— Первый и последний раз я прощаю тебе твою глупость, Тинг. Но если такое повторится еще хоть раз, останешься сам по себе. Ты понял меня? — в глазах старика не было ни капли сочувствия или жалости.

И один этот взгляд человека, повидавшего многое, дал мне главное понимание — я оказался в очень суровом и несправедливом месте. Тут тебе не подадут даже стакан воды, пока ты никто. А чтобы не умереть и выбиться в люди, придется поработать.

Я мрачно кивнул. А Марвин добавил:

— У тебя два дня, чтобы добыть Семицвет. Собирай во время Дыхания Дня и Заката, храни в темном месте. За Вторую Границу не суйся, — он кивнул на кровь на моем боку и повторил: — Сдохнешь ты, а без тебя и сестра твоя.

Я медленно кивнул, начиная понимать всю серьезность происходящего и уверенно сказал:

— Сделаю.

Он окинул меня оценивающим взглядом, развернулся и зашагал к выходу, но замер в дверях.

— Деньги-то хоть не потратил ещё?

Я невольно усмехнулся про себя. Надо же, пытается проявить заботу, хотя сам только что грозился меня бросить. Суровый человек. Но по-своему честный.

— Нет, — ровно ответил я.

Марвин хмыкнул и вышел из комнаты, оставив корзину с припасами в зале. Услышав, как закрылась дверь, я бросил взгляд на спящую Лиру, и меня вдруг пробило на приступ кашля. В груди вспыхнул огонь, по венам точно раскаленный металл пустили, а тело мелко затрясло.

Я рванулся к открытому окну и свежему воздуху. Через минуту кашель отступил, и я повис на подоконнике, пытаясь отдышаться.

Но в следующий миг перед лицом вспыхнули полупрозрачные буквы, заставив меня вздрогнуть.

[Система «Кодекс Дыхания» активирована]

[Экстренное слияние души и тела привело к частичному раскрытию внутреннего резерва — Родника Души и запуску Системы]

[Зафиксирована утечка внутренней энергии: 96/100]

[Время до полного истощения резерва и остановки сердца: 40–45 минут]

[Требуется немедленная стабилизация и полное раскрытие Родника Души]

— Что?.. — вырвался у меня глупый вопрос. — Какая еще остановка сердца?

Глава 2

Я попытался вчитаться в текст внимательнее, но буквы дрогнули и растаяли в воздухе. Какой-то бред…

Сердце забилось быстрее, закололо, словно в приступе. Я схватился за грудь, покрываясь потом. Следом стало сложнее дышать. Попытался вспомнить, были ли у Тинга проблемы с сердцем, и… нет, ничто не отозвалось в голове. В животе похолодело от внезапной догадки, что эти странные строки не врали.

Я умирал и чувствовал, как по телу расползается странное пульсирующее онемение.

Через миг мозг уже заработал, пытаясь вытянуть из чужой памяти хоть что-то о странных строках. Но в голове стояла звенящая пустота. Мальчишка либо с таким не сталкивался, либо это было чуждым даже для этого магического мира.

Сделав глубокий вдох сквозь боль в легких, заставил себя успокоиться и мыслить здраво. Бежать за Марвином поздно. Кто знает, куда он ушел и как отреагирует на мои сумасшедшие слова? Лира… без сознания. Я потер переносицу. Значит, буду думать сам.

Так. Было написано, что нужно стабилизировать какой-то Родник… Стоило об этом задуматься, как в голове всплыло понимание: Родник Души — резервуар для хранения энергии. Что за энергия, как, почему? Непонятно. Возможно, это как у Лиры, но у нее это хранилище энергии вроде с трещиной…

— Но как это стабилизировать? — выдохнул я в пустоту, прогоняя лишние мысли.

Ответом мне стало завывание ветра через дыры в крыше и болезненный стон девочки.

Я посмотрел на нее. Заметил, что ее дыхание снова стало тяжелее, и зацепился взглядом за принесенные Марвином две глиняные баночки. Одна уже пустая, а вторая на случай повторного приступа.

И меня вдруг осенило. Здесь существует алхимия — местная медицина! Значит, лекарство может помочь и…

Я поморщился, ощутив отвращение к самому себе. Выпить лекарство, предназначенное для этой больной девочки, и которое не факт, что поможет, чтобы спасти себя? Да лучше снова помереть. Я отмахнулся от трусливой мысли, как от назойливой мухи.

