет. Я чувствую, что мое призвание — чайная.

Минк удивленно вытаращил глаза.

— А как же Лес? Редкие травы, заказы? Ты же теперь восходящий! Мы даже, может, сможем ватажниками стать!

Лира по-доброму усмехнулась, глядя на озадаченного парня.

— Чай — это то, что мне стало по-настоящему нравиться, Минк, — ответил я, встав и похлопав его по плечу. — А за травами в Лес будешь ходить ты. Но до этого мы починим эту дырявую крышу, прочистим дымоход и выровняем вывеску, — я указал на лавку рукой. — А еще ты изучишь травы.

— Чего? Я ж не разбираюсь в них! — возмутился он. И выглядел при этом так, будто и не провалялся в глубоком сне с раной в боку пару дней.

Я еще пару раз похлопал его по плечу и посмотрел на Лиру, которая выглядела удивительно умиротворенной.

— Отлично, — произнес я. — Отдыхайте, а я займусь делом.

Оставив Лиру и хлопающего глазами Минка в беседке, я вместе с Рау на плече направился обратно на кухню. Нужно было проверить, как там моя ферментация. И что теперь мне может сказать зверек по поводу энергий в растениях.

Горшок, стоящий на камне у очага, был все еще теплым, а угли в печи ровно тлели. Открывать я его пока не стал, времени прошло еще мало. Но запах уловил. Он стал глубже, тяжелее. Землистые нотки усилились, и появилось что-то обжигающее…

— Интересно, — пробормотал я, выкладывая при этом на стол три травы, которые имели Дыхание. Лесной женьшень, серебристая цедра и спиралька. Остальное — золотарник, терпкоцвет, темника — обычные, без ранга. Толку их проверять.

Потом снял Рау с плеча. Тот сразу развалился на столе, и я попросил его:

— Ну, дружище. Хочу проверить свою догадку о смешении энергий. Определишь, какие типы энергий в растениях? — обвел я рукой кучки трав.

Рау пискнул, присел и стал перебирать их. Сначала взял женьшень. Родник в груди запульсировал сильнее, и я ощутил… нагретую землю? Ну да, явно земляной элемент.

Рау перешёл к цедре. Ткнулся носом в подсохшие листья, чихнул. А я ощутил то же, что и с утра в саду… Это был древесный элемент, отдающий смолой и хвоей. Будто я дышал в кедровом лесу.

Ощущения от спиральки он передал как что-то влажное, свежее и едва уловимо текучее. Водный элемент. Неудивительно, ведь ее листья впитывали капли воды при срезании.

Я открыл глаза и уставился на стол. Три травы. Земля, древо и вода. Но вот в чем вопрос… почему система мне не давала через анализ инфу об их стихии? Я взял корень женьшеня.

Анализ!

[Лесной женьшень. Ранг: 1. Используется в алхимии. Пригоден для использования в ответвлении Чайный Мастер.]

[Свойства: сильное тонизирующее, восстанавливающее. Ускоряет регенерацию тканей. В больших дозах вызывает перевозбуждение.]

[Лучшее время сбора: любое.]

Нет, все то же самое, что и в прошлый раз. Тогда…

Система, я могу с помощью базового анализа определять тип Дыхания растений?

Несколько секунд тишины, и перед глазами вспыхнули строки.

[Для определения типа Дыхания требуется Продвинутый Анализ (открытые каналы/второй ранг Развития)]

— Вот оно что, — сказал я, отбирая у Рау корень женьшеня. — Когда идет дисбаланс, ты замечаешь, а вот так определить не можешь…

Я тяжело оперся на стол. Раз анализ сейчас бесполезен, то в плане Дыхания я могу полагаться только на Рау.

Возникла идея смешать корень и спиральку. Землю и воду. Если следовать их свойствам — восстановление и бодрость от корня и связывание токсинов от спиральки, — то может выйти что-то бодряще-восстановительное… Но это не то. Этого недостаточно. Я снова бросил взгляд на горшок у очага. Ферментация еще идет. Еще рано ее трогать. А время все равно утекает.

И тут меня вдруг пронзила мысль. А что, если попросить Рау принести что-то из Леса? Он маленький, резвый и чувствует потоки Дыхания. Лес — это его родной дом… Да, это все равно опасно, и вообще непонятно, сможет ли он это сделать, а если сможет, то что в итоге принесет — неизвестно. Только вот… гораздо опаснее сидеть и ждать, что что-то изменится.

Рау, словно почувствовав мое намерение, навострил уши, принюхался, дернул хвостом и пискнул. Хвост его заискрил, а мой Родник отдался предвкушением зверька.

— Справишься, дружище? — спросил я максимально серьезно.

Глава 22

Зверек сидел прямо передо мной и смотрел своими умными, блестящими глазками. Кончик его пушистого хвоста едва заметно подрагивал и искрил синеватым светом.

Я уточнил, опираясь ладонями о край кухонного стола:

— Ну так что, справишься? Не попадешь в передрягу в Лесу?

Рау пискнул, и я потрепал его по загривку.

Умом-то понимал, что он там родился. Лес — его родной дом, где живет все его семейство. Но на душе все равно скребли кошки. Он ведь теперь не просто забавный питомец или полезный помощник. Он мой друг. И, как бы дико это ни звучало, часть меня самого. Пострадает он — пострадаю и я. А со смертью все еще проще. Связка же.

Но мне до одури нужны были растения с Дыханием. И если посудить здраво, Рау рискует в разы меньше меня. Я отлично помнил, как ловко он ушел по веткам от разъяренного дубового вепря, когда спасал нас с Минком. И как заранее предупредил меня о теневой рыси во время моего второго похода, еще до того, как та показалась из кустов. Лес он читает как открытую книгу. Так что, если он пойдет один, шанс у него нарваться на неприятности будет минимальным.