— Никакой паники, — приказал я себе.

Сменив Лире компресс и поправив выбившуюся прядь волос, вышел из комнаты. Ноги подрагивали, а в груди, словно корни, росло онемение. В глаза бросился разрушенный зал, тлеющий очаг в комнате за стойкой, какие-то бутыли, пучки трав, сухие корни на покосившихся полках.

Помещение походило на чайную — старую, запущенную, чужую, но все-таки чайную. Ее бы привести в порядок. Дыры в крыше залатать, стойку починить…

Мысли стали путаться. Из-за переселения в тело мальчишки или из-за смертельной утечки энергии, как было написано, — не знаю. Но я себя одернул.

Затем нашел взглядом корзину среди мусора и грязи. Возможно, среди припасов есть еще… алхимия.

Пошатываясь, я зашагал к корзине, рядом с которой валялись листья. Те самые, из Сумеречного Леса, из-за которых Тинг погиб. Марвин назвал их мусором, сказал, что нет никакого лекарства для таких, как Лира. Для Треснутых… Но ведь мальчишка пошел за ними, думая, что они помогут его сестре.

— Зачем ты умер ради них? — спросил я, подняв один из них.

В ответ перед глазами замелькали чужие воспоминания. В голове прозвучал издевательский голос, рассказывающий о неком «Листе Жизни», который способен залечить Трещину в Роднике. Ложь, тупая байка, обман. И Тинг знал, что его дурят, что за счет его горя просто хотят позабавиться, но он просто не мог не проверить этот шанс.

Какие же ублюдки…

Я с силой сжал листок в кулаке и скрипнул зубами. Обида Тинга смешалась с моей собственной злостью. И в этот момент перед глазами снова появились строчки.

[Активировать базовый анализ (БА) фонового «Дыхания» растения?]

Я вздрогнул, сделал шаг назад, едва не упав. Вгляделся в буквы и выдохнул:

— Получается, не галлюцинации…

Провел рукой, но строка будто бы была только в моей голове, а не в реальности.

Интуиция подсказывала, что нужно дать согласие. Стоило мне об этом подумать, как текст мигнул, и перед глазами замелькали полупрозрачные картинки, словно в кино.

Что бы это ни было, но оно за считанные секунды разобрало листок на составляющие. Оно его препарировало, срезая слой за слоем, отделяло плотные прожилки и выстраивало его многогранную структуру.

А после занялось его энергетической составляющей, и тут у меня перехватило дыхание, заставив замереть.

Лист в моей руке задрожал. Воздух вокруг него поплыл, словно пар от чашки чая. И я понял, что это и есть «Дыхание». Кажется, в подобном искажение воздуха и проявлялась отчасти магия этого мира. В груди разлилась какая-то радость, будто я впервые заварил свой настоящий улун…

Но мой старческий восторг длился недолго. Сердце кольнуло с новой силой, в глазах резко потемнело, и на меня накатила такая слабость, что я завалился на бок.

[Резерв Родника: 72/100] — выскочил текст.

[Внимание! При достижение порогового значения Резерва в 10 единиц Базовый Анализ будет прерван]

[Время до остановки сердца: ~30 минут]

Я тяжело оперся на стену и едва не застонал от досады. Чем бы ни был этот анализ, он только что сожрал четверть запаса энергии и несколько драгоценных минут моей жизни!

Протяжно выдохнув, увидел перед собой новые строки, и тут же забыл про слабость в теле и досаду:

[Результат анализа: Лист Жизни, ранг 1]

[Эффекты: слабое укрепление энергетических каналов, мягкая стабилизация потоков внутренней энергии, общий тонизирующий эффект]

[Лучшее время сбора: Дыхание Рассвета, Дыхание Заката]

[Применение: лечебная алхимия (требуются дополнительные ингредиенты для раскрытия полного потенциала)]

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что я прочитал. Стабилизация и тонизирующий эффект… да это же почти как листа улуна, как тот же Шэн Пуэр. А потом до меня дошло, что этот Лист стал смертью для Тинга, но и он же может помочь мне! Это моя единственная надежда. Все свойства и приписка о лечебной алхимии кричали об этом.